Невеста
Шрифт:
Я много раз киваю, Ростик вновь ловит мои губы, а я закрываю глаза.
Остаток дня мы с мужем обсуждаем грядущую сделку, происшествие, снова сделку, лодку, рыбалку, сделку и снова по кругу. Мне хочется посидеть и подумать, возможно, позвонить Савелию, и присутствие Ростислава как будто самую малость нервирует, из-за чего я злюсь на себя еще больше.
Надя уходит в ресторан, а мы делаем заказ ужина на двоих в номер.
С детьми, несмотря на все мои старания, создать романтичную атмосферу не получается: они
В идеале бы выключить.
В какой-то момент Ромка оставляет жирный след на платье, и я сдаюсь окончательно:
— Прости, Ростик, не сегодня. Они не в духе.
Меняю наряд на домашние лосины и майку, тушу свечи, которые так манят пацанов, и… впервые за все время наших с Ростиславом отношений, ощущаю вину за это, что не идеальна.
Мне нравился наш роман именно тем, что он были абсолютно удобным. Я не ждала героических поступков, а муж не требовал с меня борщи, страсть и чулки с каблуками. С появлением Давида не изменилось ничего, но как будто бы при этом — все.
Теперь я как будто ощущаю недовольство, исходящее от Ростислава, его ревность, стараюсь угодить, а как это сделать с двумя младенцами на руках — понятия не имею. Начинаю суетиться.
— Так что насчет пятницы? Поедем на романтик? — уточняет муж.
— Я подумала… здесь такие огромные окна всюду, может, мы попробуем увидеть северное сияние из номера? — болтаю я, собирая с мальчиками пирамидки.
— Почему? — спрашивает Ростислав. — Мы можем попросить Надю. Я готов выплатить ей сверхурочные. Или можно нанять няню в помощь из отеля.
Усмехаюсь.
— Да я заплачу, дело не в деньгах, просто… ты же знаешь, я не люблю оставлять их надолго. А экскурсия подразумевает поход с рюкзаками. Мне спокойно, когда я могу за две минуты добежать до детей. Максимум три. Не вижу смысла, в общем.
— Да что может случиться? — потягивается он.
— Ничего. Я уверена, что ничего, просто мне не по себе.
Он закусывает губу.
— Ты обиделся?
— А должен?
— Что? — я поднимаю на него глаза. — У тебя есть какие-то претензии ко мне? Озвучь, пожалуйста.
— Претензий нет, — улыбается Ростислав. — Я соскучился и хочу побыть именно с тобой. В субботу я уезжаю на объект, ты же знаешь. Да и я родился в Мурманске, северные сияния для нас были обычным явлением, и мне было бы приятно показать тебе это чудо самому. Пока есть возможность. Вряд ли мы сюда еще когда-нибудь приедем.
— Да, по крайней мере пока дети не подрастут. А там можно будет уже и вдвоем путешествовать.
— Это когда им исполнится восемнадцать? — переспрашивает с улыбкой он. — Или двадцать пять?
И мне видится будто упрек.
— Не все могут, как ты, оставить дочь на ее мать, — отвечаю я.
— Я не скидываю дочь на ее мать, а стараюсь жить полноценной жизнью.
— Я не сказала слово «скидывать».
Странная
И я не потащу детей и няню в Мурманск ловить ночные северные сияния. Или в какой-то другой город, по крайней мере не в ближайшее время. Я понимаю, что у нас не было медового месяца, да и брачной ночи толком.
У меня двое маленьких детей и они на первом месте. Раньше это казалось естественным. Но тогда у меня не было секретов.
— Это да, — вздыхаю. — Хорошо, давай съездим ненадолго. Я бы тоже хотела побыть с тобой.
— Вот и чудесно. За пару часов ничего не случится.
Я быстро киваю.
В пятницу в шесть вечера мы отправляемся в поход. Первый пик сияния ожидается в восемь, но по плану у нас еще чаепитие с вареньем из местных трав и легенды.
Группа собирается у главного здания отеля, где нас встречает гид. Местный житель, который, как указано в брошюре, знает каждый уголок этих мест.
Главная цель — поймать северное сияние, но даже без него ночной пейзаж Онежского озера должен стоить того, чтобы пройти по маршруту.
Мы спускаемся к лесу, выходим на тропу, а затем начинается долгий путь среди величественных вековых сосен. Идем не менее получаса, но дорога несложная, справился бы и десятилетний ребенок. Я немного бурчу больше для видимости.
А потом мы выходим к небольшому каменистому пляжу и застываем как вкопанные. Перед нами простирается огромное, темное, спокойное озеро, с отражением звезд на поверхности. Уголок дикой, первозданной природы в сердце цивилизации.
— Вау, — шепчу я, понимая, что в это место можно влюбиться. У него словно есть душа.
— Видите вон там вдали огни? — рассказывает гид вполголоса. — Это Петрозаводск.
Над самой водой стоит почти абсолютная тишина, и мы перешептываемся, чтобы не потревожить местных духов.
А духов здесь, оказывается, море. Гид разжигает костер и, пока мы, рассевшись на пледах, ждем чай из душистых трав, рассказывает местные легенды про озеро, рыбаков, которые видели странные огни в небе. Про карельских шаманов, живших в этих местах сотни лет назад.
— Мне немного не по себе, — шепчу я Ростиславу.
— Холодно?
— Из-за леса. Его звуков, запахов.
— Крики птиц — это совы просыпаются. Они неопасны.
— Мне ближе чайки, — пожимаю плечами. — Но мне нравится. Очень. Только не отходи от меня далеко, ладно?
— Конечно.
Я улыбаюсь, наблюдая за небом. Скоро начнется. Вот-вот и… Еще немного и мы увидим таинство.
Я крепко сжимаю руку мужа, и тот сжимает ее в ответ. Несколько человек, включая Романа, знакомого Давида, помогают гиду разливать чай, и когда очередь доходит до нас, Роман роняет пару доброжелательных фраз, я отвечаю с улыбкой. После чего тот говорит: