Шрифт:
Омыв кисти рук, девушка машинально посмотрела на себя в зеркало, и замерла, вглядываясь в отражение. Она с трудом боролась с желанием выругаться самыми непристойными выражениями, какие только приходили на ум. Где та яркая красотка, что ловила восхищенные взгляды коллег? Ассиметричный боб в окрасе омбре, темного у корней и бордового к кончикам волос, обрамлял бледное осунувшееся лицо с запавшими глазами. Ее внешность была отличной иллюстрацией по запросу в поисковике – «как выглядит сотрудник года?»
Подставив ладони под поток теплого воздуха автосушилки, она зажмурилась от предвкушения.
Словно подслушав ее мысли, «умный» браслет отозвался одиночным вибросигналом уведомления рабочего чата. Девушка вытянула стеклянную пластинку смартфона и прочла последнее сообщение.
– Да вы издеваетесь?! – вырвалось у нее.
В коридоре послышался торопливый стук каблучков секретарши, уходящей с работы, и разозленная девушка вернулась в свой отдел.
– Без пяти восемь, – протянул Михаил и встал, потягиваясь.
– Ника, тебе тоже пришло? – над мониторами появилось голова Иры с жвачно-розовыми косами. Ее покрасневшие глаза изучали коллегу.
Вероника кивнула, а затем повернула голову к панорамным окнам, тянущимся во всю стену почти пустого коворкинга, через которые вливался предзакатный свет.
– Идемте, – вздохнула девушка.
Троица поплелась к кабинету руководителя проекта, на ходу обсуждая возможные причины собрания. Их шаги и звуки разговора отдавались звонким эхом в стеклянных стенках перегородок, разделяющих отделы и коридор. В некоторых ячейках еще горел свет, но два отдела были полностью погружены во мрак. Вероника не удержалась и заглянула в один из них. Все выглядело как и в тот злополучный день, когда люди просто встали, вышли и не вернулись.
Обесточенные мониторы чернели стройными рядами черных изогнутых прямоугольников и только датчик пожарной сигнализации дежурно мигал в темноте, будто отсчитывая, через сколько эта печальная участь постигнет другие отделы.
Вот и нужная дверь, гостеприимно распахнутая перед троицей.
Вероника постучала по пластиковому наличнику и уточнила: – Игорь Павлович, можно войти?
– Да, входите все.
Нажатием кнопки руководитель опустил плоскости мониторов, плавно уехавших внутрь столешницы и повернулся к ним.
– Садитесь.
Троица не заставила себя ждать и они разместились вдоль длинной стороны т-образного стола.
– Не буду тянуть, – он вгляделся в их напряженные лица, – смежники нас подставили. Проект идет на повторную экспертизу раньше срока. Сами знаете, нам нужно «сбить» объект и отдать данные нейронкам, а они сформируют сметы для экспертизы. Наш дедлайн к пятнице на следующей неделе. Дружно прощаемся с выходными. Отгулы получите после сдачи. Решите заранее кто из вас пойдет в какой день, чтобы всегда работало не меньше двух инженеров. Вопросы?
– Отпуск тоже накрылся? – мрачно осведомилась Вероника.
Начальство молча кивнуло.
– К нашей команде присоединятся два техника из Челябинска. Они освободились после закрытия регионального объекта. Если
Игорь Павлович раздраженно щелкнул по кнопке, поднимая мониторы обратно. Как-то запоздало к нему пришло понимание, что и его выходные будут проведены в этой стеклянной высотке безысходности, на шестидесятом этаже отчаяния. Добро пожаловать в Сити, бро. В город несбывшихся надежд и квартал профессионального убийцы личной жизни. Если ты находишь запах и вкус сублимированного синтокофе приятным, то держи пропуск в клуб неизлечимых трудоголиков. Welcome to Moscow!
Полтора года без отпуска! Шикарно! – тем временем думала Вероника. Что она может сделать? Что они все могут сделать? Уволиться? У нее самой и Иры ипотеки, а Михаил купил себе спортивную тачку. Не важно, что он может на ней гонять только в мечтах, стоя в очередной бесконечной пробке. Он скорее продаст почку, чем спустится в метро. Коренной москвич, блин.
Сколько себя помнила, девушка боялась лишиться работы. Ей не приносило ни капли удовольствия заниматься строительством и реконструкцией, но выбор сильно ограничивался все более продвинутыми нейросетями. Сметчики, бухгалтера, водители… Когда настанет наш черед? Вагон метро качнулся и она ухватилась за поручень. Кстати, поездом тоже управляет бездушный робот.
И ради чего это все? Чтобы умереть в одиночестве в тесной квартирке, потому что не успела завести семью. Зато ипотеку выплатила, ага. Занимательный челлендж длинною в жизнь.
Вот и ее станция. Застегнув куртку из светоотражающей RFID ткани, Вероника поплелась по переходу к выходу на поверхность и раздраженно вздохнула. На табло неоном сияла предупреждающая надпись об осадках, а в нос с резким порывом ветра, пробившегося в духоту подземного перехода, ударил едкий, влажный запах кислотного дождя. Выдвинув секции телескопической рукояти, девушка включила аэрозонт, и шагнула в сияющее облако едких испарений.
Мелкая морось разбивалась о невидимый воздушный купол, позволяя увидеть город над головой, где с наступлением темноты ожила бесчисленная реклама. Вывески и голограммы, проекции на асфальт и бегущие строки инфокиосков подкрашивали дождь, отражалась в каждой капле воды и подсвечивая лужи.
«Лишь бы аккумулятор не сел» – мелькнула внезапная мысль. Вероника подняла левую руку, где на запястье красовался «умный» браслет и проверила заряд всех устройств. Вот так и приходится выживать, перебегая от одной розетки до другой.
– …высокая конкуренция, не проходящее чувство неуверенности в себе? – таргетированная реклама прервала ход мыслей, торпедировав и успешно подорвав уставший мозг ниже ватерлинии.
Слова вкручиваясь в уши через беспроводные наушники, прервав расслабляющую мелодию. Вырвав их, Вероника затолкала устройства в карман куртки. Убирать единственной свободной рукой в чехол было не удобно и поэтому девушка разозлилась еще больше.
«Опять забыла оплатить подписку от рекламы» – с тоской она вспомнила о пришедшем уведомлении, мгновенно потерявшимся среди потока сообщений, задач и мелких поручений сегодняшнего дня.