Никогда правда
Шрифт:
— Марко пойдет со мной, но ты еще не достаточно взрослая. Мне нужно, чтобы ты немного поиграла на заднем дворе, пока мы будем внутри.
Я чувствовала, как на глаза наворачиваются слезы от досады, что меня оставили. Мне, как самой младшей, казалось, что я всегда остаюсь в стороне. — Я не хочу идти на задний двор. Я хочу остаться с вами.
Марко шагнул вперед и положил руки мне на плечи, низко наклонившись, чтобы посмотреть мне в глаза. — Эй, Соф, не расстраивайся, — мягко сказал он. — Это всего несколько минут, и тебе понравится двор. Я был там, и там куча клумб. Держу пари, ты сможешь найти целую армию божьих
— Хорошо, Марко! И, может быть, я смогу найти одну из желтых специально для тебя.
— Звучит неплохо. Ты можешь рассказать мне обо всем, как только мы закончим.
— И Соф, — сказал мой папа, — убедись, что ты остаёшься на заднем дворе, пока мы тебя не заберём, хорошо?
— Хорошо! — Я рванула в сторону дома, полностью поглощенная своей новой миссией — поймать как можно больше божьих коровок. Папа был прав — двор был огромным. Наш дом стоял у самой кромки воды, поэтому у нас не было большого заднего двора, но этот двор был окружен по краям деревьями, которые вздымались высоко в небо, как непроницаемый барьер, защищающий прекрасный замок. У основания деревьев располагались извилистые клумбы, полные всевозможных растений и цветов. Я побежала прямо к ближайшей клумбе. Божьи коровки любили цветы. Опустившись на колени, я принялась рыться в листьях и грязи в поисках любых следов красных или желтых жучков в горошек.
— Что ты ищешь? — раздался голос сзади, оторвав меня от моего занятия. Мальчик примерно моего возраста заглянул мне через плечо, лохматые светлые волосы вьются в его сузившихся глазах.
Я никогда не видела этого мальчика раньше, но я всегда была рада завести новых друзей. — Божьи коровки. Хочешь поискать со мной?
— Я думал, девочки не любят жуков.
— Это божьи коровки, — объяснила я в отчаянии. Очевидно, этот мальчик ничего не знал о девочках. Конечно, нам нравились божьи коровки — это было прямо в названии. Я вернулась к своим поискам, чувствуя, что мальчик присоединился ко мне, когда он опустился на колени рядом со мной. — Ты здесь живешь? — спросила я, не отрывая взгляда от миниатюрных растительных джунглей.
— Нет, это место намного лучше, чем мой дом. Мой отец разговаривает внутри. Он заставил меня выйти сюда. — Он проворчал последнее слово, его недовольство было очевидным.
— То же самое со мной. Они сказали, что я еще не достаточно выросла, чтобы заходить внутрь, но это гораздо лучше, чем слушать разговоры взрослых.
— Наверное, ты права, — неохотно признал он. — Сколько тебе лет?
— Пять с половиной. А тебе сколько?
— Шесть, почти семь, — гордо сказал он, сверкнув беззубой ухмылкой. — Эй! Здесь есть одна. — Он потянулся к большому кусту и протянул палец с крошечной красной букашкой, гуляющей по его костяшке. — Хочешь подержать?
Я широко улыбнулась и кивнула, слишком взволнованная, чтобы говорить.
— Хорошо, протяни руку ровно, и мы позволим ей пройтись от моей руки к твоей.
Я последовала его указаниям, и он крепко прижал свою руку к моей с той стороны, куда направлялась божья коровка. Моя
— Ты уже держала их в руках?
— Да, но мне до сих пор смешно. Хотелось бы почаще их держать. У нас не очень большой двор, поэтому я не часто их вижу. Больше всего мне нравятся желтые, но их очень трудно найти. Я нашла только одну такую. Они мне нравятся, потому что желтый - мой любимый цвет. А у тебя есть любимый цвет? — спросила я, наблюдая за тем, как жук проделывает свой путь по нижней стороне моей руки.
— Наверное, зеленый. Это цвет New York Jets, любимой команды моего отца.
— Ты знаешь, что если смешать желтый и синий, то получится зеленый? Я люблю рисовать, поэтому знаю, как сделать все цвета, — уверенно объяснила я. — Если смешать желтый и красный, получится оранжевый.
Мальчик склонил голову набок и с любопытством посмотрел на меня. — Ты думаешь, если красная и желтая божьи коровки вместе заведут детей, у них получатся оранжевые божьи коровки?
Я разразилась смехом, заставив жука на моей руке улететь на более устойчивую землю. — Ты забавный. Как тебя зовут?
— Я Нико. А тебя как зовут?
Мне не нужно было отвечать. Рокочущий голос отца позвал меня по имени со стороны дома. — Мне пора! Увидимся.
— Пока, девочка-божья коровка — Слова следовали за мной, пока я бежала к папе, но я едва слышала их из-за своего волнения по поводу возвращения в машину.
Папа отвез нас в кинотеатр, чтобы посмотреть фильм про шпионов. Я села между ним и Марко, чтобы сидеть рядом с ними обоими, что означало, что я могу держать попкорн. Во время фильма мне пришлось сходить на горшок всего один раз, и я совсем не испугалась.
К тому времени, когда фильм закончился, на улице уже стемнело, и мне было давно пора спать. Я едва могла держать глаза открытыми от волнений дня, и мягкое движение машины по дороге домой быстро убаюкало меня. Я не проснулась, когда двери машины открылись и закрылись. Только тишина и безмолвие пробудили меня ото сна. Моргнув сонными глазами, я быстро поняла, что в машине я одна. С того места, где я сидела на своем сиденье, я могла видеть, как папа и Марко вышли на улицу и подошли к двум мужчинам, одетым в черные жилеты. Они не были похожи на тех, кого я видела раньше, с их длинными, нечесаными бородами и черными татуировками на шее и лице. Но мой папа не боялся их, и я не боялась. У моего папы были самые разные друзья.
Мужчины пожали друг другу руки под фонарем, мой брат притворился одним из взрослых. Не успели мои веки сомкнуться, как сцена внезапно погрузилась в хаос, заставив меня резко проснуться. Застыв на своем месте, я наблюдала, как мой худший кошмар разыгрывается передо мной, словно фильм, в котором нет ни паузы, ни перемотки.
Один из мужчин в жилетах начал кричать. Я слышала, как его гневный голос проникает внутрь машины. Его лицо исказилось, и он схватил Марко за волосы, приставив пистолет к голове моего брата. Мужчина рычал на моего папу, как соседская собака, когда мы проходили мимо забора. Мой папа стоял неподвижно, подняв руки в знак сдачи.