Невидимки
Шрифт:
Американский офицер был беззащитен. Теперь от него можно избавиться медленно, болезненно. Как символично.
— Тебе следовало бы послушать меня, — сказал Яамазаки. Его смех гудел в ушах Болана.
— Я не мог, — сказал Болан, поднимая руку, — потому что я Палач.
Он бросил тяжелую рукоятку меча. Она пролетела над головой
Но тут одна нога у него подкосилась. Яамазаки вытянул руки, чтобы схватиться за стол, пытаясь сохранить равновесие, и сбил еще несколько бутылок.
Съежившись, он упал на колени. Воздух, проникавший в его костюм, убивал его, Яамазаки стал задыхаться.
Болан схватил бутыль с воспламеняющейся жидкостью и стал запихивать в ее горлышко рваную тряпку.
— Полковник! — Яамазаки умоляюще протянул руку — он просил, чтобы его побыстрее прикончили.
Болан достал меч и кинул его японцу. Закрыв тамбур, Болан в последний раз взглянул на Яамазаки и увидел, как тот медленно всаживает стальное лезвие в нижнюю часть живота, начиная слева, затем поворачивая вдоль направо.
Палач вышел оставив лорда «Красного солнца» совершать харакири в окружении своего собственного кошмара.
Глава 24
Люди, столпившиеся снаружи, возле раздевалки лаборатории, с нетерпением ждали, когда с триумфом появится их хозяин. Вдруг дверь распахнулась, повиснув на петлях, и их угостили смертоносным коктейлем.
Трое мужчин покатились назад — одежда их воспламенилась, четверо стали задыхаться от нехватки кислорода — и рухнули на месте.
Болан уже успевший скинуть защитный костюм, спешил пробраться сквозь едкий дым. Ему пришлось прибегнуть к помощи метательной
Сигнал тревоги громко возвещал: пожар!
Шагая по коридору, Болан в ярости сбивал каждый попадавшийся ему на пути светильник — новая вспышка добавляла еще огня.
Впереди была лестница.
Ступени к свободе... и чистому свежему воздуху.
— Полковник Феникс! Мы здесь!
— Они ждали его в темноте, под прикрытием высокой изгороди, — Суки и все остальные.
Когда Болан подошел к ним, профессор пристально всматривался в затуманенные звезды. Мысленно он снова был в 1945-м, навсегда затерявшийся в кострах истории. Его жена плакала.
— Джо, я уже и не думала, что снова тебя увижу, — пробормотала Сэнди, подходя к нему.
— Тебе бы следовало верить, — улыбнулась Суки.
Сама она хорошо знала, на что шел американский полковник. И представляла силы, на которые он мог положиться, так как ей это было знакомо! Суки посмотрела ему в глаза и задержала взгляд. Этот человек, устроивший пожар, достоин восхищения.
Это был истинный борец.
— Мне надо сделать донесение, — проворчал Болан.
Он направился к «датсуну» — мотор уже работал. Ему необходимо было связаться с Хэлом Броньолой, чтобы закрутить последний эпизод в этой войне. Кроме того, Болану не терпелось увидеться с Розой Эйприл, но для этого ему придется вернуться в Штаты. Эта мысль его возбуждала.
Палач еще раз обернулся, чтобы посмотреть, как языки пламени вырываются из окон замка. Усики бело-голубого огня бежали по деревянным плитам, изгибам крыши. Сумасшедшая мечта Яамазаки растворилась в дыму.
Пожиралась огнем.
Очищающим огнем.
Очищающим огнем справедливости.