Невидимый
Шрифт:
Максу Гренфорсу недавно исполнилось пятьдесят, но он делал все, что в его силах. Тронутые сединой волосы регулярно красил у одного из самых модных парикмахеров города. Поддерживал форму за счет долгих одиноких тренировок в корпоративном спортзале. В обед предпочитал съесть творог или йогурт за рабочим столом, а не поглощать жирную пищу в шумном зале, перед телевизором, в компании столь же шумных коллег. Макс Гренфорс считал, что большинству репортеров не хватает напора и азарта, которыми отличался сам, до того как сделал карьеру и занял редакторское кресло.
Как редактор, он определял теперь содержание передач,
Может быть, из-за долгой холодной зимы и сырой ветреной весны общая усталость придавила редакцию, как тяжелое шерстяное одеяло. Долгожданное теплое лето, казалось, настанет еще очень и очень нескоро.
Гренфорс озаглавил те репортажи, которые предстояло выпустить в эфир, и расположил их по порядку. Главная новость дня — катастрофическая финансовая ситуация университетской больницы в Упсале, затем голодовка в тюрьме «Эстерокер», ночная перестрелка в Сёдертелье и, наконец, кошка Эльза, которую двое двенадцатилетних подростков спасли от верной гибели, достав из мусорного контейнера. «Аура гуманности, — с удовлетворением подумал редактор и забыл на мгновение о былом недовольстве. — Дети-герои и домашние животные — это всегда трогает за душу».
Краем глаза он отметил, что ведущий программы уже появился в редакции. Пришло время последнего прогона и обычной дискуссии о том, кого следует пригласить на вечернюю программу в качестве гостя. Эта дискуссия легко могла превратиться в диспут и даже в настоящую ссору.
Первой он заметил собаку. Нашел ее Эрик Андерсон, шестидесяти трех лет от роду, вышедший на пенсию досрочно по болезни, проживающий в Эксте, в глубине острова, и пришедший во Фрёйель навестить сестру. Обычно они с сестрой совершали долгие прогулки в любую погоду, даже в такой непроглядный туман.
Но сегодня сестра отказалась. Она подхватила простуду, ее мучил кашель, и она предпочла остаться дома.
Эрик же настроился на прогулку. Пообедав рыбным супом с домашним хлебом, он надел резиновые сапоги, теплую куртку и вышел на улицу.
Над полями и лугами с двух сторон от гравиевой дорожки уже почти рассеялся утренний туман. Холодный воздух был насыщен влагой. Эрик поправил кепку и решил дойти до воды. Он шагал, слыша привычное похрустывание гравия под ногами. Черные овцы в поле поднимали голову и смотрели на него, когда он проходил мимо. На старых полусгнивших воротах у лесочка перед пляжем сидели в ряд три вороны. Они дружно взлетели с обиженным карканьем, когда он приблизился к ним.
Уже собираясь закрыть за собой проржавевший крючок на воротах, он заметил в канаве какой-то странный предмет. Словно часть тела животного. Подойдя поближе, Эрик нагнулся, чтобы разглядеть его. Это была лапа, на ней виднелась кровь. Для кролика великовата. Лиса? Нет, шерсть под кровью черная.
Проследив взглядом кровавые следы, он увидел чуть в стороне большую черную голову. Она лежала боком, пасть была распахнута. Голова была повернута под странным углом к туловищу, шерсть пропиталась кровью. Только хвост оставался пушистым и блестящим. Подойдя ближе, Эрик увидел, что голова отрублена, — она была почти полностью отделена
Эрику стало плохо, он вынужден был присесть на камень. Он тяжело дышал, зажимая рот рукой. Сердце отчаянно колотилось. Вокруг царила жуткая тишина. Через некоторое время он с усилием поднялся и огляделся. Что здесь произошло? Эрик Андерсон не успел разобраться в мыслях, потому что увидел ее. Мертвая женщина лежала на земле, слегка прикрытая ветками и сосновыми лапами. Она была абсолютно голая. На теле виднелись большие кровавые раны, как после ударов топором. Темные волосы закрывали лоб, губы побелели. Рот был приоткрыт. Набравшись смелости и подойдя чуть ближе, Эрик разглядел во рту пестрый лоскут.
Сигнал поступил в отделение полиции города Висбю в 13.02. Тридцать пять минут спустя две полицейские машины с сиренами въехали во двор Свей Юхансон в местечке Фрёйель. Прошло еще пять минут, прежде чем приехала «скорая помощь» и занялась стариком, который сидел в кресле на кухне и раскачивался взад-вперед. Его пожилая сестра указала пальцем в сторону леса, где ее брат обнаружил ужасную находку.
Комиссар криминальной полиции Андерс Кнутас с коллегой-инспектором Карин Якобсон быстрым шагом направились к указанному участку леса. За ними последовали криминалист Эрик Сульман и еще четверо полицейских с собаками.
У дороги, ведущей к пляжу, лежала в канаве мертвая собака. У нее была отрублена голова, одна лапа отсутствовала. Земля вокруг была забрызгана кровью. Сульман склонился над собакой.
— Ее зарубили насмерть, — констатировал он. — Травмы нанесены острым предметом. Предположительно топором.
Карин Якобсон, большая любительница животных, поежилась.
Неподалеку они обнаружили изуродованное тело женщины. Некоторое время все молча разглядывали труп. Слышно было только, как волны бьются о камни.
Обнаженное тело лежало под деревом. Оно все было забрызгано кровью, только кое-где виднелась кожа, неестественно белая. Глубокие раны зияли на шее, груди, животе. Глаза были вытаращены. Губы пересохли и потрескались. Рот приоткрыт. Кнутас подавил приступ тошноты. Он наклонился, чтобы рассмотреть мертвую поближе.
В рот женщине преступник засунул клочок полосатой материи. Что-то похожее на женские трусики.
Кнутас молча достал из кармана мобильный телефон и набрал номер судебно-медицинской экспертизы в Сольне. Судмедэксперт должен как можно скорее вылететь на место происшествия.
Первая телеграмма поступила из TT [1] в 16.07. Информация была лаконичной.
« Висбю (TT)
На западном побережье Готланда обнаружено тело женщины. По данным полиции, смерть насильственная. Каким образом убита женщина, пока не сообщается. Все дороги в близлежащей местности перекрыты. Один человек задержан полицией для допроса».
Через две минуты Макс Гренфорс увидел телеграмму на экране своего компьютера.
1
«Тиднингарнас телеграфбюро»— независимое шведское агентство новостей.