Невеста графа
Шрифт:
— Мне не удалось вычислить, что ты скрываешь, — прошипела она, — но могу тебя уверить, ты еще многого не знаешь. И если тебе пришла в голову идиотская идея, что Антуан женится на тебе из-за любви, ты чертовски ошибаешься.
Глава десятая
Хотя Диана твердила себе, что Софи нельзя верить и нужно поскорее уйти отсюда, тело упорно не хотело повиноваться.
В это время Софи встала и налила себе коньяку.
— Так Антуан тебя обрюхатил, — протянула она. — А я-то гадала,
— Сколько ты уже выпила, Софи?
— Достаточно для того, чтобы образумить тебя, несчастная! — радостно ответила Софи, загораживая Диане путь к отступлению. На ее губах появилось такая ликующая улыбка, что Диана сочла это недобрым знаком.
— Уйди с дороги. У меня нет времени слушать твои пьяные бредни.
— Уж конечно! — проговорила Софи, еще ближе подойдя к Диане. — Ответь мне только на один вопрос, молодая мамочка. Антуан когда-нибудь рассказывал тебе, как умерла его жена?
— Нет. И я считаю, что это не мое дело.
— Ты уверена? — хихикнула Софи. — На твоем месте я бы лучше родила ему здорового ребенка, а уже потом говорила, твое это дело или нет. Бедняжка Диана, ты даже понятия не имеешь, что на самом деле происходит!
— Или ты немедленно говоришь, что хотела, или оставь меня в покое, Софи.
— Ну, если ты настаиваешь, — Софи провела языком по верхней губе, — тогда слушай. Однажды молодая француженка Мария-Луиза влюбилась, а потом вышла замуж за красивого графа, которого звали Антуан. Это была идеальная пара, но, как в любой сказке, здесь должен был быть изъян. И он был в самой невесте. Однажды, не выдержав больше разочарования в глазах мужа, она выбросилась из окна замка. Садовник нашел ее тело на террасе.
— О боже! — ахнула Диана.
— Наделала она шумихи, скажу я тебе. Раньше фамилия де Валуа не участвовала ни в каких скандалах. А тут полиция понаехала, да еще возникло предположение, что она вовсе не покончила жизнь самоубийством, а была убита. Мужем.
— Ты врешь! — в ужасе выкрикнула Диана.
— Конечно, его оправдали. Было доказано, что Антуан отсутствовал в это время, но все говорят, что это он довел ее до самоубийства. А все потому, что она не могла дать ему наследника.
— Я тебе не верю! Ты говоришь все это, потому что Антуан женится на мне, а не на тебе!
— Как хочешь. Но спроси себя сама, когда Антуан захотел взять тебя в жены? До или после зачатия? А говорил ли он тебе эти три волшебных слова: я тебя люблю?
Диану начали терзать сомнения. Действительно, если он ее любит, то почему не целует украдкой в холле или не касается ее ноги под столом? Она не чувствовала никакой нежности с его стороны.
Девушка в шоке опустилась в кресло.
— Ага! Значит, ничего подобного он не говорил! — воскликнула Софи. — Признай это, Диана. Он заинтересован в тебе только до тех пор, пока ты носишь его ребенка. А после родов он выставит тебя вон.
— Не забывай, Софи, я мать этого ребенка. Никто не может лишить меня прав.
— Ты все еще мне не веришь? Тогда найди ключ от восточного крыла и посмотри, что скрыто за запертой дверью. И тогда ты поймешь, что тебе нужно поскорее бежать назад в Америку.
Антуан вышел на террасу, размышляя о том, что произошло сегодня вечером. Не то чтобы его смущало, что Диана была удочерена. Нет, его смущало то, как она покраснела и старалась избежать его взгляда.
Почему она не пришла к нему после ужина и не развеяла его сомнения ласковым взглядом, нежным словом? Где она сейчас?
Он готов выслушать, понять… Все совершают ошибки. И он не исключение. Но неужели его снова ожидает брак с женщиной, которая боится раскрыть перед ним все тайны?
Антуан поднял голову и увидел, как зажегся свет в комнате Дианы. С того вечера, когда они занимались любовью, он избегал появляться там. Но сейчас — к черту репутацию!
Диана не знала, что кто-то, кроме нее, есть в комнате. Надев ночную рубашку, она вышла из ванной, взяла со столика чай, который принесла Жанна, и только тогда увидела тень. Вскрикнув, Диана обернулась, пролив кофе на свою рубашку.
— Антуан! Ты испугал меня.
— Правда?
Диана встретила его сосредоточенный взгляд, устремленный на нее.
— Думаю, — пробормотала она, — ты пришел, чтобы спросить о моем удочерении.
— Правильно думаешь. Почему ты не сказала мне раньше?
До разговора с Софи Диана была готова открыть Антуану душу, но сейчас предпочла держать свои секреты при себе. Она взяла с подноса салфетку, чтобы вытереть пятно, и сказала:
— Даже не знаю. Для меня это так же естественно, как то, что я натуральная блондинка и мой рост сто семьдесят сантиметров. Но, кажется, это беспокоит тебя, Антуан. Почему? Теперь я кажусь тебе менее достойной?
Злость мелькнула в его глазах.
— Как тебе в голову могло прийти такое?
Диана хотела продолжить спор, но на нее снова накатывал приступ тошноты. Поэтому она сдалась.
— Антуан, я очень устала и хотела бы поспать. Давай продолжим этот душещипательный разговор в другое время.
Лучше бы она молчала. Антуан приблизился к ней и взял ее подбородок, чтобы лучше видеть лицо.
— Тебя опять тошнит?
— Нет, — пробормотала она, закрывая глаза, — мне просто нужно прилечь.
— Прежде всего тебе необходимо переодеть ночную рубашку. Ты обожглась?
— Я в порядке. — Диана попыталась высвободиться из его рук. — Пожалуйста, Антуан, уходи…
Не в силах продолжать и послав все к черту, она бросилась в ванную и упала на колени. Все было бы не так плохо, если бы Антуан не последовал за ней и не убирал теперь волосы с ее взмокшего лица.
— Господи! — выдохнула Диана, когда ей стало легче. — Доктор не говорил, как долго это будет длиться?
Антуан взял полотенце, намочил его и приложил ей ко лбу.