Невидимая угроза
Шрифт:
– Потом. – Я был неумолим. – Таким кровожадным шакалам, как ты, кровопускание рекомендуется наукой. Так что звони быстро и толково, чтобы вся твоя поганая кровь не вылилась.
Я бросил косой взгляд на Савоху. Он опять здорово побледнел и даже, как мне показалось, стал меньше – скукожился.
Да, братаны, это вам не гражданского лоха месить, когда пятеро на одного и когда и он беззащитен. Любая медаль имеет оборотную сторону. В природе царит равновесие. Сделал кому-нибудь гадость – жди ответа.
Который может
Они действительно знали немного. Как я понял, Савоха не пользовался большим доверием ни у Шиманского, ни у Хозяина, уж неизвестно почему.
Зато Скрип был в явном фаворе. От него я и узнал, кто похищал Каролину, и кто убил Карантина, двух сотрудников милиции и Клима.
Это сделал Сокур. Бывший спец по секретным операциям, которого не взял на работу Мина и которого приютил Хозяин. По всему было видно, что Сокур работал на Хозяина постоянно, а не просто использовался как наемный убийца для разовых поручений.
Назвал мне Скрип и подручных Сокура. Их было двое и оба бывшие спецназовца. Крутая команда собралась у Хозяина, ничего не скажешь. К тому же я не сомневался, что у него, кроме этой троицы, есть еще исполнители, и они ненамного хуже, чем Сокур.
Лишь о своей роли во всех этих убийствах Скрип говорить отказался. Я почему-то не сомневался, что и у него рыло в пуху, но колоть его дальше не стал. Пусть им занимаются органы. Там такие спецы, что заставят говорить и немого.
– Когда должны приехать за вашей подопечной? – спросил я Савоху.
– Завтра. Ближе к обеду, – ответил он, глядя на меня как кролик на удава.
Похоже, он меня зауважал и начал побаиваться. А это и следовало доказать. Что касается Скрипа, то он вообще поплыл и готов был исполнить любой мой приказ.
– Тут есть где-нибудь бумага и ручка? – снова обратился я к Савохе.
– Да. В кабинете…
Кабинет был так себе, одно название, – двухтумбовый стол, кресло-вертушка и книжный шкаф – но письменные принадлежности в нем нашлись. Возвратившись с бумагой и ручкой, я сказал Скрипу:
– Сейчас я тебя перевяжу и ты все то, что мне рассказывал, изложишь на бумаге. Детально! А потом ты, – обернулся я к Савохе.
Оба дружно кивнули. Что значит вовремя и со знанием дела проведенные воспитательные мероприятия…
Пока Скрип и Савоха упражнялись в написании сочинений, мы с Каролиной быстро перекусили и выпили кофе. Моя бедная женуля уплетала немудреный ужин, состоящий в основном из консервов, с таким рвением, будто не ела как минимум неделю.
Я пока ничего не спрашивал. Она тоже помалкивала – рот был занят. Когда мы закончили с едой, а Скрип и Савоха с писаниной, я позвонил следователю. Несмотря на позднее время, он, как мне показалось и не думал ложиться.
– А, это вы… – Похоже, он совсем не удивился, услышав в трубке мой голос. – Я так понимаю, что среди
– Верно. Приезжайте срочно с вашими оперативниками… – Я назвал адрес. – Здесь вас будут ждать два клиента. Они мне тут немного исповедались, но думаю, что им есть еще что сказать.
– Понятно. Спасибо. Похоже, вы нашли свою жену, – догадался следователь.
– Да.
– С чем вас и поздравляю. Где она?
– Со мной.
– Как ее здоровье?
– В норме.
– Мне нужно заявление вашей супруги. Она ведь потерпевшая. А дело серьезное…
– Заявление будет. Может быть, завтра. Все зависит от некоторых обстоятельств. А сейчас ей нужно отдохнуть.
– Понял. Договорились. Я поднимаю команду. Будем примерно через полчаса. До встречи…
Мне хотелось уехать немедленно. Но я не мог оставить своих пленников одних. Не хватало еще, чтобы они сделали ноги. Или чтобы их убрали наемные убийцы Хозяина. Ведь никто не мог дать мне гарантий, что они не заявятся сюда с минуты на минуту – у Хозяина нюх на острые, опасные для него ситуации, как у грифа на падаль.
Литературные опусы Скрипа и Савохи я оставил себе. Им еще предстоит немало поупражняться в чистописании. Мне нужны были их откровения, чтобы иметь хоть какие-то козыре в игре с правосудием.
Кто знает, что стукнет в голову следователю. А вернее – Мине.
В его порядочность и способность держать слово я не очень верил. Такие люди, как Чухлаев, коварны по своей натуре и совершенно непредсказуемы в поступках. Ради выгоды они готовы пойти на сделку с самим дьяволом.
Я очень опасался, что Мина и Хозяин могут найти общий язык. Ворон ворону глаз не выклюет. И что тогда со мной и Каролиной станется, можно легко догадаться…
Оперативная группа во главе со следователем прибыла через тридцать восемь минут. Он не стал задерживать, как мы договорились, ни меня, ни Каро. Обрисовав в двух словах ситуацию, я поспешил убраться из дома-дачи – чтобы не мозолить глаза ментам, которые посматривали на меня с нескрываемым интересом.
Хорошо хоть следователь не сказал им, что перед ними усердно разыскиваемый сыщиками Иво Арсеньев, убийца и маньяк…
– Рассказывай, – потребовал я уже в машине, когда мы выехали на шоссе.
Все это время Каролина была на удивление молчаливой и не сводила с меня влюбленных глаз, из которых все еще не выветрился испуг.
– Что именно? – спросила она.
– Кто тебя похитил, как и по какой причине.
– Кто похитил – не знаю, по какой причине – тем более, а вот как… – Каролина на некоторое время умолкла, а затем в сердцах сказала: – Иво, у тебя жена – набитая дура.
– Не преувеличивай, – сказал я и не сдержал улыбки.
Может, я ошибаюсь, но, мне кажется, на моей памяти это случилось впервые – что Каро так нехорошо отозвалась о своей персоне.