Невеста ветра
Шрифт:
– Мне плевать... – начал Сатто, но договорить ему не дали. Джа-Джинни охнуть не успел, как Эсме метнулась вперед и бесстрашно встала прямо перед моряком, который был выше ее на две головы и раза в три шире в плечах.
– Хватит пререкаться! – крикнула целительница со слезами на глазах. – Там умирает человек, я это чувствую! Будет суд или нет, но, если я сейчас не войду, Умберто не доживет до завтрашнего утра!
Стоило ей это сказать, и Джа-Джинни вдруг словно затянуло в водоворот. Ощущение
...вторжение в его память было весьма бесцеремонным: некто очень быстро и грубо переворошил воспоминания последних дней, задержавшись на истории с лодками и недовольно цыкнув зубом при виде крылана, барахтающегося в воде.
«Прости, – сказал знакомый голос. – У меня не было другого выхода».
Он не пообещал, что больше не будет...
– Ты слышишь меня?! – Эсме шагнула вперед, сжав кулаки. – Пропусти сейчас же!
И – о ужас! – Сатто отступил.
Эсме рванулась вперед, не оглядываясь; следом за ней заторопились стражи, показывая дорогу. Крылан подумал, что они вряд ли высунут нос наружу, пока все не закончится, – в гневе Зубастый страшен. Сам он не двинулся с места, потому что не совсем пришел в себя после случившегося... и потому что хотел увидеть, что произойдет дальше между двумя пиратами, молодым и старым.
К тому же уже вот-вот должно было появиться еще одно действующее лицо.
– Ну что, продолжим нашу милую беседу? – ироничным тоном поинтересовался Скодри. Он стоял на прежнем месте и, казалось, не считал происходящее чем-то особенно важным. – Ты поведал мне столько интересного, что прямо-таки не удержусь, спрошу: а Звездочет того же мнения?
– Да! – выкрикнул Сатто. – Я командую людьми, пока его нет, и говорю за него...
– Это я понял, – усмехнулся Зубастый. – Но вот согласится ли он с тем, что ты успел тут наболтать?
Помощник Звездочета сжал кулаки, но в голосе появились нотки неуверенности:
– Я защищал своих людей...
– Понятно! – коротко бросил Зубастый и... свистнул. Но это был не короткий свист, который издал незадолго до этого Сатто, а виртуозная разбойничья трель.
Тотчас же из подворотен, стенных ниш, узких улочек, сбегавшихся к площади, выступили вооруженные люди, и Джа-Джинни с немалым удивлением заметил зеленые куртки – в свете факелов они были прекрасно видны. Матросы Звездочета в растерянности оглядывались по сторонам; их окружили со всех сторон.
– Как видишь, не все согласны с тем, что мне пора на покой, – негромко проговорил Скодри. – Я бы даже сказал, ты в меньшинстве.
– Ты... – заговорил Сатто после долгой паузы и закашлялся. Зубастый спокойно ждал, пока к его собеседнику вернется
– Достаточно! – прервал эти словоизлияния Скодри. – Истинная правда, уже глубокая ночь, а завтра трудный день. Суд, говоришь? Хорошо, будет суд. А теперь искренне советую отправиться... на отдых.
Сатто дернул подбородком и сошел с порога; матросы последовали за ним.
Еще через какое-то время площадь почти опустела – остались только Скодри и Джа-Джинни. Крылан стоял неподвижно, не в силах перебороть собственное изумление: случившееся казалось ему слишком странным. То, что Скодри пришел не один, оказалось приятным и эффектным сюрпризом, но поведение Сатто насторожило крылана.
Старый пират похромал к порогу тюрьмы и опустился прямо на ступеньки, выставив ногу с негнущимся коленом. Только теперь он оказался полностью на свету, и сердце Джа-Джинни сжалось: был ли тому виной неверный отблеск пламени двух факелов или что-то иное, но Скодри выглядел очень уставшим и очень старым.
– Вот теперь можешь выходить, Кристобаль, – негромко сказал пират.
От ствола большого дерева, что росло неподалеку, отделилась высокая тень, и крылан кивком головы приветствовал своего капитана. Когда магус оказался в круге света, Джа-Джинни увидел, что он с ног до головы перемазан сажей, словно по пути на площадь пролез через немалое количество дымоходов.
Скодри не удивился этому – или просто не подал вида.
– Спасибо, что привел своих людей, – сказал он неприветливо, глядя куда-то в сторону. – Спасибо, что предупредил о заговоре.
– Не стоит благодарностей, – весело отозвался Крейн. – Этот заговор по большей части направлен против меня.
– Знаю, – последовал короткий ответ. – Но, покончив с тобой, Звездочет не остановится.
– О да. Аппетит у него отменный. Так что, завтра будет суд?
Скодри криво улыбнулся.
– А ты как думал?
Магус кивнул и сказал серьезным тоном:
– Тогда я тоже намерен кое-кому предъявить обвинение.
– Твое право... – Скодри пожал плечами. – Препятствовать не буду.
Он медленно поднялся, опираясь на трость, с каким-то странным выражением лица оглядел площадь – как будто видел ее впервые. Потом взглянул на Крейна и проговорил:
– Я трижды за два прошедших дня слышал истории о том, что неподалеку от города видели нечто странное.
– В самом деле? – отозвался Крейн, с любопытством уставившись на свой рукав – как будто только что заметил, в каком состоянии его одежда. – И что же там видели?
– Человека, – хмуро ответил Скодри. – Он шел по дороге и горел.