Невиданное
Шрифт:
— Хм, она нужна дому, мам. Джексон попросил меня взять ее.
А что если я поговорю с папой? Или спрошу у Клер?
Я просто сидела, качая головой. Любой из этих разговоров будет безумным, но красть монету из Нью-Йоркского музея Метрополитен? Это было еще безумнее.
— Сара, — сказал он мне, — мы можем украсть ее. Мы крали ее. Я видел это прошлой ночью.
— Ты это видел?
Он кивнул.
— На тебе было длинное красное платье.
Марсден. Платье, которое я ему не показывала и даже не описывала. Я задумалась над этим видением: Джексон видел, как мы крадем счастливую
Это было слишком страшно, чтобы даже просто думать над этим. Вся идея в целом вызывала у меня пронзительное беспокойство, которое скручивало мой желудок и приводило в беспорядок мои мысли. Я не была готова ни к чему из этого.
Затем я подумала о последствиях изменения времени в прошлый раз. Японская Империя. Тысячелетний Рейх. Продолжающиеся рабство в двадцатом веке.
Я была Пандорой, подумала я. Все, что от меня требовалось, это вернуть все плохое назад в коробку.
Из меня вырвался звук, полу вздох, полу стон. Я тряхнула головой. Меня тошнило.
— Расскажи мне, — сказала я, — что мы должны сделать.
***
У нас был только один день, чтобы разобраться, как проникнуть в музей, в котором не был ни один из нас, в городе, который никто из нас не видел, чтобы украсть объект, точное предназначение которого было нам неизвестно. Но дальнейшее планирование пришлось отложить. Джексону нужно было домой, чтобы позаботиться о Розе.
— Я вернусь так скоро, как только смогу, — пообещал он.
Я решила прогуляться в Северну. Я не хотела нарваться на разговор со своими родителями. Я нуждалась в холодном свежем воздухе и физической активности, чтобы прочистить голову. Мне хотелось увидеть, как выглядит Метрополитен. Я направилась в публичную библиотеку.
Моя дорога проходила мимо магазина хозтоваров и вверх по улице к Дворцу Кино. Через два магазина вниз женщина, одетая в темно-зеленое бархатное пальто пыталась оттереть граффити, нарисованное на витрине.
Исход 22:18
Она заметила мой взгляд. Закатила глаза.
— Фундаменталисты. Или, может быть Конфедерация Нацистов. Их становится слишком много.
— Простите?
— Исход двадцать два восемнадцать, — сказала она. — «Ворожеи не оставляй в живых». Вся ирония в том, что я католичка.
И тут я заметила название магазина: Новый Рассвет Метафизический книжный магазин.
— Люди никак не могут стерпеть, если кто-то видит вещи, которые не могут видеть другие. — Она вернулась к своему занятию; в основном она говорила сама с собой. Но затем она снова посмотрела на меня, откидывая волосы с глаз. — Мы с вами знакомы? — Она уставилась на меня, как будто у нее были трудности с фокусированием.
— Я не… — я покачала головой. — Нет.
Но у меня было чувство, воспоминание о ночном небе, наполненном тысячей плавающих огней.
Женщина, взяв мою руку, подняла
— Позволите? — спросила она. Я кивнула, она распрямила мою ладонь. — Что значит эта отметка на твоей руке?
Я поискала какое-то пятнышко или краску, но она указывала на две крошечные красные точки, которые находились в центре моей ладони всю мою жизнь.
— Ах. Это. Просто какие-то отметины, еще с рождения. У меня всегда они были.
На мгновение она озадаченно смотрела на них.
— Они делят твою линию жизни на три части. — А затем, — Могу я прочитать твои карты?
Таро, подумала я. Внезапно она стала озабоченной, как будто допустила промах.
— Я надеюсь, я не обидела тебя? — спросила она.
— Нет. Я… — как бы это сказать вежливее… — у меня нет денег при себе, так что…
— Это бесплатно.
Я знала эту женщину. Я помнила ее по невероятной вечеринке на день рождения — моей вечеринке. В другом времени. В мире Первой Сары.
Она надавила.
— Мне кажется, это важно. Я думаю, что мы неслучайно встретились.
Я позволила ей затащить меня в магазин. Она положила одежду на стеклянный прилавок. Затем вытащила колоду карт с полочки рядом с кассой. Положила колоду картинками вниз.
— Сними колоду, — приказала она, и мы начали.
Первая карта — мужчина, окруженный забором из палочек.
— Девять Жезлов, — сказала она. — Это твоя проблема. Она относится к тому, что необходимо закончить уже начатое.
Да. Я кивнула. Это я знаю.
Вторая карта легла поперек первой.
— Три Жезла, перевернутая. Это значит что кто-то или что-то, — сказала мне экстрасенс, — будет пытаться помешать тебе «закончить то, что должно быть завершено».
Каждая карта говорила мне о том, что я и так уже знала. Отдаленное прошлое — Луна: иллюзия и обман, тайные враги, заговоры, сны. Капитан, разумеется, делающий то, что как ему казалось, принесет ему больше денег и власти.
Недалекое прошлое — Королева Кубков: экстрасенс или ясновидец, который помогает другим осознать свои таланты. Мэгги. Ближайшее будущее — Рыцарь пентаклей: кто-то, кто берет на себя ответственность, на кого можно положиться. Кто-то по имени Джексон.
Я наблюдала за всем этим как будто издалека. Я слушала, как она проговаривает слова. И видела красочные изображения карт, но часть меня слышала эхо ее голоса, как будто я слышала его много раз, в бесконечном повторении, как картинки в зеркале с двумя лицами, все продолжающимся до бесконечности. Мысли оставили во мне пустоту.
Последняя карта закрывала ромб вокруг центральной пары: отдаленное будущее, Два Кубка.
— Она говорит о партнерстве, может быть даже об истинной любви. Родственные души.
Я задумалась.
— Кто же мог влюбиться или влюбится когда-нибудь в Пандору?
— Осталось еще четыре? — сказала женщина, переворачивая еще одну карту, справа от остальных. — Семь Кубков, перевернутая, что означает утрату надежды. Карта говорит тебе, что не нужно отчаиваться, продолжай делать то, что делаешь, — Она указала на Девятку Жезлов — закончи то, что должно быть закончено.