11 июня 1944 г., через пять дней после высадки западных союзников в Нормандии, шведское правительство решило не выдавать Волльвебера немцам. Срок его заключения подходил
к концу. Об этом советское посольство напомнило секретарю шведского кабинета Бохеманну, который все еще не решался портить отношения с немцами.
Наконец, 14 ноября советское представительство в Стокгольме устроило прием. Среди гостей был и Эрик Юохеман. Александра Коллонтай познакомила его с приземистым темноволосым мужчиной, представив его как Эрнста Волльвебера. Тот поблагодарил его за довольно сносные условия содержания в шведской тюрьме.
На следующий день со шведского аэродрома Бромма взлетел советский военный самолет, снабженный резервными топливными баками. На его борту находился Эрнст Волльвебер.
Его дальнейшая жизнь сложилась благополучно. В 1946 г. он приехал в Восточную Германию. С 1946 по 1953 г. занимал ответственные
посты в Департаменте транспорта ГДР. В июле 1953 г. он стал государственным секретарем государственной безопасности и заместителем министра внутренних дел. С ноября 1955-го по ноябрь 1957 г. был министром госбезопасности ГДР. В 1958 г. При встрече с Серовым, тогдашним председателем КГБ, Волльвебер посетовал на разногласия в рядах руководства ГДР. Он счел это проявлением прозападных настроений. Серов донес о разговоре Хрущеву. За обедом, орошенным обильной выпивкой, Никита Сергеевич пожурил Ульбрихта за то, что он держит у себя министра, который встречался с Берией и Меркуловым в 1940-х гг. в Москве. Об этом пишет в своих мемуарах П. А. Судоплатов, который, кстати сказать, рисует портрет Берии как человека порядочного и вовсе не злодея. Вальтер Ульбрихт тотчас лишил Волльвебера министерского поста «за антипартийное поведение». Опальный экс-министр умер в 1967 г.