Нить в прошлое
Шрифт:
Санька, конечно же, лукавил, и думал не совсем то, что говорил.
— Ты правильно сказал, Саша, что золото — лучший бизнес, если его грести лопатой. Вот я, честно сказать, и гребу потихоньку. И те люди, которые сюда приедут, будут грести и станут миллионерами. И не только на золоте, но и на трепанге, на морской капусте. Тут пока присутствуют китайские скупщики, но их скоро подвинут русские купцы. Вы, наверное почитали историю освоения Приморского, вернее — Уссурийского, края. Почитали?
— Почитали, —
— Собираюсь, — кивнул головой Александр.
— Мы тоже нашли себе документы, — сказал Селиванов. — Мы тоже хотим поучаствовать в освоении Уссурийского края.
— Хм! А «Красное колесо»?
— Ну… Есть ещё время, и возможность, не сильно вкладываясь, получить хороший доход. Потом свалим за границу.
Олег произнёс эти слова так буднично, что Санька сразу поверил в то, что эти мужики продумали всё досконально.
— Про брёвна — это так. Попутный промысел… Главное и основное — золотодобыча. Мы нашли перспективные места, которые хотели бы освоить. Возьмём участки в аренду, когда тут появится власть. Пока безвластие, будем брать так. У нас есть четыре года, чтобы заработать первичный капитал.
— Что-то ты, хе-хе, Олег, всё про вас и про вас. А я-то, где в этой финансовой схеме?
Санька искренне насмехался над прожектёрами.
— Десять процентов добычи — твои, проговорил чуть в нос Яковенко.
— Хы-хы-хы-хы, — прохихикал Санька. — То есть, вы то золото, которое у меня практически в руках делите на сто частей и даете мне десятую часть. Прекрасно. Да будет вам известно, господа золотодобытчики, что все те золотоносные участки, про которые написано в интернете, уже мной выработаны. Не полностью, конечно. Там много ещё можно намыть с помощью техники, но сливки мной уже сняты.
— Ни хрена себе! — произнёс и приоткрыл от удивления рот Устинов и посмотрел на Селиванова.
— Да, уж, — сказал тот.
— Тихо ходим! — бросил Яковенко. — Говорил вам тогда ещё, в самом начале. Да вы всё… Охота, охота. Не согласится.
— И не согласился бы! — сказал Санька. — Здесь я вам пока не пропишетесь официально, брать ничего не дам. С какого? Вы же мне не отдаёте свой бизнес там. А это, по сути, всё моё.
— Да, ладно тебе! Что тебе, жалко что ли? — улыбнулся Славка. — Тут всем хватит.
— Жалко, — улыбнулся Санька. — Офигеть, как жалко. Предлагайте нормальную цену, выгоду мне, тогда я подумаю. Слышите? Подумаю. И не надо меня дурить. Я, вроде бы, не давал повод предположить, что это можно со мной делать. Или всё-таки давал?
Устинов снова, чуть прищурив веки, улыбнулся.
— Всё ясно! Однако хотелось бы понимать, что для тебя нормальная цена? — спросил Селиванов.
— Половина, — тут же сказал
— То есть, ты забираешь всё и выдаёшь нам из своих закромов нашу долю? — спросил Яковенко.
— В слитках.
— Охренеть, — охнул Селиванов. — Я согласен.
— И я, — кивнул головой Устинов.
— Я тоже.
— Э-э-э… А доставка на место? — спросил Шурочка.
— Ещё десять процентов.
— Ё-ё-ёпт-ть! — струдом выговорил Устинов.
— Я согласен, — сказал Селиванов.
— Я тоже, — вздохнул Шурочка. — Вот, ты торгуешься! Я весь взмок!
— Ты же в парной, — хохотнул Славка.
— Всё равно. Я так никогда не потел.
— Побудь царём с моё, и ты бы научился, — хмыкнул Санька.
[1] Чимей — это демоны дикой природы. Иногда их считают демонами гор и лесов, которые рождаются из аномальной, или мутной ци. Демоны могут соблазнять, очаровывать и убивать. Их часто противопоставляют ванлянам, которые являются демонами болот и рек.
Глава 9
— Тогда, предлагаю строить общий бизнес-план по проникновению в здешнее общество. Рассказывайте, что вы задумали. Про период первоначального накопления капитала не надо.
— Кто начнёт? — спросил Яковенко и сразу продолжил. — Ну, никто не хочет. Давайте я начну. Хотел бы заняться разработкой Сучанских углей.
Санька кивнул.
— Дело перспективное, — согласился он. — На столетия.
— Да, какой там? А «Красные»? — скривился Шурочка. — Следующий.
— Я занялся бы серебром, свинцом… тетюхинским.
— Понятно. Экспорт?
— Европа.
— Понятно. Вы, Вячеслав Юрьевич?
— Я скромно занялся бы оленеводством. На Сидими.
— Скромно, скромно. Чувствую, хочешь сразу свинтить за кордон? — спросил Санька, глядя Устинову прямо в глаза.
Тот разулыбался во весь рот.
— А что, нельзя?
— Да, почему нельзя? Мне так вообще всё равно, чем вы будете заниматься. Конечно, хотелось бы видеть знакомые лица, но, может это и к лучшему. Не будем конкурировать. Хорошо. Значит Устинов покупает билет в один конец.
— Э-э-э… Как это? Не понял. Поясни, — попросил Славик.
— Ну, как? Мы тут вместе строим общество, душим конкурентов, ты от коллектива отрываешься. Долю от бизнеса не платишь. Значит, ты приехал сюда навсегда и назад не вернёшься.
— Э-э-э… Зачем же так? Не собираюсь я отрываться от коллектива. Вам в Америке не нужны представители?
— В курсе, что там в шестьдесят первом году война Севера с Югом состоится? И будет длиться до шестьдесят пятого?
— В курсе. После неё и поеду. Можно, кстати, у южан хлопок выкупить, который англичане не смогут забрать. Морская блокада, сэр.