Неземное тело
Шрифт:
«Интересно, — отметил про себя Тагиров, который вчера размышлял на эту тему — опять книжки всплыли. Надо будет еще и аналитиков на это дело бросить, пусть посмотрят. А вдруг…»
Кроме того, в архивах раскопали фото, где Николас Лейтер на прошлогоднем всеамериканском форуме под эгидой НАСА беседует с одним из руководителей управления, спокойно положив ему руку на плечо. Случайно запечатленный камерой жест красноречиво свидетельствовал об особых, доверительных отношениях этих людей.
Появление на горизонте такой серьезной структуры, да еще со спецпроектами,
Оставалось обсудить еще две важные проблемы. Карты Московской области и инженер-нефтяник, номер телефона которого был у погибшего американца.
— Господин Васильев? — Человек за канцелярским столом строго посмотрел на вошедшего.
Васильев, очень высокий мужчина лет тридцати, с усами и небольшой русой бородкой, приветливо улыбнулся:
— Господин! Почему так официально, вы не из милиции? Можно Игорь Васильевич, для друзей — просто Игорь.
— Игорь Васильевич, я не из милиции, — сухо ответил его визави, — я из ФСБ.
— Да? — протянул озадаченно Васильев. — А зачем я вам нужен?
— Я прилетел из Москвы специально, чтобы поговорить с вами относительно одного серьезного дела. Но хочу предупредить…
— Знаю, знаю, — перебил его Игорь, — никому не расскажу о нашем разговоре.
— Именно.
— Прямо как в кино, — покачал головой Васильев. — А вас как зовут?
Фээсбэшник молча протянул Игорю для ознакомления свое удостоверение.
— Сергей Иванович или «товарищ капитан»? — вопросительно протянул тот.
— Как вам угодно, — так же сухо заметил московский гость.
Разговор происходил в кабинете заместителя директора нефтегазового предприятия, на котором трудился инженер-нефтяник Васильев. Хозяин, сам сотрудник ведомства в отставке, любезно предоставил коллеге свой кабинет для разговора.
— Игорь Васильевич, я хочу задать вам несколько вопросов и надеюсь получить на них исчерпывающие и искренние ответы.
— Хорошенькое начало, — вставил слово Васильев. — Но, поверьте, никакой вины за собой я не чувствую. Может, и завалил какого кабана или лося, но не по злобе, а из чувства охотничьего азарта!
— Игорь Васильевич, — терпеливо продолжал гость, — я прошу вас быть серьезным. У меня не так много времени на разговоры, я вечером должен лететь обратно. Так что давайте к делу.
— К делу так к делу, — посерьезнел Игорь. — Спрашивайте.
— Знаете ли вы Николаса Лейтера?
— Нет. Первый раз слышу это имя. А кто он?
— Вы уверены?
— Абсолютно. Я не знаю такого имени. А можете показать фото какое-нибудь, вдруг вспомню?
— Скажите, у вас много знакомых иностранцев?
— Вообще нет. Был приятель институтский, Иржи Новак, чех. Но я давно о нем не слышал.
— Я вам покажу фотографию, посмотрите внимательно.
Игорь долго вертел в руках снимок, затем протянул его обратно.
— Не видел, не помню такого. Дядька как дядька. Сергей Иванович, а почему вы о нем спрашиваете? Почему
— Игорь Васильевич, прежде чем я отвечу на ваш вопрос, ответьте на мои. Вы точно не знаете этого человека? Никогда и нигде его не видели, никто вас ему не представлял? Может быть, это знакомый ваших друзей?
— Отвечаю, как вы просили, — исчерпывающе и искренне. Нет, нет и нет.
— Знакомство по Интернету?
— Исключено, я не балуюсь этим, времени, знаете ли, жалко. Так наломаешься за день — поспать бы или кино посмотреть. Я ответил на ваши вопросы?
— Да.
— Теперь ваша очередь, товарищ капитан.
— Игорь Васильевич, дело в том, что номер телефона вашей московской квартиры был у американского гражданина Николаса Лейтера. В записной книжке его мобильного телефона.
— Так вы у него и спросите, откуда он взял мой телефон. Я вообще никому его не даю, я же там не бываю. За квартиру мать платит, ну, прибирает там иногда, пыль и все такое.
— А постояльцев не пускаете?
— Зачем мне это? В деньгах нужды нет. Так вы спрашивали у этого Николсона… Николаса… как его там — Кейджа?
— Лейтера. Николаса Лейтера. Игорь Васильевич, мы не можем у него этого узнать. Он умер. Умер в Москве. Точнее — погиб.
— А он что, шпион? Почему ФСБ занимается этим?
— Во-первых, мы занимаемся не только шпионами. Во-вторых, я в интересах следствия не могу вам все рассказать. А вы подумайте, вдруг что-то вспомните.
— Знаете, Сергей Иванович, у меня есть некоторые мысли по этому поводу. Сейчас изложу, закурю только.
Игорь глубоко затянулся, выпустил дым тонкой струйкой и поудобнее устроился в кресле.
— Значит, история такая. В конце 1999 года я купил эту самую квартиру. Они тогда, после дефолта, дешевые были, не то что сейчас. Я в то время немного на перепродаже нефтепродуктов посредничал. В августе 98-го погорел, естественно, как и все, но кое-какие запасы остались. Меня уже тогда приглашали на Север, и я подумал — мало ли что, а квартира всегда в цене. Продавала ее певичка одна. Сейчас она знаменитость, а тогда ее почти не знали, только-только замелькала на радио, по телику. Я когда приехал квартиру смотреть, извелся весь — где-то видел хозяйку, а где — не могу понять. Ну она меня и просветила — восходящая звезда Саша. Тут я и вспомнил. По-настоящему ее зовут Александра Журвиц, это уже когда документы оформляли, я посмотрел. Естественно, с такой фамилией не на эстраду, а коров доить. А так — Саша и Саша. Звучит.
Так вот, я пока сюда не уехал, примерно с полгода жил в той квартире. Знаете, иногда повеситься хотелось, особенно первые месяц-два — телефон мужики обрывали. В основном. Женщины звонили, но реже. Истерички какие-то. Объясняю им вежливо — квартиру она продала, телефон не оставила, не знаю, где ее найти. А там мат, угрозы, рыдания. Хотел даже поменять номер, но ждать слишком долго, а тут уже и время уезжать подошло. Так что все решилось естественным образом.
Игорь снова затянулся и закончил: