Нико
Шрифт:
— Куда мы идем?
— В мой кабинет.
— Одни? — она заколебалась, обернувшись назад на мужчину на плюшевом ковре, в белой рубашке, забрызганной кровью.
— Да, красавица. Одни.
***
Она была ходячим сексом.
Темные волосы. Темные глаза. Изгибы. Кожа сливочного оттенка. Грудь, почти выскакивающая из корсета. Очень коротенькая юбка, прикрывающая ее попку. Высокие скулы и щеки с легким румянцем. Чертовски длинные ноги, в чертовых чулках, каблуки…
Нико в своем казино не обращал особого внимания на униформу, которую выбрал управляющий
Обычно, он не связывался с жуликами, ворами или аферистами, которые думали, что могут уклониться от сотен камер и первоклассной системы безопасности, установленной при реконструкции старого казино «Довольный слон» на Фримонт Стрит. С тех пор, количество чаще всего не глупых людей из конкурентных мафиозных кланов, приходивших к нему в казино и пытающихся жульничать за столами с высокими ставками, куда заявился Нико, стало гораздо меньше. И сексуальные женщины не пытались взломать его систему безопасности.
Он хотел знать о ней все. Что она делала в центре управления казино? Почему она не вздрогнула, когда он вышел из себя за покерным столом? И почему она показалась ему чертовски знакомой?
Нико заставил себя сделать то, что должен был делать, когда шел с красивой женщиной по казино сквозь разноголосицу соблазнительного возбуждения… звон колоколов, звук, словно от мерцания ламп, жужжание автоматов, цифровые сигналы, периодичный смоделированный звук лязга — все должно было пленять и увлекать, создавая впечатление, что каждый был победителем.
Хотя, казино «Италия» не было на вершине, тут был такой же дорогой декор, как в высококлассных отелях, привлекавший крупных игроков, которым хотелось неописуемого опыта без отказа от роскоши. Все было симпатичным, вычищенным и блестящим, от красных стен, предназначение которых было вызвать ощущение безопасности и комфорта, до узорчатых ковров, разработанных, чтобы завораживать, приветствовать и радовать глаз; а также в мягком, приглушенном освещении и непринужденной музыке, помогающей игрокам войти в транс, поощряя их на трату денег. Перед покупкой «Довольного Слона» Нико никогда не посещал казино, и его заинтриговала психология, скрывающаяся за модернизацией.
Девушка не проронила ни слова, пока он вел ее через лабиринты игровых автоматов, столов для игры в блэк джек и покер, мимо любопытствующих, столпившихся вокруг рулетки и столов для игры в кости. Он провел ключ-картой, и отделанные деревянными панелями двери лифта открылись, а мгновением позже, они оказались на десятом этаже.
Нико сопроводил девушку в свой кабинет. Холодный и строгий, оформленный в красно-черно-серые цвета казино, с небольшим столом для переговоров и креслом с одной стороны, и стальным стеллажом с другой. Место для ведения дел, не более.
После того, как он закрыл позади нее дверь, он уселся в кожаное кресло, за столом из стекла и хрома.
— Садись, — он указал на кресло перед ней.
— Я предпочитаю стоять.
Нико нахмурился, тем самым выразив свое недовольство. Будучи правой рукой главы семьи Тоскани, высокопоставленным и могущественным, с работающей на него отборной командой, он не привык к непослушанию. Он отчитывался только перед
— Сядь, — сказал он резко. — Или, я заставлю тебя сесть.
— Сломав мне нос?
Он сдерживался, чтобы не рассмеяться. Она, несмотря на свое затруднительное положение, была такой дерзкой, и когда, проигнорировав его, не двинулась, он был вынужден в полной мере наслаждаться всей красотой ее роскошного тела снова и снова. Она не была обычным вором, если знала, как найти центр управления и что делать, когда туда доберется и как поддержать интерес мужчины, который должен был бы, в обычной ситуации, просто передать ее полиции.
Законный бизнес, как казино «Италия» должен был вестись законным путем, в отличие от подпольных дел Нико, которые охватывали все, от ростовщичества до мошенничества с недвижимостью, и от контрафакта до уклонения от уплаты налогов. Занимаясь делами в Лас-Вегасе, он давал взятки и давил на рычаги от Калифорнии до Лос-Анджелеса. Не было места, куда бы ни смогло распространиться его влияние… даже на территорию, разделенную двумя конкурирующими мафиозными семьями, которые боролись с Тоскани за контроль над городом.
— Твой нос слишком прекрасен, чтобы его ломать.
Он должен был перестать смотреть на нее. Он был помолвлен с Сицилийской женщиной и должен был жениться на ней в течение предстоящих нескольких недель по соглашению между ее отцом и отцом Нико, состоявшимся, когда ему было шесть лет, чтобы закрепить огромный союз. Он никогда не встречал Розу Скоццари, но она была из семьи Коза Ностра, много поколений назад. Союз узаконил бы статус Нико, как наследника главы семьи, и дал бы ему власть свергнуть своего дядю, несмотря на тот факт, что Нико был выродком — сыном любовницы его отца. Прекрасная итальянская девушка была больше символом статуса, как большой дом и шикарный автомобиль. Роза родит ему сыновей, будет следить за домом и организовывать светские мероприятия. Секс и эмоциональную привязанность он получит от любовниц, которых имел каждый босс, показывая тем самым власть.
— Это был комплимент? — она изогнула идеальную бровь и опустила одну руку на шикарный изгиб своего бедра. Смелая и прекрасная. Иисус. Эта девушка до предела заставила испытать мужскую сдержанность.
— Ты жаждешь комплиментов? — он был готов на большее, чем просто разбрасываться комплиментами, начиная с ее пышной груди, длинных и стройных ног, талии, соблазнительно стянутой тугим корсетом, и короткой юбки, едва прикрывающей ее попку. Он сделал заметку в уме, дать Вито прибавку.
— Я хочу отдать тебе это и убраться отсюда, — она вытащила из лифа своего корсета письмо и протянула ему, а он в ответ издал стон. Его член, уже пребывая в легком стояке от словесной перепалки с прекрасной маленькой шалуньей, стал полностью твердым, когда он представил свой рот там, откуда было вынуто письмо.