Нежеланная пара
Шрифт:
– С ним всё в порядке? Он… жив? – я взвилась и первым делом подумала самое худшее. К счастью, моя собеседница перестала хранить молчание.
– Жив и здоров он, просто его немного… задержали до выяснения обстоятельств охотники. Ты тоже должна была у них находиться, но там что-то твоя подруга намутила, и тебя мне сдали.
– А его… из-за меня?
Марина ответила:
– Да. Утром я должна буду привезти тебя, там тебя допросят и после этого его должны отпустить.
Я от волнения начала сжимать столешницу и под напором моей новой
– Ада, успокойся, всё в порядке. Часа через три уже можно будет ехать туда. А пока постарайся не разнести дом, вам тут ещё жить, а я старалась вообще-то, гоняла тут всех, чтобы вы могли переехать.
Я осмотрелась и смогла заметить, что тут действительно всё слегка изменилось в лучшую сторону. Посвежело как-то, пыли теперь не было даже в дальних углах…
– Ты поела, скоро опять спать захочешь, – вставая из-за стола, сказала Марина. – Так что, лучше иди в комнату, а то уснешь где-нибудь на лестнице. И старайся сохранять спокойствие, я всё-таки надеюсь, что воспитанием тебя, как оборотня, Игорь займётся сам, а не мне придётся судорожно объяснять тебе, как стать человеком обратно.
После её слов мне ни разу спокойнее не стало, но я всё-таки ушла наверх, комнату найдя чуть ли не по запаху, потому что, когда я оттуда выходила, то не запомнила, какая она там по счету от лестницы и с какой стороны. Дом всё-таки оказался очень большим: моих квартир тут было штуки четыре, наверное, а то и пять.
Марина оказалась права и, как только я коснулась подушки, сразу же провалилась в объятия сна.
45. Игорь
А решать проблемы после того, как я Аду обратил, нам всё-таки пришлось. Охотники обнаружили нас где-то через полчаса после того, как я напоил свою избранную собственной кровью.
Они без вопросов попросили «следовать за ними», но они хотели забрать и Аду. Вот только как этим идиотам объяснить было, что новообращенному оборотню совсем не понравится очнуться среди охотников, и она воспримет их, как угрозу? К счастью, Ада имела достаточное влияние среди своих, чтобы заставить передать Аду Маринке.
Сестра без вопросов приехала ко мне и забрала нового члена нашей семьи, сказав, что они будут в том доме, который она для нас приготовила. Я объяснил коротко, что произошло, чтобы она потом объяснила Аде.
Мне стало как-то стыдно перед Мариной, потому что все мои проблемы в последнее время решала она… Но вариантов сейчас больше не было. Я не знал больше ни одного оборотня, которому доверял бы настолько. Родители разве что, но вряд ли бы они смогли справиться с новорожденным оборотнем в случае чего.
У меня забрали оружие, отконвоировали к машине и отвезли куда-то, видимо, в предполагаемое место временного содержания. В машине Таша сказала мне, что постарается объяснить всё своему отцу, он Аду знает с самого детства, и должен сделать всё, чтобы ей помочь. На мой вопрос, захочет ли он помогать ей, когда та стала оборотнем,
Меня привезли в какую-то пятиэтажку, на вид офисную, долго водили по коридорам, а потом разместили в комнате, которая реально очень даже напоминала камеру, одно отличие: дверь я мог вынести легко, с одного маха, но делать бы этого не стал, потому что мои действия сейчас влияли не только лишь на мою судьбу, но и на судьбу Ады.
Волнение за неё охватило сейчас всё моё существо, ни о чём другом я и думать не мог, а поэтому даже не заметил, как дверь отворилась и кто-то вошёл в комнату-камеру.
Этим «кем-то» оказался мужчина-охотник средних лет, лицо которого было мне очень даже знакомо…
Я непроизвольно вспомнил всё то, из-за чего, я собственно, здесь и нахожусь. Не похищение Ады, нет. То, из-за чего произошло и оно.
Глупый молодой оборотень, считающий неоспоримым превосходство собственной расы ввязался в шайку в точности таких же придурков, руководимых уродом, одержимым идеей власти оборотней, а точнее себя, над людьми. И, пока я лишь хвалился собственным, от рождения данным, величием, всё было просто прекрасно, лучше, как говорится, и не придумаешь, но меня сочли готовым для чего-то более серьёзного…
Тут-то и оказалось, что воспитание не пропьёшь: охотника, которого я должен был пытать, а потом убить, я отпустил, потому что просто не смог поднять на него руку. За свою жалость я расплатился сполна, заняв место освобожденного пленника. Вот только почти уже умирая, я смог чудом сбежать, при этом убив приближенного к главарю оборотня, который и истязал меня… За это меня и возненавидели. За это и хотели отомстить, потому что приближенный, ко всему прочему, был главарю младшим братом.
И сейчас тот самый охотник, которого я спас, стоял передо мной, судя по всему, тоже меня узнав.
Он долго на меня смотрел, будто бы не веря, кого перед собой видит, а потом произнёс:
– Видимо, пришло время расплачиваться по счетам, – и вышел.
Через некоторое время пришла Таша и коротко меня уведомила:
– Отец надавил, куда надо, решено, когда Ада очнётся, и станет понятно, что с ней всё хорошо, тебя отпустят. Ну… если она не очнется, то смысла тебя куда-то отпускать уже не будет.
Я кивнул, а потом спросил:
– Это твой отец ко мне заходил?
Таша кивнула и вышла.
Надо же, как тесен мир. Никогда бы не подумал, что мне придётся встретиться с этим охотником ещё раз. Но, судя по тому, что он относится к оборотням лучше, чем другие, воспитал дочь, относящуюся к нам ещё лучше, мои страдания были не напрасны. Я сохранил жизнь достойному человеку.
***
Ада должна была прибыть в небытие около двух дней и эти два дня уже подходили к концу. Я начинал волноваться дико, временами хотелось уже сбежать отсюда, просто чтобы узнать, как там она.