Ничья

Мелроуз Алекс

— Должен, должен… Вот ты постоянно повторяешь это слово, но мне порой кажется, что оно почвы не имеет. Ты отталкиваешься от обязанности, но не от желания. Поиски убийцы, похороны, забота обо мне… Ты говоришь, что делаешь это ради Энзо, но разве он хотел бы, чтобы ты делал что-то против своего желания?

— Я же не это имею в виду.

— А я как раз это. Потому что ты ни разу не говорил «я хочу», «мне нужно». Постоянно это гребанное «должен»! — ее голос подскакивает, и Елена пугается неожиданного наплыва эмоций, однако уже сама не может остановиться. — Ты никому ничего не должен, Деймон,

только себе, потому что ты уже вырос! В современном мире нет такого понятия, как «я должен кому-то». Ты должен себе, и если ты чего-то не хочешь, то нельзя прогибаться перед кем-то. Я привыкла жить по принципу: «Куда же мне до вас. Мне еще падать и падать». Даже если ты дерьмо, нельзя этого показывать, нужно быть выше. А ты… я не понимаю тебя. Ты вроде бы сильный, уверенный, весь из себя крутой, но по сути ты постоянно прогибаешься под обстоятельствами, при этом пытаясь не ударить в грязь лицом. Зачем? Будь собой, будь таким, каким тебе хочется, черт возьми! — она давится воздухом и замолкает, тяжело и с трудом дыша.

Деймон смотрит на нее во все глаза, пытаясь осознать, что все это сказала девушка, которая знает его без месяца неделю. Он видит ее огромные, почему-то словно стеклянные глаза, вздымающуюся грудь, раскрасневшиеся щеки и ловит себя на мысли, что никогда не видел никого красивее, чем Елена в эту самую секунду. Губы буквально покалывает от дикого желания поцеловать ее, и он крепче сжимает кулаки, напоминая себе, кто она и кто он.

— Я… Мне нужно готовить ужин, — кое-как выдавливает он, взяв себя в руки, и девушка ошарашенно смотрит на него, непонимающе хлопая ресницами.

— То есть это все, что я услышу в ответ на свои слова? — Деймон не отвечает, поджав губы, и она, скрипнув зубами, проносится мимо него в коридор, задев его плечом. — А ты реально подонок, Сальватор.

Услышав, как за дверью хлопает дверь, он проводит рукой по лицу и качает головой. Потом запускает пальцы в волосы, взъерошив их, и поворачивается к окну, глядя куда-то вдаль.

— Однозначно.

====== 18. Креативная. ======

— Где он?! — в кабинет Деймона врывается незнакомая разъяренная блондинка, которая едва ли не выбивает дверь, замерев возле самого стола. Сальваторе подскакивает, выронив мобильный, и озлобленно смотрит на секретаршу, которая испуганно мнется за спиной гостьи.

— П-простите, мистер Сальваторе, я пыталась сказать…

— Я не принимаю!

— Я говорила, но она…

— Кто, млять, она?! — он переводит горящие глаза на блондинку, и та, наклонившись вперед, упирается руками в стол.

— Ты Сальватор?

— Простите, дамочка, — он брезгливо одергивает пиджак, — но лично я Вас не знаю. Никогда в глаза не видел. Так что если у Вас есть какие-либо претензии, можете свалить нахер. Даже если мы трахались. Я явно был слишком пьян, если согласился на такой суицид. Дверь позади.

— Да срать я хотела на тебя и секс. Отвали уже, а?! — рычит она на секретаршу, и та, пискнув что-то нечленораздельное, пулей вылетает из кабинета. Деймон откидывается на спинку кресла и с негодованием смотрит на гостью, сложив руки на груди.

— Что Вам надо, уважаемая? Если Вы сейчас же не покинете мой кабинет, я позову охрану. Или сам спущу Вас с лестницы. Я

не привык церемониться, пусть даже с женщинами. Так что я бы…

— Да заткнись уже, блин, — блондинка садится на край стола и одергивает юбку, достает из сумки упаковку сигарет и закуривает с таким блаженством, словно это была мечта всей ее жизни. Деймон с абсолютно офигевшим выражением лица смотрит на нее несколько секунд, потом откашливается и медленно поднимается.

— Я тихо сказал? — его голос такой тихий, что он сам едва слышит себя. Женщина переводит на него равнодушные глаза, и его прорывает. — Я могу, млять, повторить погромче, чтобы ты свалила отсюда нахер!!! — его крик проносится по всему этажу, и в соседней комнате что-то падает.

Блондинку как ветром сдувает со стола, и она отскакивает в сторону, выронив свою сумку. Между тем Сальваторе, как ни в чем не бывало, поправляет ворот пиджака и садится на место, пристально глядя на посетительницу.

— Сейчас достаточно громко?

— А ты реально псих, — она присвистывает и откашливается, — но вообще я пришла даже не к тебе. Меня, кстати, зовут Ребекка.

— Искренне срать.

— Взаимно.

— Так с какого хера ты находишься здесь, если ты пришла не ко мне?

— Мне нужен Энзо, — она пожимает плечами, и Деймон напрягается. — Этот сукин ублюдыш трахнул меня, причем знатно так, как я люблю, а после этого не позвонил. И теперь он не отвечает на мои звонки и сообщения.

— А при чем здесь я?

— Я узнала, что у него есть брат. И поняла, что через тебя смогу связаться с ним. Если он реально решил, что я так просто отпущу его задницу, то пусть сожрет все мои секс-игрушки. Мне он понравился, он подходит, так что я не позволю ему так тупо слинять.

— И чем могу помочь я?

— Ты скажешь, где я могу его найти. И я найду. И убью. А потом изнасилую. Точнее не так. Изнасилую так, что лучше бы он умер. Да, так пойдет, — Ребекка сдувает с лица прядь волос и переводит на него мутный взор, — ну так че? Где твой брат ошивается?

— Погоди, я хочу понять ситуацию, — Деймон поднимается и, обойдя стол, прислоняется к нему и скрещивает руки на груди. — Вы случайно познакомились, переспали, тебе понравилось…

— Нам обоим.

— Ага. И потом он не позвонил?

— Типа того. Мы договорились встречаться раз в неделю, но он не пришел. На звонки и сообщения не отвечает, я его нигде не вижу. Он от меня теперь никуда не денется, я упертая. Так где этот ублюдок?

— Он мертв, — Деймон удивляется тому, как легко ему даются эти два слова. Он мог бы как-то помягче объяснить девушке, что его брат погиб, но почему-то он решает сказать напрямую, не приукрашивая ничего и не сглаживая новость.

Ребекка замирает, выпучив глаза, и пару секунд озадаченно смотрит ему в глаза, потом высокомерно фыркает, подходит к нему и, ткнув ему ярко-красным ногтем в грудь, шипит прямо в лицо, сверкая глазами:

— Если он решил, что я такая дурочка и поведусь на такую тупую легенду, то нихера. Так только в анекдотах делают, мол «скажи, что я умер». Не прокатит. Где он? Я же все равно найду его, я так просто не сдамся.

— Ну, через неделю, думаю, ты сможешь его увидеть, — равнодушно пожимает он плечами.