Ник-7
Шрифт:
— Ничего страшного, — улыбнулся Никос, — у нас говорится «делай, что должно, случится — что суждено». Так что… — И немного помолчав, вдруг спросил: — Как там дела у Карины с императором?
Лулио чуть не закашлялся от неожиданности. От Никоса он такого вопроса не ожидал.
— Да все у них хорошо, — пробурчал чародей, тоже разваливаясь в кресле. — Если ничего не будет мешать, отличная пара получится. И что самое главное — счастливая.
Никос некоторое время смотрел на чародея, потом резко встал.
— Ладно,
Лулио вздохнул.
— Удачи тебе, парень. Надеюсь, все у тебя сложится.
== Ник ==
Разговор с Лулио совсем не обнадежил. Но и не убил, ибо ничего другого я и не ожидал. Поэтому решительно набрал номер Карины.
Девушка ответила мне сразу, будто чувствовала что-то. Сидела она в одиночестве на скамейке у пруда в императорском парке и любовалась плавающими по поверхности воды красивыми птицами. Не лебедями, увы, но такими же красивыми и грациозными.
— Наслаждаешься видами природы?
— Что-то вроде того, — улыбнулась чародейка.
— Да… Красивый вид, — согласился я, оглядевшись.
— Ты уезжаешь?
Я внимательно посмотрел на девушку. Лулио не успел бы ей рассказать, другие вроде бы не знают.
— Догадалась?
— Почувствовала. Надолго?
— Судя по всему — надолго.
Помолчали.
— Как у тебя с Тилем?
Легкая заминка с ответом.
— Я приняла его предложение стать его женой.
Помолчали.
— Что ж… Поздравляю. Желаю тебе счастья.
— Спасибо. Сам как?
— Да вроде нормально. Очередной этап жизни закончен, пора переворачивать страницу.
— Не только у тебя. Не только…
Птица подплыла к самому берегу и вопросительно уставилась на чародейку.
— У меня на родине есть похожие птицы. Лебеди их называют. У них может быть только одна любовь на всю жизнь. И если одна птица погибает, вторая складывает крылья и падает камнем вниз. Без своей пары они не хотят жить.
— У людей такое тоже бывает, — немного неуверенно сказала Карины.
— Конечно бывает. И я очень надеюсь, что император — именно такая твоя половинка. Но если начнет обижать — звякни мне, и я ему прочищу мозги на тему как обращаться с любимыми женщинами.
Карина улыбнулась:
— С любимой женщиной. С одной!
— Вот именно!
Молчание…
— Ладно, давай прощаться, что ли… — наконец сказал я.
— Давай.
Снова молчание…
— Все, прощай!
— Береги себя! — Карина наконец улыбнулась и глубоко вздохнула. — Говоришь, пора переворачивать страницу? Надеюсь, это будет не последняя страница в твоей жизни, — Карина встала. — В любом случае, спасибо тебе за все! И если вдруг когда-нибудь ты окажешься где-то рядом — буду рада встретиться с тобой как с другом… Как с обычным другом!
Ну что ж, — подумал я, глядя с другой камеры в спину
==Шойнц Индергор Виртхорт==
Солнце приятно щекотало лучиками лицо, и мужчина щурился и легко улыбался. На повороте к одному из множества в столице Оробоса парков он на мгновение остановился, задумчиво постукивая тростью по ноге. Кивнул себе и повернул по дорожке вглубь парка.
Свой путь он закончил у озера и долго смотрел на плавающих птиц. Улыбнулся мимолетной мысли, что многие важные события с ним в Оробосе происходят вот в таких вот парках или рядом.
Неожиданно он резко повернулся, вытянул трость в сторону проходящего мимо мужчины и сказал:
— Не стоит даже пытаться.
Прохожий неприметной внешности замер на полушаге, опустил свою трость, очень похожую на ту, что держал в руках Шойнц, внимательно посмотрел в глаза профессору и медленно кивнул:
— На чем я прокололся?
— Не надо было использовать против меня методы борьбы с чародеями, многие из которых я же и разрабатывал.
— Пожалуй, — снова кивнул прохожий. — Я всегда признавал, что ты лучший из нас.
— Но все же рискнул пойти против? — Шойнц с любопытством смотрел на мужчину. — Иллюзию сними.
— У них были убедительные аргументы, — мужчина дотронулся до виска и вмиг лицо поменялось, а на голове стала видна тонкая диадема, которая формировала иллюзорное лицо постороннего человека.
— Ты постарел, — хмыкнул Шойнц.
— Работа такая… Что с моей командой?
— Думаю, мои люди уже их взяли.
— Видимо, и чародеи помогли? — прохожий бросил мимолетный взгляд на кольцо, которое вдруг замигало красным цветом и погасло.
— И они, — слегка кивнул Шойнц. — Как тебе, видимо, сказали, я с ними сотрудничаю.
— Почему?
— А почему ты не произнес слово «предатель»?
Прохожий задумался.
— Наверно, потому, что «предательство» — слишком окончательный вердикт и зависит от точки зрения. И наверно потому, что меня поставили в ситуацию, когда нет выбора — уничтожить тебя или нет.
— Так может перейдешь под мою руку? Я в состоянии дать нужные гарантии.
Прохожий вздохнул.
— Я же сказал, мне не оставили выбора. В том числе и на такой вот случай.
Оба мужчины немного помолчали. Шойнц с непроницаемым лицом наблюдал за давним знакомым, а тот — прикрыв глаза, повернул голову к солнцу и как будто грелся.
— Ты ведь знаешь, что чародеи не смогут меня взять живым. Но и уйти у меня не выйдет, — наконец произнес мужчина. — Дашь мне последний бой?
— Зачем МНЕ это надо? — спросил Шойнц.
— Я скажу, где находится мой тайник. Там будет много полезного для тебя. Как ты понимаешь, он так оборудован, что даже Видящие не найдут без наводки.