Нейропсихоz
Шрифт:
С первого этажа. Уже без сомнений.
Яра неожиданно сделала рывок вниз и прокричала:
— Мы должны помочь!
— Нет, стой! — я едва перехватил её руку. — У этого клуба охрана получше, чем у президента, если они ничего не смогли сделать…
— Но мы не какие-то охранники!
Внизу взорвалась граната, а потом прозвучала целая опера различных крупнокалиберных стволов.
— Яра, нам придётся искать другой путь…
Она тяжело вдохнула:
— Ладно… Там! — Яра кивнула в сторону
Грохот, крики и выстрелы теперь прорвались из зоны приват-залов.
— Бегом! — рявкнул я, сворачивая в сторону.
Коридор наполнялся дымом. Его густые клубы стелились вдоль потолка, тягучие, почти маслянистые. Когда мы пробегали мимо одной из «випок», то двери в неё уже не было. А с обратной стороны…
Половина стены отсутствовала.
Через разорванные края облицовки в помещение врывались языки пламени. Вместо пола — изогнутые куски арматуры и перекошенные стены второго этажа. Видимо, именно сюда прилетело — возможно, ракета, выпущенная с аэрокара.
Но нахрена?
Никакого ответа. Только догадки.
Странно, что кроме нас никто в коридор так и не выскочил. Хотя, возможно, больше некому.
Мы добрались до окна, но стоило его открыть, как Яра выругалась:
— Вот же зараза…
Пожарная лестница валялась на асфальте внизу. Неясно, снесло ли её взрывом или она уже давно была в таком состоянии. В любом случае — этот путь отрезан.
В этот момент на комм поступил вызов. Гриша.
— Гриша! — выкрикнул я. — Что, блядь, у вас там происходит?! Тут натуральный апокалипсис!
В ответ послышалась приглушённая ругань, затем голос Гриши, перекрываемый грохотом выстрелов:
— Планы меняются, братан! «Иннориум» решил действовать раньше, чем мы думали. Весь центр в огне! Выбирайтесь на крышу, будем через пять минут!
Связь оборвалась.
— Знать бы ещё, как это сделать... — проворчал я.
Яра вдруг хлопнула меня по плечу:
— Макс…
Я обернулся.
С лестницы на наш этаж выбежал штурмовой отряд «Иннориума». Девять бойцов в тактической чёрной броне, с бронированными визорами и дробовиками наперевес.
Один уже поднимал ствол.
Рефлекс сработал быстрее мысли: я выбил ближайшую дверь и затащил Яру внутрь.
Шквал дроби ударил по стенам, разрывая гипсокартон в пыль и обломки. Отряд работал так, будто им приказали не просто достать нас, а сравнять весь этаж с землёй.
Я захлопнул дверь, опрокинул массивный стеллаж, чтобы перекрыть проход.
— Что-то мне подсказывает, что это их не остановит, — бросила Яра, прижимаясь к стене.
— Не сомневаюсь, — ответил я. — Но хотя бы задержит.
Оглядевшись, заметил в конце кладовой окно. Закрытое стальными ставнями, из-за которых пробивался приглушённый
Прикинул в голове план здания. Яра заметила мои размышления и, будто прочитав мысли, произнесла:
— Если я не ошибаюсь, за окном должна быть вывеска.
Два удара прикладом — и ставни поддались. В помещение ворвался тёплый влажный воздух, пропитанный ночным дождём и выхлопами мегаполиса.
Я не ошибся.
Окно выходило аккурат за букву «Е» огромной неоновой вывески.
Я выглянул вниз.
На улице творился сущий ад: несколько тяжёлых грузовиков «ИнноКорп» перекрыли дорогу у входа в отель. Внизу сновали бойцы, а в небе кружили аэрокары и дроны, которые стреляли друг в друга.
А главное — с «Корсара» на другой стороне по ним летел целый град пуль и ракет. Некоторые попадали точно в цель, превращая машины в огненные груды металла. Некоторые промахивались, врезаясь в соседние здания.
— Теперь понятно, как нас задело, — произнёс я.
— Жесть… — только и выдавила Яра.
В этот момент дверь кладовой содрогнулась от новых выстрелов. Видимо, бойцы решили не церемониться и просто прорезать в ней проход дробью.
— Мы засмотрелись, детка. Уходим! — сказал я, подавая ей руку.
Яра первой перелезла через подоконник и начала карабкаться по вывеске вверх.
Я прикинул, как можно задержать бойцов, и вспомнил про гранату, которую прихватил ещё с базы корпоратов. Она до сих пор болталась у меня во внутреннем кармане куртки.
Выдернул чеку.
Зажал рычаг между створками ставен, чтобы замедлить взрыв.
И полез следом.
Едва мы выбрались на крышу, раздался мощный хлопок. Граната сработала идеально: отряд откинуло взрывной волной назад, а мы получили пару драгоценных секунд, чтобы добраться до крыши.
К счастью — или, может, к сожалению, — наверху нас никто не поджидал.
— Где Гриша?! — выдохнула Яра, сжимая пистолет.
Громкий гул двигателей ударил по ушам.
— Подлетаю! — раздался голос Гриши в импланте. — Вы только не высовывайтесь…
— Что значит «не высовывайтесь»?! — крикнул я, но связь уже оборвалась.
И в ту же секунду над соседним зданием, прорезая дым и гул сирен, вынырнул тяжёлый аэрокар с маркировками «ИнноКорп». Его силуэт был похож на чёрную акулу с вращающимися турелями по бокам и слепящими прожекторами на морде.
— Сука… — выдохнул я сквозь зубы.
— Может, они нас не заметят? — прошептала Яра, инстинктивно сжав в руках пистолет.
Будто в ответ её словам нас ослепил мощный луч, прожёгший туман и осветивший крышу, на которой мы стояли, как под лупой. Аэрокар сделал вираж и завис метрах в тридцати, гудя турбинами. Его пушки начали подниматься в боевое положение.