Невыдуманные истории
Шрифт:
За восемь дней эти слова наполнились смыслом. Таким простым и осязаемым, что мне
больше никогда не придется подсматривать определения в учебниках.
В 2007-м, снимая фильм о Харьковской области, я даже предположить не могла, что по-
настоящему пойму, ЗАЧЕМ я это делала, только три дня назад. На другом конце Земли. В
Канаде. В провинции Манитоба. В городе Виннипег.
Когда зимой получила письмо с просьбой «позволить перевести
английский язык», я улыбнулась. Шутка. Юмор. Что ж еще? Однако «позволила». Через
несколько месяцев получила приглашение на «Мировую премьеру», так значилось в
официальном письме и в тексте афиши. Я снова улыбнулась. Смешно.
Мой фильм теперь назывался «Stone mill», и мне страшно понравилось это словосочетание.
Другое сочетание слов меня напугало. Под приглашением подпись: «Украинская диаспора».
Националисты (!). Я их боюсь — и наших, и не наших. Затравленная здесь на форумах после
показа фильма только за фамилию, поспешила честно признаться: «Я — еврейка и очень
плохо говорю по-украински». Получила из Канады смайлик и подпись: «Все нормально».
Я правда боялась. Местные вечно воинствующие националисты, занимающиеся
исключительно тем, что ненавидят вслух все русскоговорящее, давно и твердо убедили —
диалога быть не может.
— Не поеду, — ныла я месяц подруге. — Меня убьют.
Но страсть к путешествиям победила. Если честно, другие страны — это моя единственная
настоящая страсть. Я могу пять лет ходить в одних и тех же ботинках, могу почти ничего не
есть, месяцами работать без выходных ради одного заветного слова — путешествие…
Торонто —
город контрастов :)
Я намеренно опускаю подробности (читай — маты) перелета по-украински. Хотя нет, один
вопрос я все-таки задам, может, кто-то знает ответ. Скажите мне, зачем при покупке билета
авиакомпания вносит в базу телефоны пассажиров? Мне казалось, для того, чтобы
предупредить о задержке рейса на ВОСЕМЬ часов. Нет? Тогда зачем? При том что самой
авиакомпании об этом маленьком недоразумении было известно минимум за сутки. Да, и
самое главное: КАК авиаперевозчик может не знать о причинах задержки?
Надеюсь, никто не предположил, что нас поселили в гостиницу или хотя бы покормили?!
Надо ли говорить, что неработающие в салоне телевизоры уже никого не удивили. НУ
ПОЛОМАЛИСЯ, ТЮ. Так, на минутку, — билет стоит штуку баксов, лететь 11 часов…
Из-за задержки я опаздывала на следующий рейс: Торонто-Виннипег (2,5 часа лету). А он
последний в тот день. Ночевать в аэропорту не страшно, страшно ночевать в аэропорту
страны, другого континента. Не зная английского.
Чуть ли не в воздухе получила смс: «Не волнуйтесь, все проблемы решили, Вас встретят в
Торонто наши».
Нашими оказалась семья из Тернополя — Наташа и Николай. С них началось мое
бесконечное удивление Северной Америкой и ее людьми.
Посреди ночи, с табличкой «Anna Gin», меня встречал молодой приветливый мужчина. Я
долго извинялась «за незручності», было неудобно. Он долго уговаривал меня «не
турбуватись», ведь мы же соотечественники.
Он возил меня по ночному городу. Огромному, красивому, с захватывающими дух
небоскребами и маленькими аккуратненькими домиками, окутанными зеленью. Что-то в этих
домиках смущало. Поняла только спустя полчаса — вокруг не было заборов.
Дома ждал горячий ужин, Наталья приготовила для меня комнату, но мы не ложились, проговорили остаток ночи. А у ребят грудной ребенок (!).
Они были искренне рады мне только потому, что МЫ РОДИЛИСЬ В ОДНОЙ СТРАНЕ и БОЛЬШЕ
НИПОЧЕМУ. Я оставила на их холодильнике маленький кусочек Харькова — магнитик с
изображением «Зеркальной струи». Я думала: Господи, как же мне повезло с этими людьми. Я
еще не знала, что буду произносить эту фразу по отношению ко всем людям, которых встречу
в Канаде. Потому что они ТАКИЕ.
Перелет в Виннипег был очень необычным. Я впервые находилась на борту самолета, где
нет ни одного «своего». Нервничала. Трудно быть лингвистическим кретином. Нет, я
элементарную английскую речь понимаю, но произнести не могу ни слова, ступор.
Удивили бортпроводницы. Глаз, привыкший к длинноногим блондинкам с натянутыми
улыбками, начал часто моргать при виде обыкновенных женщин среднего возраста, которые
беспрерывно шутили. «Эй, кто боится лететь, может сесть в кабину, пилот все равно не
придет, он заболел!» Это поняла даже я. Все смеялись. Атмосфера была такая, будто народ на
борту — хорошо знакомая компания.
Люди, которые любят людей. Это, пожалуй, самое потрясающее открытие, которое я
привезла из-за океана. «Hello», «Hi», «Morning», «How are you», «Welcome» и даже «It's good colour» (в моем случае — на каждом шагу). Я говорю о совершенно незнакомых между собой
людях. Они улыбаются друг другу. Они рады, как мне показалось, потому что живут в одной
стране, в одно время, на одной планете и больше нипочему.
Телевизоры работали. Пилот вышел в салон и тоже что-то пошутил, я не поняла, но народ