Никто и не заметит

1.

«Добро пожаловать!» высвечивалось большими буквами на входе в здание государственной организации «DV», что конечно вызывало у меня огромное отвращение. Не то что бы я не любила свою работу, просто такая напыщенная дружелюбность скрывала от всех удавку на шее каждого, кто сюда заходит. Проходя контрольный пункт, каждый сотрудник должен был прикладывать свой чип к датчику, который фиксирует время прибытия, настроение и даже степень голода, после чего анализ приходил каждому на почту с рекомендациями о физическом и ментальном здоровье. Работа в таком месте, конечно, давала много преимуществ, например, предоставления

жилья, бесплатное медицинское обследование, повышенный заработок на рынке среди остальных компаний, возможность отдыхать в санаториях компании два раза в год, бесплатное питание, шикарные офисы находящиеся по всему земному шару, даже отдел из лимбического подразделения по взаимоотношениям мог подобрать подходящую кандидатуру для совместного проживания или создания новой ячейки общества. Все бы ничего, только это больше похоже на тотальный контроль, многие не задумываются о таких вещах и принимают любую помощь от этой системы. Я скажу даже больше, каждый понимает это, но ничего не хочет изменить. Так наша организация стала ведущей для третьего тысячелетия эпохи «Пси».

Новая мера исчисления времени не единственное, что ждало человечество в будущем. Главным приоритетом эпохи «Пси» можно считать минимизация ошибок, стремление уменьшить последствия от рисков при имеющихся сбоях в управлении, в экономике и в самом человеке в принципе. Каждая информационная система направлена на выявление несоответствий требованиям бесперебойной работы в любой сфере общества. Большим прорывом можно считать возможность использования системы погружения. Данная система направлена на выявление и корректировку кодов в сознании, путем погружения человека в своё подсознание и под руководством специалистов изменения базовых установок и расширения границ своих возможностей. Программой «Погружения», как раз и занимается наша организация, на основе данных полученных от исправительных учреждений. Государство заинтересовано в контроле над населением в целях уменьшения преступного сегмента, путем изменения кода агрессии и реабилитации девиантного поведения. Но со временем данную программу стали использовать для улучшения личностных качеств. Появились такие проблемы, как желание людей подстроится под общепринятые нормы, создания «идентичных» людей, еще больший контроль государства над людьми, появление неуравновешенных людей из-за изменения основосоставляющих кодов. Конечно, каждый испытуемый должен был согласиться на установку чипа, который потом получал информацию об изменениях и ошибках. И да, ошибки было принято стирать, как будто их и не было. И именно в отделе поддержки и реабилитации занимаются контролем за новоиспеченными подопытными, где я и работаю.

– Дана, ты сегодня какая-то задумчивая, я тебя несколько раз звала, – послышался голос Мэйи из-за спины.

– А? Я? Да просто наткнулась на новый плакат перед входом, вот и размышляла, – обернувшись, сказала я.

Глядя на Мэйю абсолютно не понимаю, почему она работает в таком месте. Добрая, заботливая, готовая помочь абсолютно каждому. Мне кажется тут ей не место.

– Ой, а я и не обратила внимания даже.

– Ну и хорошо.

И мы вместе зашагали к нашему кабинету. Офис был очень просторным, в каждом кабинете сидело не более двух человек. Через сферический переключатель можно было выбрать любой интерьер, иногда мы с Мэйей сидели на берегу моря, иногда в каком-нибудь ресторане

на террасе, сегодня мы сошлись на мнении, что бы выбрать бенуар какого-нибудь старинного театра. Наша работа заключалась в проверке данных чипов в соответствии с установленными нормами. Любые малейшие отклонения фиксируются и ставятся на контроль.

– Слушай, Дана, мы тут вчера печенье испекли с детьми, и вот специально для тебя запаковали, – долго высматривая в сумке, проговорила Мэйа. – Мы долго выбирали рисунок, который тебе нарисовать, вот смотри, – протягивая небольшой сверток, она заулыбалась.

Взяв у нее этот пакетик, я пыталась понять, что же нарисовано.

– На зайца похож, да?

– Да, все верно, на вкус не знаю, понравиться тебе или нет, но ты уж не ругайся, первый раз все-таки. Сегодня, кстати, тоже попробуем что-нибудь испечь, – немного смущаясь и поправляя челку, Мэйа уставилась в монитор.

– Спасибо, что и про меня не забыли.

Мэйа выглянула из-за монитора и подмигнула, после чего мы сразу рассмеялись и продолжили работу.

Время подбиралось к шести вечера, а когда стрелки выстроились в одну линию, заиграла тихая музыка. Рабочий день закончился, и мы сразу засобирались домой. Распрощавшись с Мэйей, я не спеша направилась в метро. Люди толпились, толкались и как обычно не обращали внимания друг на друга. Глядя на эту толпу можно было без труда определить, у кого есть чип, а у кого его нет. Может, конечно, у меня уже наметан глаз, а может и правда эту разницу видит каждый. Общая черта, как по мне, это блуждающий взгляд и излишняя опрятность, словно их одели в праздничные костюмы и заставили идти на похороны. Инородность, неуместность, наверное, так.

Добираюсь до своих апартаментов примерно где-то за полчаса. На предоставленное жилье я не жалуюсь, все, что мне нужно там есть, кровать, холодильник и фоторамки. Да, есть у меня одно увлечение, коллекционирую фоторамки и вешаю их на стену, правда без фотографий. Я записываю на небольшие разноцветные листочки бумаги важные даты, воспоминания, понравившиеся цитаты и вкладываю в эти рамки. В наше время их очень сложно найти, поэтому приходится искать на всяких рынках, в переходах и в комиссионных магазинчиках. Мне нравится то чувство, когда я уставшая и отчаявшаяся нахожу фоторамку, которой у меня еще нет. И тогда я понимаю, что все не зря, да и усталость улетучивается. Иногда и мне не понятно, зачем я этим занимаюсь, но бросить все равно не могу, кажется, что только это спасает меня от сумасшествия.

Поставив пакетик с печеньем на стол и разогрев лазанью, захотелось поесть где-нибудь в тихом месте, включив сферу, поставила режим «у костра». Ковыряясь вилкой в тарелке, стало как-то грустно, наверно лучше лечь спать и вообще ни о чем не думать.

2.

Утро начиналось одинаково: выключить будильник, почистить зубы, с отвращением посмотреть в зеркало, вздохнуть, одеться, заправить кровать, съесть злаковый батончик и идти на работу. Каждый день одно и тоже, если бы не рамки…

Усаживаясь на свое рабочее место, мне показалось странным, что Мэйи до сих пор нет. Подойдя к ее монитору, я увидела странное окошко справа внизу, он моргало оранжевым, было похоже на предупреждение. Резко открылась дверь и Мэйя забежала в кабинет, ее выражение лица быстро изменилось, когда она увидела меня у своего компьютера.

Конец ознакомительного фрагмента.