Невеста
Шрифт:
— Отлично. Теперь, когда я показала тебе своё страшное оружие, ты возьмёшь меня с собой к Эмери? В конце концов, это медовый месяц, который ты должен своей невесте. Приятно иметь с тобой дело. Я побегу собираться, и… — я пытаюсь встать, но он хватает меня за руку и усаживает обратно.
— Неплохая попытка.
Я вздыхаю и откидываюсь назад, морщась, когда черепица впивается мне в позвоночник. Звезды усеивают небо, окутывая нас тишиной.
— Хочешь узнать секрет? — спрашиваю я устало. — То, в чём, как мне казалось, я никогда никому не признаюсь.
Его рука касается моего бедра, когда он
— Удивлён, что ты хочешь рассказать мне.
Я и сама удивлена. Но этот секрет так долго тяготил меня, а ночь казалась такой спокойной.
— Мы с Сереной сильно поссорились за несколько дней до того, как она исчезла. Сильнее, чем когда-либо, — Лоу молчал. Именно это мне и нужно было. — Мы часто сорились, в основном из-за ерунды, иногда из-за вещей, на которые потом требовалось время, чтобы остыть. Мы с детства вместе, и, конечно, друг друга жутко бесили — ну, ты понимаешь, как это бывает между сёстрами? Она плевала в карманы опекунам, которые были грубы со мной, а я читала ей пошлые книжки, когда она так сильно болела, что ей нужны были капельницы. Но ещё я ненавидела, что иногда она просто днями не брала трубку, а она, наверное, ненавидела, что я могу быть бесчувственной стервой. После той последней ссоры, мы обе кипели от злости. А потом она так и не пришла помочь мне надеть пододеяльник, хотя знала, что это самая адская задача на свете. И теперь её слова постоянно крутятся у меня в голове. Как акулы, которых не кормили несколько месяцев.
С моего положения я не могу разглядеть выражение лица Лоу. Что, в общем-то, и к лучшему. — И что говорят акулы?
— Она свела меня с рекрутером из крутой компании, которая якобы заинтересовалась мной. Работа была хорошая, сложная, такая, которую могут делать только единицы в стране. И она твердила, какая я для неё идеальная, какой это шанс, а я просто не понимала смысла, понимаешь? Да, работа была интереснее, с большим заработком, но я всё думала: зачем? Зачем мне заморачиваться? Какая конечная цель? И я спросила её, а она… — я глубоко вздохнула. — Сказала, что я бесцельная. Что мне плевать на всех и вся, включая себя. Что я стою на месте, никуда не двигаюсь, трачу жизнь впустую. А я ответила ей, что это неправда, что мне многое небезразлично. Но просто я… я не могла ничего назвать. Кроме неё.
«… этот твой апатичный настрой, Мизери. Послушай, я понимаю, ты прожила первые двадцать лет в ожидании смерти, но этого не случилось. Ты здесь, и ты жива. Так начни жить!».
«Ты не моя мать и не психотерапевт, так что не знаю, с какого перепугу ты…»
«Я вот стараюсь. У меня тоже была никчёмная жизнь, но я хожу на свидания, ищу работу по лучше, у меня есть интересы… ты же просто коротаешь время. Ты просто оболочка. И мне нужно, чтобы тебя хоть что-то волновало, кроме меня, Мизери! Хоть что-то!».
Акулы грызут внутренние стенки моего черепа, и я не смогу их остановить, пока не найду Серену, но тем временем я могу их отвлечь.
— Ладно, — сажусь я с улыбкой. — Раз уж я так бескорыстно открыла тебе своё сердце, расскажешь мне кое-что?
— Не так всё…
— Что, чёрт возьми, означает «пара»?
Лицо
— Не скажу.
— Почему?
— Нет.
— Ну же.
Он стиснул зубы. — Это особенность оборотней.
— Именно поэтому я прошу тебя объяснить. — Потому что подозреваю, что это не просто эквивалент брака у оборотней, не гражданский союз и не та твёрдая приверженность, которая возникает, когда приходится делить ежемесячные платежи за кучу ненужных стриминговых сервисов, которые забыли отключить.
— Нет.
— Лоу. Ну давай. Ты доверил мне куда более серьёзные секреты.
— Чёрт, — он морщится и трёт глаза. Кажется, я победила.
— Это опять что-то, для чего у меня нет прошивки?
Он кивает, и кажется, будто он расстроен этим.
— С доминированием я разобралась, — за последние пятнадцать минут мы достигли определённых успехов. — Дай мне шанс.
Он поворачивается ко мне. Внезапно он оказался слишком близко.
— Дать тебе шанс, — повторил он, его лицо ничего не выражало.
— Да. Вся эта затея с соперничающими видами, связанными столетиями вражды, пока кровавая кончина слабейшего не положит конец бессмысленным страданиям, конечно выглядит удручающе, но…
— Но?
— Никаких «но». Просто расскажи.
Его губы растянулись в улыбке. — Пара… — цикады смолкли. До нас доносился лишь тихий плеск волн, омывающих берег. — Это тот, для кого ты предназначена. Тот, кто предназначен для тебя.
— И чем же этот исключительно опыт оборотней отличается от того, как люди в старшей школе пишут друг другу послания в выпускных альбомах перед тем, как разъехаться по разным университетам?
Возможно, я излишне культурно невежественна, но он лишь добродушно пожал плечами.
— Я никогда не был человеком, учащимся в старших классах, так что опыт, возможно, и похож. Но с точки зрения биологии всё намного сложнее.
— Биологии?
— Встреча с парой сопровождается… физиологическими изменениями, — он тщательно подбирает слова. Возможно, что-то скрывает.
— Любовь с первого взгляда?
Он качает головой, даже произнося: — В каком-то смысле, возможно. Но это многосенсорный опыт. Я никогда не слышал, чтобы кто-то узнал свою пару только взглянув на неё, — он облизывает губы. — Запах играет большую роль, как и прикосновение, но есть и кое-что ещё. Это вызывает изменения в мозге. Химические изменения. Об этом писали научные статьи, но сомневаюсь, что я их пойму.
Мне бы очень хотелось заполучить научные журналы оборотней.
— У каждого оборотня она есть?
— Пара? Нет. Это довольно редкое явление. Большинство оборотней не рассчитывают найти её, и это далеко не единственный способ построить гармоничные романтические отношения. Например, Кэл очень счастлив. Он познакомился со своей женой через приложение для знакомств, и они прошли через годы взлётов и падений, прежде чем пожениться.
— Значит, он просто смирился?
— Он бы так не сказал. Наличие пары — не показатель лучшей любви. Это не обязательно ценнее, чем провести жизнь со своим лучшим другом и полюбить его причуды. Это просто по-другому.