Невеста президента

Кьют Аля

Самое паршивое, что я и не хотел прекращать о ней думать. А ведь завтра игра.

Интересно, она придет на матч?

Ну, конечно. Все гости обязаны быть. Это традиции, мать их. Они священны для лордов.

Я крутился, как Гитлер в аду, половину ночи. Мне удалось заснуть только после тысячного приказа самому себе. Но и во сне я не дал себе отдохнуть от знакомства с Элизабет. Слава богу, в своих грезах я была просто мужиком, а не гребаным президентом всея Руси.

Может быть и не стоит продолжать попытки остаться на посту. Я многое не успел за один срок. Моей стране категорически

противопоказана спешка. Кто там в оппозиции сегодня? Вряд ли их кандидат сможет достойно продолжить то, что я начал.

Утром меня разбудила Карина. Слава богу, звонком, а не лично.

Я провел по экрану пальцем и одновременно поднял одеяло, чувствуя себя странно влажным.

— Пиздец, — не сдержался я, сообразив, что белье и простыня в сперме. В моей!

— И тебе доброе утро, дорого начальник. — ядовито ответила помощница.

— Извини. Это не тебе. Просто… — начал я придумывать оправдание, но даже соврать не мог ей толком. В голову не шло ничего безобидное.

Карина тут же прочитала мое смятение. Даже по телефону она моментально сканировала меня, мой тон, настроение. Это было удобно в работе, но иногда напрягало.

— Что-то случилось? — спросила помощница.

— Кажется, у меня давно не было секса, — ответил я правду.

Карина рассмеялась.

— Сочувствую и понимаю. Но если это намек и предложение, то нет. Я для тебя стара.

— Ты нормальная, — буркнул я.

— Ну спасибо, Андрей.

— Но секс я тебе не предлагаю.

— И снова спасибо.

Мы могли долго так обмениваться любезностями, и в этом тоже была ценность Карины. С ней я мог чувствовать себя человеком. Почти обычным. Но сейчас мне сильнее хотелось в душ и кофе. Пришлось напомнить:

— Ты мне звонишь. Что-то важное?

— Нет, просто хочу напомнить, что у тебя два свободных дня. Постарайся отдохнуть, но не слишком.

— Да, мам. Я знаю. Шапку надену, спичками баловаться не буду, суп поем.

— Молодец. Я заслала пару фотографов. Поснимают игру.

Я застонал.

— Зачем, Карин?

— Ты хочешь на второй срок?

— Уже не уверен.

— Доброе утро. Это номер Андрея Громова? На связи президент Российской Федерации или я ошиблась?

— Хватит издеваться.

— По-моему, это ты издеваешься. У нас план, Андрей. Мы уже запустили его.

— Может просто запустим меня? Как ракету в гребаный космос.

— Ракета в космос была бы зрелищнее. К сожалению, Громов, ты очень скучный тип.

— Ты говорила, я симпатичный.

— Это работает только первые пять лет. Ты уже приелся.

— Ладно, Карин. Достаточно. Я предпочитаю традиционный английский завтрак утром, а не твои унижение.

Она вздохнула на том конце провода и сменила гнев на милость.

— Андрей, я хочу, как лучше.

— Знаю. Но все равно…

— Невесту не присмотрел?

— Карин! — рявкнул я. — Прекращай.

— Невеста была бы идеальным планом. Но пока сойдет и лошадь. Улыбайся на поле. Удачи в игре.

— Спасибо.

Я отбил звонок и отправился в душ. Стащив трусы, включил воду, закрыл стенки кабины. Теплые струи смывали с меня пот и похоть.

Последний раз у меня были поллюции в школе. Смазливая морда

довольно быстро помогла мне справится с сексуальным голодом. Я не страдал от одиночества. Да и вроде бы к двадцати пяти перестал нуждаться в сексе, как в воздухе. Нет, меня не накрыла импотенция, но трахать все что движется, я больше не хотел. Казалось, мог бы прожить без женщины некоторое время.

После потери жены у меня были связи, но несерьезные, чаще эпизодические. Я пытался вспомнить, когда последний раз у меня был секс.

Не смог. Очевидно, мой организм очень из-за этого расстроился.

Или наоборот обрадовался знакомству с Лиз. Я зажмурился, стараясь не продолжать фантазии о ней, но рука сама потянулась к паху.

Президент-онанист — это прекрасно. Но, кажется, у меня не было выбора. Я провёл рукой по члену, вспоминая, как во сне раздевал и жестко трахал леди Торнтон. Где-то читал, чтобы избавится от навязчивой идеи — нужно позволить себе ее прожить. До конца. Похоже, моему концу было мало, нужен был еще один оргазм. Президент-онанист все же лучше, чем президент-маньяк.

Мне не понадобилось много времени. Эмоции и ощущения еще были свежи и почти реальны благодаря красочным снам. Я кончил быстро, также быстро помылся и вышел из душа. Кажется, стало полегче.

Выйдя из ванной, я оделся и привел в порядок волосы. Зазвонил громоздкий телефонный аппарат. Кажется, это внутренняя связь. Голос без эмоций на королевском английском оповестил меня:

— Доброе утро, Мистер Громов. Завтрак подан в столовой.

— Благодарю. Спускаюсь, — ответил я и поспешил к выходу. — Распорядитесь, пожалуйста, сменить белье в моей постели.

— Будет сделано, сэр.

— Спасибо.

Я повесил трубку и поспешил одеться. Волнение колыхалось где-то внутри парусом. Элизабет ведь будет в столовой за завтраком. Нет, не так. Я надеялся, что она будет.

Элизабет ведь будет в столовой за завтраком. Нет, не так. Я надеялся, что она будет.

Но не сбылось. За столом были Йорки, Кенты, Стерны, Верден и Торнтоны. Я дедуктивно вычислил старшего брата Элизабет, но ее самой за столом не было.

— Разве дочь Торнтонов не приехал? — спросил я у Саши, стараясь звучать не как одержимый.

— Лиз? Она уехала на поле рано утром. Странно, что ты все еще здесь.

— Завтрак не менее важен, чем разминка.

Верден не спустил мне философский тон

— Могу я это цитировать со ссылкой для потомков?

— Пошел нахрен, — ответил я, улыбаясь.

Все же эти аристократические тусовки мне нужны как воздух. Тут всем плевать, президент я России или Америки, эмир или шейх, хоть раджа. Британцы слишком воспитаны и самодостаточны (отчасти и самодовольны), чтобы пялиться на кого-то, кроме самих себя. Мы могли болтать с Сашкой, как и остальные гости. Разговоры о политике и мировом господстве оставляют для вечерних посиделок. Вчера меня допрашивали почти свои. Сегодня гостей прибавилось. Возможно, придется слиться аккурат после девяти, когда закончится официальный ужин. Одно дело попасть под шуточный обстрел приятелей и друзей, но совсем другой серьёзные допросы от старых ленивых болнунов-пэров.