Никогда правда

Рамсовер Джилл

— Нико сегодня получил свои водительские права! — с гордостью объявила я.

— Еще одна причина держаться подальше от дорог, — поддразнил отец.

Нико схватил меня за руку и потянул нас к месту, где стоял мой отец. — Мистер Дженовезе, я знаю, что Софии пока нельзя ходить на свидания, но есть ли шанс, что я могу взять ее в Mike's Place на десерт, чтобы отпраздновать это событие?

Я затаила дыхание и посмотрела на отца, умоляя всем своим существом.

Его губы сжались, и он опустил подбородок. — Просто

быстрый десерт, и это разовое исключение, потому что вы двое так долго дружили. Твои сестры должны были ждать до шестнадцати лет, чтобы начать встречаться, и то же самое касается тебя. Понятно?

Я взбежала по лестнице и обхватила отца за плечи. — Спасибо, папочка!

— Будь в безопасности, — сказал он в ответ, не сводя глаз с Нико.

— Спасибо, мистер Дженовезе. Я скоро верну ее.

Мы забрались в машину и поехали в Mike's Place. У кассы Нико удивил меня, заказав два кусочка шоколадного торта.

— Мы не останемся?

Он ухмыльнулся с озорным блеском в глазах. — Я сказал твоему отцу, что скоро верну тебя, так что у нас мало времени, и я хочу сделать кое-что еще.

От головокружительного возбуждения у меня побежали мурашки по коже. Возможность самостоятельно водить машину открывала совершенно новый аспект наших отношений... который мне было интересно изучить.

Когда мы вернулись в машину, Нико отвез нас за угол к берегу, где мы могли припарковаться с видом на скалистый пляж. Солнце садилось справа от нас, отбрасывая длинные тени на воду, чередующиеся с неоновыми полосами медного солнечного света. Зрелище было совершенно великолепным, и я взяла на заметку идею картины, которая быстро сформировалась в моей голове.

— У меня есть кое-что для тебя, — застенчиво сказал Нико, отвлекая меня от моих размышлений.

— Для меня? Но это же твой день рождения.

— Я знаю, но я хочу, чтобы это было у тебя, а я не умею ждать. — Он протянул на ладони темно-синий вельветовый коробочный набор.

Моя рука начала дрожать, когда я протянула руку, чтобы взять у него маленькую коробочку. — Нико, какой ты милый.

— Ты даже не заглянула внутрь. Откуда ты знаешь, что это не просто пластмассовые зубы вампира? — мягко поддразнил он.

— Ты можешь засунуть сюда дохлого червяка, и я уверена, что мне бы это понравилось.

— Неважно, дурочка. Просто открой.

Я прикусила губу, открывая крышку и разглядывая содержимое. На серебряной цепочке болтался замысловатый кулон с изображением Эйфелевой башни. Это не было что-то причудливое, украшенное драгоценными камнями, но это было гораздо ценнее, чем любые бриллианты. Нико знал, как сильно я люблю мир искусства и как отчаянно мечтаю поехать в Париж, чтобы лично увидеть знаменитые произведения искусства.

— Когда-нибудь я покажу тебе весь мир, и это мое обещание тебе. Мы увидим все, Божья коровка: Париж, Рим,

Венецию... Я свожу тебя в каждый музей мира, если удастся. — Его слова были настолько искренними и сердечными, что у меня на глаза навернулись слезы.

— Спасибо, Нико. Это прекрасно. — Я смотрела на него, желая засыпать его поцелуями. — Но я надеюсь, ты знаешь, что даже если мы останемся здесь, на острове Стейтен, до конца наших дней, я буду счастлива, если буду с тобой.

Он мягко улыбнулся. — Вот, давай я помогу тебе его надеть. — Взяв ожерелье в свои большие руки, он открыл застежку и надел ожерелье мне на шею.

Когда я подняла глаза, Нико был в нескольких дюймах от меня, а в машине внезапно разлилась дикая жара. Мои глаза остановились на его, и мир вокруг меня исчез. Не было ни комендантского часа, ни сверкающего океана, ни шоколадного торта, ни школы на следующий день — был только Нико и моя острая потребность выразить свое обожание.

Его губы прильнули к моим в поцелуе, который вобрал в себя всю страсть и тоску между нами. Мы и раньше обменивались неуверенными поцелуями, но ничего столь жаркого и интенсивного. Его язык раздвинул мои губы, и я застонала от его восхитительного вкуса.

Я могла бы провести каждую минуту каждого дня с его мягкими губами, прижатыми к моим.

Его рука проследила путь от моего лица вниз по плечу и медленно провела по боку моей маленькой груди. Задыхаясь, я отстранилась и посмотрела на его руку, мое дыхание было неглубоким и неровным. Я восторженно наблюдала, как его большой палец обхватил маленький бугорок, а затем медленно провел по соску. Даже через рубашку и лифчик это ощущение выбило дыхание из моих легких.

— Нико, — вздохнула я, не зная, что хочу сказать.

— Я люблю тебя, Божья коровка. Я не хотел давить на тебя. Мне просто нужно было одно прикосновение, вот и все. — Его голос стал хриплым, заставляя тепло в моем животе разгораться еще больше.

— Я тоже люблю тебя, но... я не уверена...

Его губы заставили меня замолчать, успокаивая волнения, которые начали танцевать в глубине моего сознания. Его рука вернулась к моим волосам, запустив пальцы в мои длинные волны. Мы целовались несколько долгих минут, сделав наше первое официальное свидание одним из лучших вечеров в моей жизни.

В конце концов Нико отвез меня домой, хотя никто из нас так и не притронулся к нашему торту. Лежа в постели той ночью, я бесчисленное количество раз прокручивала в голове тот час, который мы провели вместе, и на моем лице сияла широкая улыбка. Я представляла будущие свидания и обещанную близость в своих мечтах той ночью, не зная, что мое воображение будет единственным местом, где я смогу испытать все это с Нико.

Он не появился в школе ни на следующий день, ни через день.

Только через четыре дня он дал мне знать, что жив.