? Нинель ?
Шрифт:
— Торт-то зачем привезли? Я испекла домашний.
— Это подарок Эльзы, — пояснила сестренка, ныряя в открытый багажник. — Вот, — протянула маме сладкую прелесть.
— Празднично выглядит, — согласилась мама.
Пока мы доставали вещи из багажника, Арсений успел познакомиться с бабушкой и разговаривал с ней о чем-то. Мама только посмотрела на них как-то настороженно, проходя мимо с тортом, еще раз зазывая внутрь. Так все и зашли в дом, в котором витали аппетитные запахи.
— Я хочу есть! — сказала я, только сделав один вдох.
— Это хорошо. Мы тебя ждали, курочку с яблоками запекли, — сказала бабушка.
Как
— Мне кажется, я сейчас готова съесть половину, — призналась я.
— Вы с ночевкой? — спросила мама.
— Нет. До темноты обратно надо вернуться. У меня послезавтра первый экзамен, надо готовиться.
— Как жалко.
— Мам, через две недели сдам сессию и приеду на каникулы, — обняла её.
— Что застряли в дверях?! Руки мыть и за стол! Дети не кормлены с дороги! Потом поговорите! — взяла слово бабушка.
Все послушались и рассредоточились, чтобы быстро рассесться за сервированным столом, который превзошел не только мои ожидания, но и Арсения. Он распевал, как соловей, комплименты моим старшим родственникам, смущая бабушку. А такого я не видела ни разу за всю свою жизнь! Как же я скучала по всему этому, почти полгода вдали от них. Курочка удалась, и съела я прилично, как в топку, это все от активной работы мозга и не только. Так за столом, когда горячее было съедено, бабушка с мамой начали игру «Что? Где? Когда?» почему-то опять со мной.
Глава 39
Королева Нинель
Обед затянулся и перешел в полдник с чаепитием, а вопросы так и сыпались, как из рога изобилия. Кажется, последний месяц своей жизни я пересказала родственникам по дням и в деталях, но с цензурой. Все прилично: ухаживания и свидания. Бабушка смогла подключить к опросу Арсения, правда, в своей манере: семейное положение, работа, доход и жилплощадь. Ответы её очень удовлетворили, а вот когда зашел разговор о возрасте и разнице в нем, она была удивлена. В глаза-то не бросалось это маленькое возрастное различие, Арсений хорошо сохранился для своих лет. Но факт оставался фактом. Только Алена все это время молча наблюдала за нами со своего места напротив, изредка кивала и улыбалась. Интересно, а что бы сказал папа?
Арсений деликатно намекнул, что пора бы возвращаться, пока совсем не стемнело, на него все посмотрели и согласились. И началась суета по сбору в дорогу, казалось, что машину загрузят под завязку. Но обошлось парой-тройкой салатов, компотов и варений из заготовок. Самое вкусное на вынос — две котомки для качка!
Прощались-обнимались, подарками обменялись, мама опять слезу пустила, а бабушка перекрестила, когда мы уже сели в машину. Обратную дорогу Арсений взял на себя, я была не против, так как после такого плотного обеда очень уж хотелось прикорнуть. Устроилась в кресле поудобнее, посмотрела на Арсения, который, как всегда, уверенно выезжал из нашего городка, улыбнулась и прикрыла глаза на минуточку. А проснулась от поцелуя на стоянке во дворе его дома. Позвонила маме, сообщила, что добрались до города и теперь я руковожу разгрузкой. Понятно, что я осталась у него на ночь и следующий день, только и успевала звонить и предупреждать Анну Львовну об изменениях.
***
Первый
— Лучше бы я принес его в тубусе, честное слово, — сказал парень.
— Вот только такой небольшой формат на столе скручивался бы, как кудряшка. Мы же в обычной большой аудитории сдаем, где кульманов нет.
— Это да. И, похоже, не только наш поток, механики тоже будут с нами.
И правда, стали подтягиваться новые лица мужского пола. Через некоторое время подошли преподаватель с ассистентом, дали команду готовиться первой пятерке добровольцев. Я лишь переглянулась с Никитой, и мы стали пробираться к двери, доставая все необходимое для письменного экзамена. Первыми зайти не получилось, желающих занять последние ряды было много. Поэтому когда мы попали в аудиторию, лишь первые два ряда были свободны, но мы не привередливы, нас вполне устроило.
Выдернули по билету и устроились на втором ряду, закрывая широкими спинами хрустящий шпорами третий ряд. Я расчертила рамку, заполнила её чертежным подчерком и приступила к графической части билета, вымеряя все расстояния линейкой и уголком. Закончила с этой красотой, приступила к небольшим задачам с эпюрами и теоретическому вопросу. Немного смущали эпюры, но пара свежих взглядов соседей и одобряющие кивки были знаком, что я на правильном пути. Оставшееся время перепроверила теоретическую часть билета и графическую тоже, за несколько минут до окончания экзамена сдала и вышла из аудитории. Уставшая, довольная и голодная. Как же я рада была чаю в пакетике в одноразовом стаканчике и кексу из кафешки в холле университета.
Решила дождаться результатов, всего-то пару часов, Никита и несколько умачек составили мне компанию. Разговор так и скакал от экзаменов на праздники, потом на друзей и отношения, все смотрели на меня так внимательно, словно ждали каких-то откровений или признаний, только спросить не решались. Я улыбалась, отвечая общими фразами. Вот еще, делиться личным, на то оно и личное, что между двоими!
Раздала своей группе поддержки зачетки и принялась за свою. Медленно открывала дрожащими руками, если бы не «отлично» в скобочках рядом с цифрой, даже не разобрала бы, что мне поставили. Выдохнула, прикрыла глаза — и почувствовала на щеке теплые, сухие губы…
Отшатнулась и посмотрела на Никиту, который улыбнулся и сказал:
— Отлично, Нинель! Не смог сдержаться от радости, извини.
— Сдерживайся! Не делай больше так! А то мне позже в каком-нибудь коридоре устроят «темную» экономистки.
— Все под контролем. Тебя проводить?
— Нет. Я на такси.
Раздала все зачетки, стоило лишь кинуть пару смс-сообщений по телефону. Дождалась, когда все уйдут, и легкой походкой пошла домой к Анне Львовне, которая меня потеряла. По дороге позвонила Арсению и маме, сообщила радостные новости.