Нить судьбы

Тарасова Анна

– Все материалы вы сможете прочитать позже. Алина Ветрова на самом деле является прямым потомком Циклаури, - Гюнтер снова завладел их вниманием, - Господа Росси знали об этом с самого начала. Вы можете в этих материалах просмотреть сводные данные по проведенным понтификами переговорам с другими кланами в течение последних пяти лет и заметите, что уже почти с полгода как эти переговоры проходят крайне удачно. Клан растет, его влияние сильно как никогда. Почему? Потому что с недавних пор всегда на переговорах присутствуют двое из “Паноптикума” понтифика: телепат и провидица. Скажите, почему такой странный выбор?
– Гюнтер победно обвел взглядом заседание, -

Хоть когда - нибудь телепат вместе с провидцем присутствовал на важных событиях кланов? Совета? Нет! Потому что им нет смысла вместе работать. Провидец видит лишь ту вероятность, что будет. Но только ткущий будет высчитывать вероятности из существующих на основе не только видимого, но и анализируя скрытые мотивы, которые ему транслирует телепат.

Члены совета переглянулись, атмосфера благожелательности стала уменьшаться, в глазах некоторых Алина увидела оценивающие ее взгляды. Александрос, Клавдия, Виктор, все вдруг стали очень внимательно прислушиваться к словам обвиняемого.

– Мало того, что Ветрова - ткущая, так еще и господа Росси умолчали об этом факте. По соглашению, принятому в …, - Гюнтер порылся в дипломате и достал еще один лист, - в 1458 году от Рождества Христова, я зачитываю: ” Любые проявления должны быть сразу же представлены Совету и использованы только с общепринятого решения всеми главами кланов”. Кто-нибудь из вас, господа высшие, был приглашен на заседание Совета клана, где представляли ткущую?

Виктор обратился к Марку:

– Как это понимать, уважаемый понтифик?

– К сожалению, сначала мы не были уверены, что Ветрова на самом деле ткущая, для этого потребовалось пригласить специалиста.
– Марк не оправдывался, а лишь оглашал факты, - Натансон Авраам Моисеевич провел свое обследование и выяснил, что хоть Алина Ветрова и действительно обладает талантом ткущей, но на ней стоит сильнейший блок. Работать в полную силу она никогда не будет. Он пытался разблокировать ее, но не смог снять даже верхний слой. К сожалению, как мы все знаем, Авраам Моисеевич был убит, работа над Ветровой осталась не завершенной, а магов такой же силы и опыта у нас больше нет.

– Вы брали ее как рабочего ментала?
– поинтересовался Виктор.

– Да, но как провидицу, об этом можно прочитать в документах. Ее талант ткущей из-за щитов очень слаб и всегда был своеобразной рулеткой: сможет или нет, если сможет, то - насколько уверенно… - равнодушно пожал плечами понтифик, как будто не придавая этому значения.

Зал забурлил, загомонил, обсуждая услышанное.

Алина вплотную прижалась к Марку.

– Чем это все грозит?
– едва слышно спросила она его.

– Тебе - ничем, - он ответил так же тихо.

– А тебе?

Марк не ответил. Нечего было говорить. Совет высших вряд ли простит укрывательство ткущей и тайное ее использование.

Девушка поняла без слов. Коснулась слегка груди, где в тайном кармашке бюстгальтера лежала небольшая упаковка с наркотиком Пауля. Понадобится или нет? Лина решила попробовать обойтись без него.

– Отвлеки их, мне нужно минут пять, не больше.

Она прикрыла глаза. Проверила свои силы. Хватит, под самую завязку, но хватить должно. Сконцентрировалась, в голове всплыла река течений. Сколько их сейчас? Восемь, но только две основные. Слишком много второстепенных, надо отбросить лишнее, то, что с наименьшей вероятностью сбудется.

Осталось три. Но…самые сложные. И очень суровые.

Итого, в общей сложности - пять вероятностей.

Девушка открыла

глаза и огляделась. Никто не обращал на нее внимания, Марк отвлек Совет на себя, начав новую перепалку с Гюнтером. На ткущую никто сейчас не смотрел.

Понтифик бросил на Лину взгляд и напрягся. Он понял, что она хотела сделать.

Мужчина слегка толкнул девушку в бок, чтобы сбить концентрацию. Лина открыла глаза и прошептала ему:

– Еще раз толкнешь, спать будешь на диване!

– Если ты сейчас это сделаешь, то мы спать будем вообще в разных странах!
– еле слышно ответил ей так же понтифик, - Я - дома, а ты - в Колизее! Хочешь?

Лина удивленно глянула на мужчину.

– Ты пытаешься изменить реальности Совета Высших. Это будет расцениваться как открытое нападение! Тем более, что они не должны знать, помнишь?

Девушка прикусила губу.

– Не волнуйся, у меня есть чем ответить, - он ей слегка улыбнулся и повернулся обратно к Совету.

– Уважаемый Совет, - начал он со всей вежливостью, на которую был способен, - Ввиду того, что принадлежность мне находящейся здесь смертной подверглась сомнению, я хочу задать всем несколько вопросов. Если Гюнтер Рейнхарт с самого начала знал, что Ветрова - ткущая, то почему он не заявил об этом раньше, а ждал, пока я не объявлю на него Охоту? Почему, зная, что инициал я поставил на нее еще в ноябре, он обратился к Конклаву только сейчас, в июне? И последнее - даже, если предположить, что Рейнхарт не знал таланте этой женщины ранее, как он собрался защищать ткущую? Он не высший, а возвращаясь к оглашенному им в самом начале заседания документу, таких менталов должны опекать только прожившие более пятиста лет от обращения. Рейнхарту, как мне известно, нет и ста пятидесяти. Он слишком слаб для защиты ткущей.

Взгляды всех переместились на покрасневшего немца. Он понял, что проигрывает этот спор.

– Она - мое обещанное имущество!
– набычившись, проговорил он.

– Ты не высший, ты не справишься с ее опекой!
– ответил ему также Марк, - Ты не сможешь попросить даже помощи у своей семьи, я слышал, Эстебан изгнал тебя.

– Она должна быть моей!

– И как ты собрался ее защищать?
– вступил в разговор Виктор.

Гюнтер замолчал. Что ему ответить на этот вопрос?

– Но, в отличие от нашего незадачливого претендента, - Марк позволил себе легкую снисходительную усмешку, - Я нашел способ максимально защитить любимую женщину.

Он развернул Лину спиной к Совету, убрал ее волосы со спины и расстегнул молнию на блузке. Только теперь девушка поняла, зачем понтифик настоятельно рекомендовал ей надеть сегодня именно такую одежду: молния спускалась почти середины спины и кровавая вязь Печати была отчетливо всем видна.

…

Восемь часов вечера.

Мила только вышла из ванны, как услышала веселую трель телефона. Подбежала, схватила в надежде, что все-таки это Фил.

Нет, это был не ученик понтифика.

Звонила мать.

– Алло?
– недовольно проговорила девушка в трубку.

– Людочка, дочка, здравствуй, - заворковала мама, - Как ты там поживаешь? У тебя все хорошо?

Опомнилась, раздраженно подумала Мила, раньше позвонить не могла! Столько времени уже прошло ,как она ушла из дома, а маме только сейчас вздумалось поинтересоваться ее жизнью.

– Да, мам, все хорошо. Чего ты хочешь?
– сердито ответила она.

– Дочка, тут такое дело, - мать замялась немного, - Меня в больницу кладут на операцию, говорят, с язвой моей дела плохи.