Ниже ада
Шрифт:
Нехорошо, конечно, но любопытство — это страшная вещь! Я приник к довольно внушительной (интересно, какого размера должен быть ключ?) замочной скважине и попытался заглянуть в комнату. Сначала ничего не было видно, но постепенно глаза привыкли к полумраку, и я начал различать смутные очертания большого стола, который находился прямо напротив двери, какие-то то ли бумаги, то ли книги на нем, краешек кресла, старомодный абажур настольной лампы. Похоже, что это был кабинет. Вопрос только, чей — Айше или кого-то из ее родителей? А может, мужа?! Вот же незадача: я даже не знаю, замужем
В следующее мгновение мне натурально поплохело — словно в ответ на мои несколько нервные и суматошные мысли в кабинете раздался пронзительный телефонный звонок. Ух, как я подпрыгнул! Окажись рядом тренер по легкой атлетике — не миновать бы приглашения попробовать свои силы в прыжках в высоту.
Из «залы» донесся приглушенный звук разговора — Айше слабым тихим голосом кому-то отвечала, после начала возражать, и наконец послышался стук бросаемой на рычаги трубки. Кляня себя за некоторую нерешительность (ну что делать — нападает иногда приступ интеллигентской застенчивости), я вернулся обратно в гостиную. Айше лежала на диване, а Подрывник вальяжно развалился на стуле возле нее.
— А, явился! — радостно проговорил он, корча страшную физиономию, — не сожрал тебя гадкий туалетный утенок?! — Андрюха громко засмеялся своей незамысловатой шутке. Айше тоже слабо и неуверенно улыбнулась. — Диспозиция такая, Леха, — посерьезнел мой друг, — сейчас нам придется покинуть нашу милую хозяйку и прогуляться в одно местечко.
— Погоди, ну ты же сам предложил отсидеться здесь до темноты? — удивился я.
— Обстоятельства изменились, — туманно ответил Андрюха и повернулся к Айше, — мы рюкзачки у вас оставим, а вечером, перед отъездом, заберем, хорошо?
Та согласно закивала:
— Конечно, Андрей Владимирович, конечно! Как вам будет удобнее! Я все равно никуда не собиралась уходить, так что милости прошу в любое время.
Глава 5
— Да не важно это, Лехинс! — Подрывник отбивался от моих вопросов по поводу телефонного звонка с упорством, достойным партизана на «дружеской беседе» в гестапо. — Говорю тебе — скоро сам все увидишь, смотри лучше по сторонам, а то, не ровен час, опять на тот милый броневичок нарвемся!
Против этого довода у меня достойных аргументов не нашлось, и я умолк, начав и вправду глазеть по сторонам. Интересного, в общем, особо не наблюдалось — какая-то просто-таки всеобъемлющая атмосфера запустения и уныния давила вполне осязаемо на мой и так уже перенасыщенный впечатлениями мозг. Даже голова немного разболелась, о чем я не замедлил поставить в известность Подрывника: — Надо бы горло промочить, где здесь водички попить можно?
Мы уже отошли довольно далеко от дома Айше, и поэтому Андрюха с сомнением покрутил головой, пытаясь сориентироваться.
— Вот ведь задачки ты задаешь, барин, — думаешь, я здесь все знаю? — проворчал он недовольно.
Я глянул по сторонам.
— О, сейчас у аборигена спрошу! — Нам навстречу,
— С ума сошел, — зашипел Подрывник, хватая меня за рукав, — забыл, что может произойти?! Думай, прежде чем что-либо делать собираешься!
В голове всплыла история с несчастным стариком, павшим жертвой Андрюхиного любопытства, и я внутренне содрогнулся.
— Извини, забылся!
— Забылся он, — проворчал приятель и уверенно взмахнул рукой, — нам туда! Сейчас найдем что-нить получше простой воды!
Я проследил направление и уперся взглядом в пыльную витрину с таким до боли знакомым с детства названием «Рюмочная». Но вот ведь парадокс — когда я еще бегал с пионерским галстуком, возле таких вот заведений обычно толпились компании мужичков, что собирались душевно отдохнуть после напряженного трудового дня во благо страны. Здесь же не было практически никого. Практически, потому что у входа сидел на корточках милиционер. Он привалился спиной к стене и увлеченно вертел в руках вытертый до белизны «наган».
— Тоже мне кубик Рубика, — хмыкнул Андрюха, направляясь к заветной двери.
Я последовал за ним, мучительно пытаясь сообразить, что в этом служителе порядка неправильно? Проходя мимо мента, Подрывник кинул к его ногам медную монетку. Служитель закона тут же схватил ее и, не мешкая, отправил в рот. Выходит, мой друг подкармливает не только старушек!
Мы прошли внутрь и оказались в небольшом, но на удивление уютном зальчике, где за стойкой скучал невысокий мужчина в белой рубашке и уже не таком белом фартуке. Подрывник уверенно прошел прямо к нему и, окинув цепким взглядом стоявшие за спиной продавца полки, с напором сказал:
— Нам два пива, бутерброды с тушенкой и рыбой и по сто пятьдесят «беленькой». Тоже два, разумеется! — Он довольно потер руки и полез в карман. Продавец не торопясь начал выполнять заказ, а Андрюха быстро отсчитал на ладони два медяка. Я подошел к нему и взял в руки тарелку с бутербродами и две кружки пива. Ни один из столиков не был занят (посетителей кроме нас не было), поэтому выбирать было из чего. Мне приглянулся крайний у окна, и я направил свои натруженные ходьбой стопы прямо туда. Подрывник через пару минут присоединился ко мне, неся все остальное, и вскоре мы уже торжественно отсалютовали друг другу рюмками с водкой.
— Эх, хорошо! — крякнул Андрей, блаженно занюхивая безжалостно отломанной корочкой черного хлеба. — Чувствуешь, какой продукт? Это тебе не суррогат послеперестроечный — настоящая водка, из старых запасов! Я сначала даже хотел ее к нам таскать, но потом нашел другой товар для мены! А пивко попробуй!
Я послушно пробовал. Действительно, и водка и пиво были изумительного качества. Несколько непривычный привкус, но в целом весьма и весьма достойно! Нет, конечно, его нельзя было сравнить с тем, что я пил недавно в «Баварии», но все же… Удивительно, после рассказа Андрюхи о первом посещении Города мне казалось, что разруха тут везде. Ан нет! Даже здесь за небольшую (по нашим меркам) доплату можно получить гораздо больше типового ассортимента продмага.