Низами
Шрифт:
Но что он разумел под еврейскими и христианскими книгами? Исходя из этнического состава Азербайджана XII века, особенно Ганджи, можно предположить, что поэт с помощью друзей мог знакомиться с грузинскими, армянскими и сирийскими книгами. Таким образом, помимо «мусульманских» преданий, ему открывался еще и второй путь к традициям античного мира. Нельзя, конечно, утверждать, что представления Низами об античных авторах были четки и ясны. Предания греков у него причудливо переплетаются с циклом коранических легенд. Но все же он знал об этом мире значительно больше, чем многие ученые мусульманского Востока. Такое стремление к расширению круга источников в условиях Азербайджана того времени вполне понятно. Низами хочет создать книгу, которая была бы приемлема не для одной иранской знати, как
Другие книги, которые ты будешь смотреть сначала,
Не окажутся правильными перед общим мнением народа.
О происхождении Искендера Низами знает две версии: румскую (византийскую) и иранскую. С последней мы уже знакомы. Это легенда о том, что Искендер - сын Дария II. Источник «румской» легенды неизвестен, но она крайне интересна. В Руме была праведная женщина, которая, забеременев, утратила мужа. Она рассталась с родным городом и попала на чужбину. Родовые муки застали ее в пути. Она разрешилась от бремени в каких-то развалинах и в результате перенесенных лишении тут же скончалась. Царь Македонии Филикус [95] ] во время прогулки случайно зашел в эти развалины и нашел покойницу и живого младенца.
95
[95] Это искажение греческого имени Филиппос обычно для многих восточных авторов. Оно объясняется тем, что в арабском шрифте была поставлена лишняя точка, превратившая «ф» (у арабов заменявшее «и») в «к».
Голодный, он собственный палец сосал,
Как будто, грызя его, скорбь выражал [96] ].
Царь взял младенца, отвез его во дворец и усыновил. Таким образом, будущий повелитель мира ведет свои род от безвестной нищей. Желание объяснить таким путем добродетели Александра в легенде совершенно ясно.
Но Низами, с презрением отнесясь к иранской версии, Не принял и это предание.
Слова летописцев проверил я строго
И записи мужа, познавшего бога [97] ].
96
[96] Прикусить палец зубами - жест, выражающий изумление, сильное волнение.
97
[97] Имеется в виду, вероятно, Фирдоуси
В обеих историях правда мертва,
Не стоят вниманья пустые слова.
Рассказы всех стран я читал - убежден,
Что от Филикуса был мальчик рожден.
Низами не нужны никакие объяснения событий на основании происхождения. Для него бог дает и власть и мудрость, «кому пожелает», не считаясь с аристократическим происхождением.
Замысел Низами таков. Он хочет показать Искандера в трех аспектах: царя-завоевателя, царя-философа и мудреца, царя-пророка:
Одни называют его обладателем трона,
Покорителем стран, больше того, завоевателем горизонтов,
Другие из числа приближенных его
Выписали ему диплом на мудрость.
Еще другие вследствие чистоты его и ревностного
отношения к религии
Сочли его за пророка.
Я из всех трех зерен, рассыпанных мудрецами,
Хочу вырастить одно плодоносное дерево.
Сначала постучу в двери царства,
Поговорю немного о завоевании стран.
Потом заведу речь о мудрости,
Возобновлю древние усилия.
Потом постучу в двери пророчества.
Ибо и господь называет его пророком.
Как мы увидим далее, этот план поэт полностью выдержал, причем первый том поэмы соответствует первому разделу плана, а два следующих раздела объединены вместе в «Книге счастья».
Рассказав о происхождении Искендера, Низами дает подробный гороскоп часа его рождения, а затем переходит к своей любимой теме - рассказу о воспитании героя.
Славный воспитатель царевича - Никомах, отец Аристотеля. Будущий великий
Военная карьера Искендера, по Низами, начинается с похода на зинджей, занзибарцев, чернокожих дикарей, что соответствует походу Александра в Африку у Псевдо-Каллисфена. Интересно обоснование, которое поэт дает этому походу. Искендер не собирается завоевывать Египет. Он предпринимает поход только потому, что к нему приезжает делегация из Египта, умоляющая его помочь местному населению и освободить его от насильников - занзибарцев, напавших на страну, грабящих и опустошающих ее. Цель похода - помощь угнетенным, восстановление попранных прав. Мы увидим, что Искендер у Низами почти на всем протяжении поэмы выступает только как защитник угнетенных, а не как завоеватель.
Очень любопытен эпизод о военной хитрости, к которой прибег Искендер во время этой войны, выдавая себя за людоеда. Наведя панику на вражеское войско, он таким путем спасает жизнь своим воинам. Но рядом с этим Низами описывает и единоборство Искендера с вражескими богатырями, подчеркивая его личную Доблесть и отвагу. Характерны мысли, которые приходят ему в голову, когда по окончании последнего боя он объезжает поле битвы:
Посмотрел он в назидание на тех убитых,
Наружно посмеялся, а в душе заплакал:
Столько народу в этом бою
Зачем было убивать мечом и стрелами!
Резко отрицательное отношение к войне, явно выраженное здесь, - точка зрения для феодалов XII века неприемлемая. Интересно и замечание «наружно посмеялся»: Искендер не может открыто выразить свою печаль, - она для воинов была бы непонятна, да и омрачила бы для них радость победы.
Второй эпизод - столкновение с Дарием (Дара) и война с Ираном. Каковы причины, ее вызвавшие? Вспомним, что Македония, по рассказам хроник, платила Ирану дань. Задачи Искендера - освободиться от этой зависимости и избавить народ от тяжких повинностей. Победа над зинджами показала ему, что он может рискнуть вступить в единоборство со страшным врагом. Полную уверенность в победе он получил благодаря гаданию по птицам - древнему обычаю, хорошо известному еще в Вавилове. Но, несмотря на благоприятные предзнаменования, Искендер все же не решается начать войну. Он считает нужным прежде посоветоваться со своими сановниками и выяснить, поддерживают ли они его платы. Советники его замысел признают правильным, но думают, что ему не следует самому начинать войну, а лучше дождаться враждебных действий со стороны Дары, Если иранский шах начнет войну, то успеха не добьется, так как он - притеснитель, творит зло и в своем народе поддержки не встретит. Если напасть на Дару, то лучшие люди его страны будут защищать родину, но если нападающим будет он, то он поддержки не получит и поражение его станет неизбежным.
В преданиях имя Искендера часто связывается с рассказом о принадлежавшем ему магическом зеркале, отражавшем все, что происходит и мире. Низами затрагивает здесь это предание, но объясняет его реалистически. Он считает, что, вероятно, в дни Искендера впервые было изготовлено зеркало из полированного железа. Такое зеркало действительно может отражать мир, то есть все то, что близ него находится.
Возвращаясь к рассказу, поэт сообщает, что Дара потребовал у Искендера дань, которую тот перестал выплачивать. Упоминается античное предание о том, что дань имела форму золотых яиц, Искандер вежливо отказывает и упоминает, что курицы, которая несла эти яйца, больше, нет. Рассвирепевший Дара пишет ему грубое письмо, полное угроз, и посылает подарки: мяч для игры в човган (поло), клюшку для этой игры и кунжут. Смысл этих даров (ср. загадки славянской царевны) таков: ты еще дитя, поиграй в эти игрушки; воинов же у меня так много, как зерен в мешке кунжута. Искендер толкует эти дары иначе: мяч, говорит он, - изображение земли. Дара отдал мне власть над землей и крючок, которым ее можно поддеть. Кунжут он велит высыпать на пол и принести кур, которые тотчас же склевали все зерно. В ответ он посылает при вежливом письме мерку сипенда (руты), предлагая попробовать раскусить это твердое зернышко.