Невеста Бартальди
Шрифт:
По пути в Ченаккио Клэр в полной мере ощущала низость своего поступка, особенно когда перехватывала устремленные на нее взволнованные взгляды Виолетты, но это не помешало ей один раз сдавленным голосом попросить остановить машину. Оказавшись на вилле «Роза», она извинилась и помчалась в свою комнату, где быстро переоделась в хлопчатобумажную рубашку и легла… наблюдать за игрой солнечного света, пробивающегося сквозь занавески.
Я негодяйка, с раскаянием думала она, но как иначе отвертеться от визита на виллу «Минерва»? Перебирая варианты, она, в конце
— Думаю, это стресс, — осмелилась предположить она и, сгустив краски, поведала ему историю о своих недавних приключениях. — Прошлой ночью меня мучили кошмары. Эти люди с автоматами так и стоят у меня перед глазами. — Она вздрогнула и закрыла руками лицо.
Доктор прописал ей покой и легкое успокоительное. Клэр ликовала.
— Какая жалость, — с сожалением произнесла Виолетта после ухода доктора. — Я позвоню на виллу «Минерва» и откажусь от приглашения. Маркиз поймет.
Клэр приподнялась на локте.
— В этом нет необходимости! — воскликнула она. — Ты иди, а я полежу, как велел доктор.
— Но как я тебя оставлю? — Крестная была шокирована. — Ты больна. Вдруг я тебе понадоблюсь?
— Зачем? Наблюдать, как я сплю, выпив таблетки? — Клэр покачала головой. — Виолетта, отказываться от такого блестящего вечера невозможно, я сама ужасно жалею.
Виолетта попыталась протестовать, однако Клэр нежно, но твердо настояла на своем.
— Ты же сгораешь от желания увидеть этот дом, — напомнила она. — И потом все подробно опишешь мне. А маркизу принесешь лично мои искренние извинения, — добавила она.
— Ну, раз ты настаиваешь, — неохотно пробормотала Виолетта. — Но если станет плохо, немедленно зови Анжелину.
Когда крестная пошла одеваться, Клэр встала с постели и села у открытого окна, любуясь игрой полуденного солнца на листьях цветущего винограда на балконе. Отсюда хорошо просматривалась дорога, и Клэр увидела, как пунктуально, минута в минуту, подъехала машина с виллы «Минерва».
Но что это? Из машины выходит сам Гвидо Бартальди? Он поднял глаза и окинул дом.
О, боги, застонала Клэр, отпрянув за штору, он приехал сам. Надеюсь, он меня не заметил.
Она мгновенно забралась в кровать и натянула одеяло до самого подбородка: если повезет, то Виолетта, заглянув пожелать ей спокойной ночи, подумает, что она спит, и не станет ее беспокоить.
Но Клэр не повезло!
Спустя несколько минут она услышала стук в дверь и тихий голос Виолетты:
— Дорогая, к тебе гость.
Клэр притворилась спящей, стараясь дышать легко и равномерно.
Она услышала тихие шаги.
— Ах, — прошептала Виолетта, — успокаивающее, которое прописал доктор, видимо, подействовало.
— Да, похоже на то. — Клэр показалось или в его голосе действительно прозвучала ирония? — Я обязательно позабочусь о ее здоровье, — продолжал голос. — Вы сообщите мне, если ей не станет лучше. Можно обследоваться в хорошей клинике недалеко от Ассизи. Ну, а нам, синьора, пора
Клэр расслышала, как Виолетта нехотя согласилась. Прядь волос щекотала Клэр нос, и ей ужасно хотелось смахнуть ее, но что-то — какое-то шестое чувство — посоветовало ей оставаться неподвижной. И не зря — Гвидо Бартальди все еще стоял возле ее кровати, ожидая, что она выдаст себя.
Клэр чувствовала исходящее от него тепло, слышала аромат его одеколона.
— Великая актриса пропала для сцены, красавица моя. — Его саркастическое замечание подтвердило ее подозрения. — Но не буду мучить тебя больше, спи и смотри красивые сны. — И он смахнул рукой мешающий ей локон. Затем его пальцы коснулись ее подбородка и легонько повернули голову, губы легко и чувственно коснулись ее приоткрытых губ.
Ей потребовалось все ее мужество, чтобы лежать неподвижно. Очень хотелось вскочить и залепить пощечину этой самодовольной физиономии, но она еще сильнее сомкнула глаза, слушая, как он выходит из комнаты, закрывая за собой дверь… но уходит ли?
Она успокоилась, услышав звук отъезжающей машины, и только тогда расслабилась. В глазах стояли слезы ярости, но дух еще более укрепился.
— Завтра, — поклялась она дрожащим голосом, — завтра я еду домой. И постараюсь никогда в жизни больше не встречаться с этим самодовольным потомком этрусков.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Виолетта вернулась домой после ужина на вилле «Минерва» довольно поздно.
Клэр, лежа без сна, видела свет фар, скользнувший по потолку. Кто на этот раз за рулем? Неужели маркиз? Но, к радости Клэр, Виолетта была одна и не стала заходить. Теперь можно было и поужинать — болезнь не отразилась на аппетите. Анжелина, радуясь, что любимой гостье стало лучше, заставила столик разными вкусностями.
Клэр вытянулась на диванчике в гостиной, включила музыку, но голова продолжала работать, а мысли крутились вокруг одного — Гвидо Бартальди. Как бы это ее ни возмущало, но она была вынуждена признать, что он завладел всеми ее мыслями.
Зачем ей его якобы случайные появления в ее жизни? Но и запретить ему приходить она не может — ведь тогда она расстроит Виолетту, которая принимает его таким, каким он хочет казаться.
Клэр была убеждена, что мужчина, вступающий в брак, даже если это и брак по расчету, не должен флиртовать с другой девушкой.
После Джеймса она поклялась себе избегать мужчин, которые не в состоянии принять на себя определенные обязательства. А таких, похоже, большинство, с горечью подумала она.
Но с Гвидо Бартальди это уже даже не флирт — ведь он дотрагивался до нее и — о, ужас! — целовал!
Дрожь пробежала по ее телу, когда она вспомнила прикосновение его губ. И самое неприятное во всем этом то, что он, без сомнения, прекрасно понимает, какой эффект произвела на нее его ласка. Это была изысканная форма мучения, задуманная ей в наказание, чтобы она уже никогда больше не выкидывала номеров, способных вывести его из себя.