Ничего 2.0
Шрифт:
– Не бойся, – мягко проговорила она.
Я промолчала. Единственное, чем я могла дать отпор, – походный рюкзак, который я держала в руках. Неожиданно мне пришла в голову спасительная мысль.
– Сейчас, шнурки завяжу, – глухо произнесла я.
Наклонившись, я резко сняла один ботинок и сильно ударила ее в живот. От неожиданности девушка упала, еще один удар по голове и еще один…
– Черт, да она сумасшедшая! – закричал кто-то, заламывая мне руки сзади. – Говорила же, что не стоит с ней связываться, у нее
Внезапно я почувствовала острую боль в затылке, перед глазами все поплыло, и я потеряла связь даже с этой виртуальной реальностью.
Очнулась я, привязанная к кровати, все в том же сером и мрачном отсеке. И, хотя свет был тусклым, различить, что происходит вокруг, я вполне могла. Несчастная девушка еле слышно постанывала на соседней кушетке. Может, это и пустой персонаж, но уж больно слабый и жалкий. В отсек вновь вошла брюнетка. Ничего хорошего это не предвещало. Вся моя сущность сжалась в комок. Теперь мне стало по-настоящему страшно.
– Да ты больная. Я убью тебя, – заорала она.
– Прекрати, успокойся! Не трогай ее. Она не виновата, – вслед за Афиной появилась Белоснежка. – Не надо, она просто испугалась.
Я не понимала, что это за глупая игра в «плохого и хорошего», словно мы вернулись в двадцать первый век.
– Ты успокоилась? Пришла в себя? Давай я вколю раствор, тебе надо набраться сил.
Белокурая девушка выкатила откуда-то из-за угла капельницу. Ненавижу их, но не могу не признать, что мне сразу стало лучше. Я взглянула на соседку, к ней тоже тянулись трубки, по которым, по всей видимости, поступал тот же раствор.
– Ей совсем плохо, – произнесла блондинка, – она едва жива. Думали не откачаем, но вроде бы пошла на поправку.
Белоснежка заботливо поправила немного съехавший с постанывающей девушки плед и положила ладонь ей на лоб.
Я не знала верить им или нет, кто они такие и чего хотят. Наконец, не выдержав, я спросила:
– Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит!?
– Ты и вправду хочешь это знать? – в отсек зашел голубоглазый Красавчик.
– Ну, давайте, валяйте, рассказывайте, какой там у вас сценарий, раз уж делать больше нечего! Послушаю ваш галлюциногенный бред, – раздраженно бросила я.
– Отвяжи ее, она вроде немного успокоилась. Будем разговаривать, как цивилизованные люди. Если, конечно, мы все еще люди, – сказал вошедший следом Добряк.
Пока блондинка отвязывала меня от кровати, приятный брюнет продолжил:
– Мы, люди, которых в случае аварийной ситуации должны выводить из анабиоза для устранения неполадок и проведения других работ. Кому угодно в голову можно было загрузить любую информацию, но мы еще до анабиоза делали такую работу своими руками. Ни одна суперинструкция не сравнится с подобным опытом, поэтому нас и выбрали для этой миссии. Вот я, к примеру, айтишник, занимаюсь программным обеспечением
– Подожди, подожди! У вас хотя бы есть имена? Как мне вас называть?
– Нет, мы не помним их, никто не помнит, нам не оставили имен. Сама знаешь, это негласное правило при входе в анабиоз. У тебя ведь тоже нет имени.
– Нет…
– У нас есть номера. Ты будешь Шестой. Знакомься – это Первый, – мой собеседник указал на голубоглазого Красавчика. – Он специалист по очистительным системам.
«Что ж, неудивительно, что именно он Первый», – подумала я, глядя на его уверенное, идеальное лицо.
– Вот Вторая – специалист по охранным системам, – Добряк показал на Афину.
Как все предсказуемо в этом раунде! Брюнетка бросила в мою сторону быстрый взгляд. Она мне сразу не понравилась, похоже, как и я ей.
Блондинка с нежными чертами лица оказалась Третьей – медицинским работником. Мне все было предельно ясно – раунд по всем канонам классического сценария. Так себе перспективка.
– Я Четвертый, Пятая – девушка в твоем отсеке, – закончил брюнет.
– Кто она, эта девушка на кушетке, и что вы с ней сделали?
– Ничего. Мы нашли ее возле капсулы едва живую и принесли сюда. Третья ухаживает за ней, ставит капельницы с раствором. Но пока Пятой не становится лучше, состояние стабильно тяжелое. Мы многих находим возле капсул уже мертвыми. Ей посчастливилось выкарабкаться, как и тебе. Думаю, большинство погибло еще внутри, так и не сумев выбраться наружу. Ты знаешь, что капсулы самоочищаются, если находящийся в них организм погибает. Думаю, ты не захочешь узнать подробности. Капсулы в этом случае работают по принципу древнего диспоузера или попросту измельчителя.
– Даже эти детали были лишними, – тошнота подступила к горлу.
Немного погодя я, продолжая лежать в своей койке, собрала все силы в кулак и отчетливо произнесла:
– Не особо-то я вам верю, ребята. Но я так понимаю, правила игры придется принять в любом случае.
– Похоже, что так. Но вообще-то после того, как мы тебя спасли, могла бы быть повежливей и сказать хотя бы элементарное «спасибо», – резко вставила брюнетка.
– Думаю, тебе пора начать доверять нам. Давай попробуем не играть, а помогать друг другу, – проговорила блондинка, слегка приподняв бровь.
– Ха, я вас впервые вижу! Может быть, вы вообще пустые!? Слово «доверять» в данной ситуации звучит очень забавно, – язвительно заявила я.
– Послушай, – явно нервничая, вмешалась Вторая, – не хочешь – вали отсюда! Тебя здесь никто не держит!
– Успокойтесь, девочки. Вы сейчас друг друга покусаете, – низким голосом проговорил блондин, одарив нас своим «фирменным» пронзительным взглядом.
Насчет него у меня уже не было никаких сомнений – определенно запрограммированный персонаж. Уж слишком напыщен и самоуверен.