Нейтрализация
Шрифт:
Да, лучшее из худшего. Правда рожа у меня была кислая.
— Гайл. Я действительно хочу помочь. Это моё дело как истинного подданного своей номархии, — фанатизм в таком деле только в плюс. — К тому же, у меня есть ресурсы, мой боевой отряд.
Я также надеялся, что в подземельях Сикарион ещё остались верные мне ребята.
— Что с моими людьми? — надежда, что федералы выпустят кого-то из Сикарион, была очень призрачной.
— Гайл, пойми. Это уже вне моей компетенции. Их придержат. Наказывать пока не за что, расследование идёт. С ними всё будет в порядке. Докажи вашу невиновность
Аэрокар Тей-Риджета был не самой дешёвой игрушкой.
— Так я вообще не очень ценю вещи, но машины для меня — всё. Когда смена на «Алайе» заканчивается, гоняю здесь, на земле, — выдал Тергор, возвращая мой комм.
— Предпочитаю байки.
— Я тоже. Раньше. Пока по глупости не попал в аварию, после которой лучшие хирурги и регенераторы собирали мои внутренности и скелет две недели. Повезло, что родился номом. До сих пор позвоночник ноет осенью.
Я ухмыльнулся. С момента воссоединения с новыми симбионтами, я абсолютно перестал ощущать новое тело. Лишь идеально слаженный механизм, который теперь был в моем полном распоряжении. Но этим я не стал дразнить старичка Тей-Риджета, хотя тот внимательно смотрел на меня:
— У тебя, наверное, не так? С этими твоими симбионтами? Что ты ощущаешь?
А вот и ненавязчивые «дружеские» вопросы. Хорошие ребята у них там в Модуле расследований: не стали препарировать сразу, — ведь жизнь священна, — сначала подослали «своих в доску». Его можно было понять.
«Медуза» была наглухо закрыта, но мы вломились через черный ход и обнаружили Хайгона в его тайном, напичканном компьютерами, логове на несколько уровней ниже.
Хайги был эмоционально растоптан. Кажется, даже перестал бояться, и при моём появлении просто опрокинул в себя очередную стопку руфера, которую я не успел забрать.
— Живой, — как-то безрадостно выдал он.
— Давай, рассказывай, что за хрень происходит?
— Вот. Сам смотри. — Хайгон вывел на свои мониторы видеозаписи с камер Башни Данаган.
— Поначалу всё было хорошо, — монотонно комментировал парень, — ребята продвигались этаж за этажом. Я сопровождал их вполне беспрепятственно. Отрубал системы безопасности, открывал аварийный двери, блокировал лифты. Поднял силовые щиты, чтобы у тех не было подкрепления с воздуха. Но когда они уже оказались внутри…
— Как там оказался АСКИР?
— Тен решил оставить себе свою физиономию, а АСКИРа я перепрошил, и его поставили во главе отряда, как отвлекающего. Кинули на амбразуру.
Картинка показывала Тенемхета — АСКИРа, за ним стояли Ахаб, Рагрон, Колмер и ещё около пятидесяти человек. Все в бронескафандрах и шлемах. Я отличал по рисункам, которые каждый из них наносил не только на кожу, но и на доспехи. Остальные были рассредоточены по этажам, контролировали периметр и нижние этажи и брали тех, кто, согласно данным Хайгона, был причастен к покушению на Тенемхета.
— Где сам Тен? — я бегал глазами, но не находил его под одинаковыми шлемами.
— Все прошло хорошо, — не ответил Хайгон, — они уже пришли в главный зал, а потом… начали все падать.
Как по команде,
Кто-то, кто держался до последнего, понимая, что сейчас умрет, начал палить без разбора в стоящих перед ними равнодушных номов, но плазмоиды отлетали от них.
— Что это? Газ?
— Я не знаю, — обречённо выдавал парень, — бронескафандры должны быть герметичны. Должны быть. Может, гамма-излучение. Какая-то новая система безопасности, я отстранён уже лет девять как, и не в курсе. Падают только ремы. Вот, видишь.
— Я уже слышал о таком, — вставил Тергор. — Для нас доза безопасна, а для ремов… сами видите.
— Интересное оружие против нас, — Хайгон, наконец, вышел из стадии оцепенения и перешёл в состояние межрасовой озлобленности.
Самая последняя фигура в бронескафандре без опознавательных знаков осталась стоять.
— Это номарх.
Я уже догадался.
Синтетики подошли к Тену, поставили его на колени прикладом и сорвали шлем. Сопротивляться явно не было смысла, он был один на один с ордой синтетиков и враждебными номами. Ханнари подошёл к дёргающемуся в захвате гравиловушки АСКИРу Тена и вырвал ему горло.
— Подожди, ты хочешь сказать, что этот обгоревший парень, и есть наш император? — проснулся Тей-Риджет, не веря своим глазам.
— Угу. Первое покушение не убило его, но не было совсем уж не удачным. Он собирался лечь в регенератор, но что-то пошло не так.
— Это совершенно очевидно. У нас тут всё пошло куда-то в сторону «не так». В огромную черную космическую жопу!
— Почему он не применяет свой телекинез? — я не обращал внимания на истерику Тергора. — Меня он уделывал им на счет «раз».
— Силовые щиты и гравиловушки, здесь и здесь по контуру. Первое средство от телекинетиков, — объяснял Хайгон. — По этой же причине плазмоиды отклонялись от Ханнари. Рахта, кстати, на встрече не было.
— Сделай громче.
— Когда вы убили Фаррага Тиргарита, — вещал Ханнари с экранов мониторов, — вы не знали, что он пришёл договариваться к Дан-Эйре по договоренности с нами. Лично у меня не было никакого терпения возиться с этим чужеродным плебеем, и Фарраг любезно взял на себя эту функцию. Но поскольку он не сказал об этом недалёкому варвару, убедив его, что действует от собственного имени, вы не узнали о том, что Фарраг должен был связаться с нами через несколько часов.
Конечно, его АСКИР, которого вы перепрограмировали тоже не мог этого знать. Но ты знаешь Фаррага, он всегда был не слишком обязательным. А потому, мы сначала решили проверить его дом, думая, что он напился или вызвал к себе очередных девок из ремов.
Себиты Аритайны не плохо справились с восстановлением дома, за исключением небольших деталей. СКИРЫ не всегда аккуратны к деталям реального мира. Его самое главное: мы всегда видим, когда Аритайна взламывает наши системы. Мы отслеживаем её «визиты» по изменениям веса метаданных нейросети. Так было и в тот раз, когда она затёрла видеоматериалы с убийством Фаррага. Как мы поняли, что вы его убили? Анализ воздуха показал запредельное наличие транс-эпокси-деценаля. Так что, старину Фаррага жаль, но вы прикололись.