Нико
Шрифт:
Я взглянула на Энджи, и она, казалось, хлестала по Нико Моррелли, заглядывая в него из-под ресниц, пытаясь показать ему, что ей интересно. Даже слепой человек не пропустил бы эти знаки. Для нее он заполнил ее флажки. Он был чертовски богат, могуч и красив. Ей просто нужно было добавить еще одну коробку — опасно.
Я нервно взглянула в его сторону. Он был старше, чем я ожидала, около сорока, и было в нем что-то неуловимое. Я не могла понять этого. Да, семья Моррелли управляла преступным миром Мэриленда и округа Колумбия на протяжении нескольких поколений, но в Нико Моррелли было
У меня не было для этого никаких оснований, но я бы поставила на карту свою жизнь, чтобы мое внутреннее чутье было верным. Обычно так и было. Именно это предупредило меня, что с моим мужем что-то произошло, прежде чем я успела осознать, во что он ввязался.
— Ну вот, — голос официанта поразил меня. Он немедленно изменил свое грубое поведение по отношению ко мне только потому, что я была в компании этого человека. Это было за гранью фальши. — Могу ли я еще что-нибудь для вас сделать?
Он спрашивал меня, но вопрос был адресован мужчине, который, как я до боли чувствовала, стоял позади меня. Я все равно покачала головой. Чем скорее этот официант уйдет, тем скорее я смогу дистанцироваться от Нико Моррелли.
Мой взгляд скользнул по ресторану и заметил, что у нас здесь лучший столик с видом на широко открытый памятник Вашингтону. В то время как другие столы были сдвинуты ближе друг к другу, чтобы заполнить это место до отказа, этот находился вдали от всех, обеспечивая приватность. Конечно, следовало ожидать, что Нико Моррелли получит все самое лучшее.
За столом уже сидел еще один джентльмен и ждал нас. Я не могла не застонать внутренне. Эти мужчины были именно тем, что любила Энджи. Красивые, богатые, авторитетные и могущественные. Был ли этот человек тоже преступником? От этих двоих Нико Моррелли излучал атмосферу доминирования и власти, привыкший добиваться своего. Другой, не очень.
Моя первая прогулка после смерти мужа, и случилась эта чертовщина. Я бы застряла в неудобной ситуации с парнем, от которого у меня по спине пробегала ужасная дрожь, и с другим, который пристально смотрел на меня, как будто я была на виду. Неудивительно, что я решила стать отшельником. После сегодняшнего дня я снова стала избегать всех.
— Привет, — теперь Энджи хлопнула ресницами, глядя на друга мистера Моррелли, и мне пришлось удержаться от закатывания глаз. Он казался моложе, но далеко не так привлекателен. Не то чтобы привлекательность кого-то из мужчин имела для меня значение. Он тут же встал, его глаза метнулись ко мне, а затем к его другу позади меня.
— Привет, Габито, — сказал позади меня мистер Моррелли. — Надеюсь, вы не против, чтобы эти милые дамы присоединились к нам.
Ух, я возражала. Я прикусила язык, чтобы сдержать слова. Я хотела уйти, сейчас.
— Конечно нет, Доминико, — ответил Габито, и его взгляд переместился с друга на меня. Чертовски Доминико Моррелли! Вот и никаких шансов или совпадение. — А вы? — спросил он
Неловко прочистив горло, я прохрипела свой ответ. — Бьянка.
Я намеренно скрыла свою фамилию. Мое сердце бешено колотилось о ребра, и я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Я нервно откинула волосы с лица, мои руки заметно дрожали. Мне не следовало приходить. Мне следовало остаться в своей маленькой рутине. Тогда бы я не столкнулась с Доминико Моррелли.
Настоящий ужас пробежал по моим венам; мой пульс пульсирует от адреналина.
Успокойся. Вдохни и выдохни. Успокойся.
Я продолжала пытаться подбадривать себя. Никто не знал, что произошло. Никто не приходил за этими деньгами. Никто, кроме нас троих, не знал, что мы сделали, и один из них был мертв. Я полностью доверяла Джону, а это означало, что наша тайна в безопасности.
Нет, не только мы трое. Тот, кто потерял эту сумку, тоже это знал.
Джон отдал свою часть украденных денег Уильяму. Думаю, он, как и я, надеялся, что это принесет ему лекарство. Мы оба были глупы. Врачи твердили, что его уже не спасти, но я отказывалась в это верить. Но все это не имело значения для мафии. Они убили бы Джона, зная, что у него нет ни цента из этих денег.
Но люди Моррелли так и не пришли его искать; Я оправдала это перед собой. Может быть, у них было столько мешков с деньгами, что они даже ни разу их не пропустили. Черт, борьба с этими последствиями может просто привести к сердечному приступу.
Оглядевшись, я снова осознала, что торчу, как больной большой палец, свидетельство того, что мне здесь не место. Энджи в хорошем смысле выделялась; Я выделялась самым худшим образом. Она уже села за стол, и я могла бы просто придушить ее за такую невнимательность в этот момент. Или за то, что выбрала место, куда приходили поесть бандиты.
Я стояла и размышляла, стоит ли мне просто сказать к черту все это и развернуться, чтобы уйти. Или это привлечет ко мне нежелательное внимание? Эти параноидальные мысли никогда не были частью меня, пока Уильям не связался с мафией. Даже после того, как я узнала большую тайну, которую скрывала моя мать, я была уверена, что она никогда не будет раскрыта. Потому что оно успешно хранилось двадцать пять лет. Но воровать деньги у мафии — это совсем другое.
Мужская рука на моей пояснице мягко подтолкнула меня вперед, заставив меня подпрыгнуть от обжигающего прикосновения и ударных волн, пронзивших мое тело. Я откинула голову назад и встретилась с серыми глазами, которые напугали меня до чертиков.
— Прошу прощения, — его глубокий голос просочился сквозь каждую пору, когда он убрал руку. — Я не хотел тебя напугать.
— Все в порядке, — пробормотала я хриплым голосом, очарованная и напуганная глубиной его глаз. Сегодня впервые после смерти моего мужа ко мне прикоснулся мужчина. Нико Моррелли. И его прикосновение… оно было жгучим, и даже теперь, когда его руки больше не было на мне, я все еще чувствовала жгучее ощущение там, где она лежала. Это было не совсем то, чего я ожидала.