Ник. Чародей. Том 2
Шрифт:
Внезапно все прекратилось. Чародей с удивлением посмотрел по сторонам, но нет – ветер все так же крутил мусор, вот только внутри очерченного круга все успокоилось, пыль улеглась. Было такое ощущение, что их накрыли прозрачным куполом, вокруг которого бесновалась стихия. Дальше началось вообще что-то непонятное. Земля дрогнула, даже лошади, вроде бы ни на что не реагировавшие, немного дернулись. По окружности прошло какое-то шевеление, раздался неприятный звук, возникло ощущение, будто землю просто разрывают.
Спустя недолгое время Фебрилус понял, что был недалек от истины: огромный кусок земли, на котором они все стояли, стал медленно и неумолимо подниматься
Ему было страшно. Сквозь невидимую, но явно существующую стену он видел, как далеко внизу проплывает земля. Если неизвестный хозяин ловушки захочет, то ему достаточно просто уронить ее, чтобы от них ничего не осталось. После падения с такой высоты действительно вряд ли что-то останется. По крайней мере живое. Обойдя по периметру тюрьму, Фебрилус остановился напротив того места, где можно было видеть, куда они направляются. Так он и простоял, глядя сначала на появившуюся на горизонте висящую в воздухе тучу песка, а затем на стены, постепенно и неуклонно поднимающиеся вокруг летающего острова, падающего в каменный мешок.
Дорникус
«Странные все же события происходят с нашей командой», – думал Дорникус, терпеливо дожидаясь результатов деятельности Никоса и Карины. Еще недавно он считал себя, да и ощущал тоже, опытным командиром, кое-что повидавшим в этой жизни. А сейчас приходится полагаться на способности и желания человека, вернее, мейха с чародейкой, о которых еще несколько дней назад он ничего не знал. Впрочем, сам виноват, а за ошибки приходится платить. Но в целом все идет таким образом, что даже интересно, плюс кое-какую выгоду при правильном подходе можно извлечь. Однако без Боркуса никак не обойтись, да и в любом случае друзей Дорникус не привык бросать. Если бы не Карина и Никос, обещавшие что-то сделать, он бы уже давно отправился по следам похитителя. Да, лошадей нет, похититель – чародей, но все равно он бы пошел. Потому что лишь врагов можно находить быстро, легко и непринужденно, порой не прикладывая для этого никаких усилий. Друзей приходится долго и упорно добывать, уподобляясь золотоискателю, который, не разгибаясь, намывает породу, дабы в остатке все же найти блеснувшую на солнце крупинку благородного металла.
Вернулся Кирин, перенеся через стену оставшиеся от Боркуса вещи. Похитители не все забрали. «И как только смог?» – Дорникус покачал головой. Однако ничего говорить не стал, лишь кивнул на землю рядом, чтобы присаживался. Кирин переложил пару тюков, намереваясь расположиться со всем удобством, и даже начал садиться, когда, заметив что-то боковым зрением, замер. Дорникус в это время смотрел на Карину: для удобства закрыв глаза, девушка наблюдала за чем-то через свои конструкты, откинувшись на невидимую спинку невидимого кресла. Эти невидимые кресла очень интересовали Дорникуса. Он понимал, что это мейхские штучки, и почему-то всегда на ум приходила мысль: как было бы удобно для путешественников иметь такие вещи. Не говоря уже о доме, который прячется в жезле.
На губы чародейки наползла улыбка, будто она увидела что-то
Что это такое на самом деле, пока непонятно, но судя по тому, что ни Никос не беспокоится, хоть и сидит с закрытыми глазами (впрочем, как уже давно уяснил Дорникус, для определения опасности ему это не помеха), ни Карина, – все под контролем. Девушка все с той же улыбкой и слегка щурясь смотрела уже своими глазами на приближающееся чудо.
Вообще, как заметил Дорникус, Никос и чародейка понимали друг друга с полувзгляда, с полуслова. Если кто-то что-то решил, то второй часто молча принимал это решение, будто ему было достаточно тех редких полунамеков, которыми они обменивались. Вот и сейчас, когда Никос, ничего не объясняя, попросил чародейку что-то сделать, а потом погрузился в себя, та не удивилась результатам его усилий. В том, что летящий объект – результат действий Никоса, Дорникус уже не сомневался. Пока, правда, непонятно, как это связано с вызволением Боркуса, но ждать осталось совсем немного.
Тем временем штука, как решил ее называть Дорникус, опустилась ниже, отплыла чуть в сторону от центрального куба и пристроилась аккурат между ним и стеной. Впрочем, места там было еще много – на несколько таких летающих… Островов? А ведь верно! Присмотревшись, он заметил, что в нижней части штуки явно просматриваются земляная структура, камни и, кажется, корни ближе к верху, а еще выше… Вот и верхушка острова появилась – зеленая трава и… Ух ты! Пока плохо видно, что находится в центре острова, вернее, совсем не видно, но на краю стоит незнакомый мужчина и смотрит на них. Если он тот, о ком думает Дорникус, то…
– Кир! – Он показал взглядом на оружие и встал.
Кирин кивнул и быстро вооружился. До зависшего над землей островка было недалеко, но Дорникус решил не спешить. Никос все еще сидел неподвижно, и можно было попасть под горячую руку. Так что, приготовившись, Дорникус и Кирин замерли.
Тем временем под висящим островом воздух стал как бы плавиться: точно такое ощущение возникает в жару, когда испарения влаги причудливо закручивают видимое за ними пространство. Земля вдруг начала проминаться, расползаться в стороны и, вместо того чтобы образовывать вывалы или горки, ровным слоем стала укладываться далеко от острова, минуя площадку, где находилась вся компания. Наконец воронка приняла примерную форму нижней окружности острова, и он медленно опустился в нее, почти идеально совместившись поверхностью с площадкой. В результате на плоской, лишенной растительности поверхности появился маленький оазис травы, на котором стояли все их лошади (Дорникус их сразу узнал), неизвестный мужчина (видимо, чародей), еще какие-то мужики и… Боркус!
Последний, правда, практически лежал, завалившись на шею коняги, другие сидели неподвижно. Увидев, что все успокоилось, и отметив, что Никос встал на ноги, Дорникус с Кирином побежали к островку. Дорникус активировал амулет (когда-то он думал, что чуть не прибил им Никоса), а в правой руке удерживал обнаженный меч. Кирин же в обеих руках держал ножи, которые он мог мастерски посылать в цель. По дороге мужчины молча разошлись в стороны и обогнули остров, разумно предположив, что стоящий спереди чародей – противник для Никоса, а не для них.