Николай Крылов
Шрифт:
Задача действительно была почетная, но вместе с тем и очень сложная. Войска армии за двенадцать дней и ночей непрерывных боев прошли около трехсот километров, крайне устали и нуждались хотя бы в кратковременном отдыхе. Требовалось также подтянуть отставшие тылы и обеспечить наступавшие части боеприпасами, горючим, продовольствием. И в то же время обстановка не позволяла сделать даже малейшую передышку. На подступах к Вильнюсу немцы возводили укрепления, перебрасывали туда свежие части. Каждый упущенный наступающими день неизбежно усиливал врага, усложнял задачу 5-й армии. Поэтому решать все вопросы надо было на ходу, не снижая темпов наступления.
В короткой паузе между боями в штабе армии состоялось расширенное
На заседание был вынесен единственный вопрос: что предпринять, чтобы выполнить поставленную командующим фронтом задачу?
Особенно порадовало Крылова полное единомыслие присутствующих: никакой паузы, отдых – только на Немане, довооружение и пополнение частей и дивизий боеприпасами производить в ходе наступления. Тут же сложился и замысел операции. Впереди наступающих войск армии от каждой дивизии первого эшелона иметь сильный подвижный моторизованный отряд с танками, самоходной и полевой артиллерией. С помощью проводников из белорусских и литовских партизан передовые отряды должны нащупать слабые места в обороне противника и, смяв его части, прорваться к Вильнюсу. Затем передовые отряды 72-го и 65-го стрелковых корпусов, взаимодействуя с частями 3-го гвардейского мехкорпуса, овладевают северной и восточной частями литовской столицы, а 45-го стрелкового корпуса во взаимодействии с 29-м танковым корпусом 5-й танковой армии овладевают южными районами города.
Рано утром 9 июля на КП армии прибыл Черняховский.
– Основные силы армии в уличные бои не ввязываются, – особо подчеркнул Крылов, объясняя то, что уже выкристаллизовалось в его, как командарма, решении. – Они обходят Вильнюс с севера и юга, окружают вильнюсскую группировку противника и продолжают наступать к Неману.
Это было смелое решение. Настолько смелое, что Черняховский, ознакомившись с ним, удивленно взглянул на Крылова.
– А ты, Николай Иванович, уверен, что передовые отряды справятся с этой задачей?
– Ударом в лобовую передовым отрядом не овладеть городом. Но в том я вижу и смысл обходного маневра. Когда вся вильнюсская группировка противника попадет в окружение – сопротивление гарнизона затухнет. А я оставлю резерв, если штурмующим город будет трудно.
Шестого июля подвижные передовые отряды стрелковой дивизии, сминая на своем пути вражеские заслоны и обходя крупные узлы сопротивления, вступили на территорию Советской Литвы, а на следующий день они уже вышли к Вильнюсу.
Здесь завязались упорные, жестокие бои. Передовым отрядам 5-й армии и подошедшим к ним после завершения окружения города частям противостоял гарнизон из пятнадцати тысяч солдат и офицеров, имевший около трехсот орудий, больше полусотни танков и самоходных орудий. Все это было упрятано в опоясанных тройной линией траншей полного профиля кирпичных и каменных домах, в монастырях, башнях и церквах. Кроме того, почти каждый подвал немцы превратили в противотанковый дот, поместив там пушки, они заминировали практически все улицы, на перекрестках устроили завалы и заграждения, на вторых и третьих этажах многих зданий оборудовали пулеметные гнезда, а на колокольнях, чердаках, крышах разместили автоматчиков и снайперов.
Опять пригодился сталинградский опыт. По приказу командарма в частях, ворвавшихся в город, были созданы штурмовые группы. Подвижные, маневренные, имеющие на вооружении и противотанковую артиллерию, и минометы, и танки или САУ, они шаг за шагом выбивали противника из каменных зданий-крепостей, очищали от него подвалы и чердаки. Медленно, но все-таки
Гитлер не хотел примириться с мыслью, что Вильнюс, форпост обороны в Литве, вот-вот падет. После потери Белоруссии потерять еще и Литву с ее столицей? Не надеясь на стойкость гарнизона, он приказал доставить в Вильнюс из Берлина одного из «храбрейших» генералов вермахта – генерал-майора Штагеля и поручил ему возглавить «отпор советским войскам». На помощь осажденному гарнизону спешно следовала переброшенная из Германии бронебригада «Вертхерн», имевшая 120 танков а усиленная пехотой и артиллерией, а на станции Кошадары в не меньшей поспешности шла выгрузка так называемой боевой группы «Толендорф», в состав которой входила 12-я танковая дивизия, полицейский, гренадерский и авиадесантный полки.
Перед Крыловым стояла задача остановить эту армаду и разгромить. И сразу же возникал вопрос: как это сделать?
Бронебригада «Вертхерн» и группа «Толендорф», несмотря на ощутимые потери, нанесенные им авиацией (командующий фронтом генерал армии Черняховский по просьбе Крылова приказал поднять в воздух больше сотни самолетов, и они нанесли бомбовый удар по выдвигающимся к Вильнюсу колоннам врага), продолжали рваться вперед на помощь окруженной группировке своих войск. Зажатые в могучие клещи частями и соединениями 72-го и 45-го стрелковых корпусов генералов Казарцева и Поплавского (65-й стрелковый корпус очищал от противника дома и улицы литовской столицы), фашисты, собирая в бронированный кулак танки, пытались создать перевес в силах на узком участке фронта и пробить брешь в боевых порядках этих корпусов.
Тысячи солдат при поддержке более ста танков и штурмовых орудий бросились на позиции 5-й армии всего на километровом участке фронта. Но прорваться к своим гитлеровцам не удалось. Огнем в упор артиллеристы уничтожили тридцать вражеских танков. До полка фашистской пехоты полегло на поле боя. Противник отступил, но вскоре, подтянув свежие силы, он опять пошел в атаку. И вновь был отброшен назад.
Крылов ждал, что последуют третья, четвертая попытки прорвать кольцо окружения, опоясывающее Вильнюс. Но враг притих. Стало ясно, что он ищет новое, по его мнению, более слабое место в обороне армии. Где это место?
Вечером того же дня Крылов несколько часов просидел над картой. Он анализировал сложившуюся обстановку, старался глазами врага оценить собственную оборону, местность, силу и слабость своих войск. А когда эта трудная и напряженная работа была закончена, Крылов убежденно сказал находившимся в его блиндаже генералам Прихидько и Пономареву:
– Немцы сейчас пытаются осуществить обходной маневр. Наиболее вероятное направление их удара – вот это, – командарм показал на карте участок местности, где почти к самому переднему краю обороны подходила вытянутая на много километров в сторону противника лощина. – Здесь есть где сосредоточить силы в непосредственной близости от нас и в то же время незаметно для нас. Именно сюда надо выдвинуть дивизию Ласкина и части генерала Обухова. Но не ждать, пока противник подойдет к нашим позициям, а контратаковать его. Это будет для врага двойной неожиданностью.
Едва забрезжил рассвет, показались цепи противника, которые шли за танками. И наступали они именно по лощине, как и предугадал Крылов. Встречный удар дивизии и мехкорпуса для противника явились полной неожиданностью. Потеряв половину танков и до полка пехоты, немцы отступили. А при преследовании дивизия Ласкина и части Обухова полностью уничтожили бронебригаду «Вертхерн».
Что касается группы «Толендорф», то ее участь была не лучше. Загнанная в леса к северо-западу от Ландворово, она еще несколько дней сопротивлялась войскам армии, а потом частью была уничтожена, а частью окружена и взята в плен.