Нить Ариадны
Шрифт:
– Из вредности. Недолюбливают они тебя. Расслабься, шутка такая, – натянуто улыбаясь, сообщил я. Исчезновение чувства юмора – очень тревожный симптом. Лечить пора саму Вилочку.
– Шутка, да? Тебе весело? – с угрозой спросила она, покачиваясь на носках. Должно быть, в мыслях хоронила Ваньку.
– Наверху ведь портала нет?
– Нет, – согласилась она, предварительно посмотрев в небо. – Издеваешься?
– Здесь тоже нет. Значит, внизу! – удовлетворенно заключил я. – Где-то под лугом должна быть пещера. Надо
– Мы прочесали всё вдоль и поперек. Нет никакой пещеры, – недоверчиво покачала головой Вилка.
– А кто сказал, что она здесь? Портал, как и положено, в нескольких метрах от точки, где мы очнулись. Только внизу. А вход в пещеру может быть где угодно.
– А вдруг его вообще нет? – ахнула она, переменившись в лице. – Вдруг там подземная река или пустоты в горной породе?
Замкнутое пространство? Тогда ребятам конец. Будем надеяться, что путь вниз всё-таки есть. По вертикали между нами могло быть всего несколько метров. По горизонтали, возможно, придется петлять километрами.
– Попробуем копать сверху? – Вилка опустилась на колени, всерьез собираясь расширить нору, куда только что юркнула феечка.
– Чем? Когтями? Я похож на экскаватор? Будем искать еще дальше.
– А если придут, а нас нет?
– Не волнуйся. Твой феечный геноцид расскажет. Но мы перестрахуемся, – моя ладонь покровительственно легла ей на плечо.
Вилка зыркнула, и я поспешно отдернул руку. Не больно-то и хотелось. Хорошо, не откусила. Приручалась женщина плохо, но командовать уже не пыталась. Инициатива окончательно перешла ко мне.
Мы воспользовались популярным пиратским приемом: выложили из трупиков указатель, благо недостатка в них не было. Если в той стороне ничего нет, вернемся и поменяем направление стрелки.
Но логика подсказывала, что вход в пещеру должен быть там. Луг опоясывал длинный овраг, а на его дне шумела вода. Я знал, что при растворении известняка образуются обширные карстовые полости.
Мы разделились, чтобы просмотреть оба склона. Ручей выглядел неглубоким, но бурным. На месте чудовищ я бы прятался там. Вода буквально кипела, а обилие порогов не позволяло рассмотреть дно. Прогретый солнцем лужок был почти безопасным, но здесь могла водиться тварь гораздо серьезнее.
«Подожди!» – завопил я, видя, как Вилка переходит вброд.
Воодушевленная надеждой, совсем забыла об осторожности. Всего на мгновение остановилась, а потом пренебрежительно махнула рукой. Воды ей примерно по пояс. Море тоже было бы по колено – преграду красотка форсировала с грацией уверенного в себе хищника. Волосы, собранные в конский хвост, слегка покачивались в такт высокой груди.
Говорят, бесконечно можно смотреть на три вещи: как горит огонь, течет вода и работают другие люди. Вилку, обтянутую мокрым комбезом, можно смело добавлять в этот список.
Я поймал себя на мысли, что Варя бы мигом открутила
Возможно, это как раз она плывет к Вилке. За девушкой появился отчетливый кильватерный след.
– Сзади! Сзади! – завопил я что есть мочи.
Мой крик раздался почти вовремя. Она услышала и обернулась, но это «почти» едва не стоило ей жизни.
Над водой поднялась уродливая треугольная голова. Шесть маленьких глаз в два ряда и клыки длиной в палец.
«Брызговик. Рарник второго-третьего уровня», – прошелестели в уме строчки хорошо вызубренного бестиария. Тварь минимальной рейдовой сложности.
Но рейдовой! На десять, а не на двух человек!
«Одержимость»!
Я расслабился и закрыл глаза, погружая себя в темноту.
6
Тело среагировало раньше, чем я поняла, что кричит Ханса. На суше это был бы прыжок с перекатом, но в воде получилось лишь упасть влево. Что-то зашипело, сверкнуло чешуей и ударило туда, где только что стояла я.
Поднятая волна накрыла с головой. Лицо расцарапало песком и галькой. Главное – не стоять на месте, танцевать, всё время смещаться!
«Скрытность»!
Дура! Какая «Скрытность»?! Я ж теперь хилер!
Драгоценное мгновение потрачено зря. Бок обожгло болью.
Рывок влево! Там мель!
Без былых классовых навыков двигаюсь очень медленно, сейчас еле ушла. К тому же словила дебафф. Протереть бы лицо, но даже на это нет лишней секунды.
Пока барахталась, едва не попалась – клыки щелкнули рядом. Из раззявленной пасти несло тухлой рыбой и водорослями.
Двигаться! Я жива, пока двигаюсь!
С трудом выбралась на мель. Воды тут по колено, и дно плотнее. Ноги ватные, на них словно чугунные цепи.
Прыжок. Еще один.
Тварь не отстает, но опаздывает на миллисекунды. Брызговик себя не жалеет. Мордой бьет, точно сваи вколачивает. Что может с ним сделать эта жалкая булава? Залечить до смерти?
Где чертов Ханса? Чего ждет?
Шаг в сторону, с трудом уклоняюсь от очередного нырка. Треугольная голова снова летит вниз, а в руке будто не оружие, а клюшка для гольфа.
Беречь глаза! Он еще и плюется!
Хрясь!
Черенок ломается, оставив в руке лишь огрызок, а монстру хоть бы хны.
Чувствую, что слабею. Видимо, кровотечение. В горячке боль приглушена, но голова уже кружится.
Я же хилер! Как это запомнить?
«Цветок лотоса»!
Тьфу ты… теперь откат десять секунд!
По привычке скастовала на монстра. Он и так чувствует себя неплохо. Лебединая шея, блестящая чешуя, злые глазки сверкают, как стразы. Страус-тритон. А скорее, гусь-рыба.