Нирвана
Шрифт:
– О чём вы тут так оживлённо беседовали?
– а когда услышала подробный пересказ, надолго задумалась. После чего вынуждена была признать: - И мне тоже теперь это всё не нравится. Может ты и прав во всех своих наблюдениях.
– В любом случае, пока мы не начали интенсивные поиски, нам опасаться нечего, - подвёл предварительные итоги Тантоитан.
– Другой вопрос, что я бы предпочёл сейчас иметь вместо тебя Гарольда, а за тебя оставаться полностью спокойным…
– За кого ты меня принимаешь?
– Сразу взвилась Клеопатра, хотя в её глазах плясали весёлые искорки.
– Или давно
Порой между влюблёнными и проскальзывали искорки тех трений, которые когда-то их делали врагами-соперниками в интернате. Но теперь эти искорки были явно любовного плана и ни в коей мере не провоцировали обиду. Скорей вызывали мягкую ностальгию по оставленной всего в двухгодичной дали юности.
– Эх! Доброта меня погубит, - укорял себя парень.
– Давно я тебя за косы не таскал, ой давно!
– Меня? Принцессу?! Какой же с тебя звездный рыцарь?
– но после того, как получила пахнущий чаем поцелуй, предыдущие вопросу стали совершенно риторическими. Поэтому девушка опять вернулась в данную ситуацию: - Так что делать будем?
– Побродим ещё в округе часик, полтора, а потом вернёмся к флайеру. А уже потом будем топтаться от обстоятельств. Есть у меня пару идей на этот счёт.
Так и сделали. Оставшееся время провели как истинные туристы, всё рассматривая, ощупывая и занося информацию в банки данных. При этом не забывали и по сторонам посматривать с повышенной бдительностью. Поэтому парочку подозрительных типов заприметить успели. А уже перед самым отправлением в обратный путь, заприметили и сильно видоизменившихся девиц, которые им встретились с самого утра, принимающими загар.
– Никак твои подружки испугались вредного ультрафиолета?
– не разжимая губ, Танти обратил на них внимание своей любимой.
– Или они тоже за нами приглядывают?
– Главное, чтобы не за тобой конкретно, - съязвила Клеопатра, не особенно придавая внимания этому сообщению.
– Догоняй!
У себя в лагере они сразу развили бурную деятельность, начав готовить поздний обед, переходящий в ужин. В основном девушка только кашеварила, используя то, что было принесено на стол. Во время этого, в какой-то момент Танти хитро подмигнул, и затеял неожиданные догонялки, о когда уединились в густом кустарнике интенсивно зашептал со всей строгостью:
– Кто-то пытался снять блокировку дверей нашего флайера, а в самом шалаше сразу два подслушивающих устройства.
– Что ты решил?
– Продолжаем всё в прежнем духе, а когда стемнеет, забираемся опять в шалаш. Затем тихо выползаем с тыльной стороны, прихватив всё необходимое.
– Но нас же подслушают!
– Хорошо, что я такой предусмотрительный, и все наши шевеления прошлой ночью записал полностью. Эту запись и оставим.
– Бесстыдник!
– Там нет ничего стыдного. И чтобы понять, что тут вокруг творится, я готов и голографическое изображение прикрепить.
– Ладно, тебе видней…
Они вернулись к костру и продолжили свой отпуск, как ни в чём не бывало. Сидели у костра, наедались до отвала, пели под гитару и будь за ними хоть визуальное наблюдение, ничем не отличались бы от сотен парочек, отдыхающих подобным образом по окрестностям.
А как только приблизилась полночь,
Правда Клеопатра долго молчать не смогла, как только они приостановились для осмотра, прошептала:
– Меня волнует оставленный без присмотра костёр.
– Забудь. Я настроил систему наружного наблюдения нашего флайера. Если хоть искорка перескочить на второй за второй ров из земли, пожарная пушка плюнет разок пеной и нет проблем.
Больше вопросов не последовало. Видимо стало обидно, что сама не додумалась до такого простого решения.
В прежнему входу возле скалы не пошли. Мало ли что… Тем более что подобных отверстий здесь имелось словно кротовых нор. Пришлось идти раза в три дальше, но в любом случае выбранное направление только приближало к окончательной цели. Всё-таки легче и быстрей идти по поверхности, чем по лабиринтам подземелий.
Как это оказалось ни странным, но нужный вход был перекрыт мощной металлической решёткой, на которой виднелась устрашающая надпись: "Обвал! Вход категорически запрещён!" Причём вместо замка решётка на том месте была просто прочно приварена в пяти местах.
Танти и секунды не раздумывал. Имея универсальную горелку, в виде массивной зажигалки, в течении пары секунд просто перерезал крепление петель, что оказалось наименее хлопотным делом. Да и решётку потом удалось вогнуть на место так, словно её и не открывали.
– Вдруг и в самом деле обвал?
– сомневалась Клеопатра, перенастраивая свой прибор ночного видения на кромешную темень.
– Вот сейчас и просмотрим… Тем более что здесь куча разветвлений сразу же. Не могло всё обвалиться в единочасье.
В самом деле, проходы выглядели в полном порядке, так что неизвестно кем установленные кордоны оказались совершенно не нужными. И уже с боевой решимостью парочка двинулась к своей главной цели. Конечно, соблюдая при этом полную осторожность и действуя как в бою, или в глубоком тылу врага. Причём у каждого на каске имелся и дополнительный выступ микрофона направленного действия. При желании, если им сканировать дальние склоны или своды, то можно было даже подслушать биение сердца летучей мыши, крупные образчики которых встречались в пещерах с неприятной регулярностью.
Но уже глубокая ночь. Крупные летучие мыши давно отправились на свою охоту за мелкими грызунами, а более махонькие вылавливают мошек и мотыльков. Да и люди по всем понятиям обязаны давно улечься и видеть третий сон. Или, если они слишком молоды и беззаботны, предаваться иным постельным утехам. Понятно, что и никаких экскурсий в подобное время не могло здесь быть по умолчанию. Разве что помешанные на полезном подземном воздухе, могли устроить для себя некие ночлежки в больших пещерах. Имелись и такие оригиналы. Но спали они, как правило, недалеко от выходов и в самых пространственных подземных пустотах.