Невеста Севера
Шрифт:
— Все… в смысле… кареты там, лошади… все потеряно? — Уточняю я, чтобы хоть как-то продолжать диалог.
— Нет, мы все спасли, — ответил Сеор.
Он так и будет отвечать из разряда «разговор окончен»? Тогда чего он смотрит на меня выпытывающе? Чего он ждет?
— Значит… едем? — Уточняю я.
Холодные глаза Сеора изучают меня некоторое время, будто проверяя на прочность. Меня этот взгляд вот совершенно не радовал, но и сказать ему «ты можешь уже что-нибудь сказать?» я не могла. Король все-таки, знай свое место. Или как там?
— Не сейчас, — ответил он через
И ушел. Я, конечно, не ожидала подобного, растерялась, но затем поторопилась следом. Буря. Как там Дэвлин сказал? Свиной хвост? Он все еще был там, на небе, и мне почему-то стало грустно. Ну, чем я вообще думала, когда позволяла ему заводить этот танец? Он же враг… враг… только вот меня все равно не отпускала мысль: с какой целью он этим врагом вообще стал?
Глава 12
Буря была сильной. Жители города будто знали, отпраздновали все свои праздники, о которых мне, естественно, мало, что было известно, а на следующий день спрятались в свои домики и ждали, когда шторм утихнет. Я тоже ждала.
Конечно же, Сеор не позволил нам с Дэвлином вернуться обратно в гостиницу, в которой мы вдвоем остановились, да нам и не особо нужно было какие-то вещи забирать, все при нас, что называется. Но изменения уже не просто витали в воздухе, ворвались товарным составом, сойдя с рельс.
Сеора очень не обрадовали наши почти шуры-муры, поэтому после того, как мы с Королем поговорили, я Дэвлина больше не видела. Его увели, спрятали, не знаю, в общем, что сделали, но факта это не меняло. Меня разместили в комнате одного из номеров, где Сеор все время держал меня на контроле. Как будто я должна была пытаться пересечься с Дэвлином или еще какую-нибудь подобную глупость совершить.
Может быть, мне и хотелось, может быть, не может быть. Но я же не совсем уж дура. Поэтому я тихонько сидела у окна и наблюдала за тем, как там метет. Ох, буря была страшной! Я уже столько повидала метелей, буранов и прочих штормов здесь, думала, ничто не сможет меня удивить.
Но этот свиной хвост меня поразил. Острая нехватка общения с Дэвлином заставляла меня любить эти странные обозначения.
Когда шторм наконец-то закончился, наступило следующее утро, и мы начали потихоньку собираться. Весь день я провела в задумчивом молчании, но Сеор тоже не спешил со мной заговаривать, скорее всего злился из-за случившегося, что и не удивительно, конечно. Но молчать было довольно скучно, поэтому я то дремала, то прогуливалась по номеру, заставляя Сеора наблюдать за мной очень пристально, как будто я готовилась сбежать…
В общем, на следующее утро, когда я уже выстраивала логические цепочки в своей голове и заметно волновалась (мы идем к каретам, сейчас усядемся и снова поедем, в прошлый раз мы как ехали? Правильно, с Дэвлином напротив. Значит, я его увижу! И чего только радуюсь?), мы вышли на заметенную улицу, которую все так же продолжало засыпать. Ох, уж эта зима. Север, что и говорить?
Но когда Сеор взял меня под руку и повел к карете, я немного напряглась. Что? Я сама не дойду? Тем не менее, я смолчала, дождалась,
— Почему сюда? — Спрашиваю я.
А Сеор кривится так, будто я допустила такое недопустимое, что лучше мне сейчас же упасть ниц и молить о прощении.
— Решения Короля разве должны обсуждаться? — Рявкнул он, и хоть интонация его была вопросительной, это был далеко не вопрос.
Сделав глубокий вздох, я опустила глаза в землю, поклонилась ему и безропотно полезла в карету. Дэвлина теперь не увидеть… и чего меня это так расстраивает?
Я думала, до этого мы ехали долго. Нет. Вот сейчас — долго. Даже когда мы брели с Дэвлином по лесу, или ехали на лошади, время так нещадно не тянулось, как в этой поездке. Воины были молчаливыми и хмурыми, а я в какой-то момент осознала, что со мной не просто какие-то стражники, личные охранники Сеора, нет. Меня тоже конвоировали.
Что мне оставалось делать? Только допускать нереальные мысли. Я снова стала думать о причинах поступка Дэвлина. Как говорится — у всего есть две стороны. В данном случае я знала и понимала позицию только Сеора, что же до Дэвлина… я даже не дала ему шанс. Или… нет, не дала. Я всячески избегала этой темы, а он… а что он? Он не ушел, не оставил меня, не бросил, хотя откуда-то у него сложилось обо мне представление, как о фарфоровой кукле, просидевшей в башне всю свою жизнь, и только сейчас выбравшейся наружу.
И ведь — какая ему разница? Он ведь мог сбежать, уже давно бы пересек все мыслимые границы и стал свободным. Хорошо, может быть, это и не самая лучшая судьба на свете, но все лучше, чем… сейчас.
А он… остался…
Перед глазами все время всплывало его лицо, его профиль, его мужественность и сила. Его прикосновения на моей коже, взгляды, эмоции, улыбка… я загоняла себя, я знаю, но что еще мне оставалось делать, когда я все еще трясусь в карете в окружении каменных истуканов? Воины вообще ни на что не реагировали. Я чихнула — тишина. Нога затекла — даже не взглянули в мою сторону. А когда карета подпрыгнула на кочке, и воин слева завалился на меня, придавив своим телом — такое чувство, что я стала призраком, потому что он просто сел и отвернулся, даже не покраснев. С кем не бывает? Это да, но можно хотя бы воспринимать мое существование?
К моему счастью, мы все же снова останавливались и делали передышки. Где-то в деревеньках, где-то просто по пути, но мы это делали регулярно, потому что от бесконечной тряски вся затекало.
Сеор меня очевидно не прощал, но чтобы настолько…
Каждый раз, когда у нас были небольшие остановки, нас с Дэвлином буквально разводили по разным углам. Фигурально выражаясь, конечно. Сначала выбиралась я и меня отводили практически под руки куда-нибудь подальше, где я бы не видела кареты. И только после этого выходили Сеор и остальные. Обидно, но в одно и то же время все-таки объяснимо. Хоть я это и не принимала.