Невесомость
Шрифт:
Мне хотелось добавить, что не прошло и года, как после этого отец нас оставил, уехав по контракту работать в Италию, но так как я решила сосредоточиться только на приятных воспоминаниях, говорить об этом было лишним.
– Ты была единственным ребенком в семье?
– спросил вдруг Денис, увлекшись моим рассказом.
– Да, ну, до появления Карины.
– Не зная этого, я бы так не подумал. Обычно, когда ребенок у родителей один, его так лелеют и балую, что в результате он вырастает капризным
– Может быть, в моём случае так бы и случилось, - улыбнулась я, - если бы родители остались вместе. Но когда они развелись, нам с мамой очень тяжело жилось, поэтому особо при таких условиях не побалуешь. После их развода я много времени проводила с бабушкой и дедом, несколько раз они возили меня на море по рабочей путевке, что тоже оставило массу незабываемых воспоминаний. Именно тогда я и влюбилась в море. Не в такое теплое и спокойное, каким его любят большинство приезжих, а в бурное, страстное и обязательно вечернее. Вечером оно словно раскрывает себя.
Денис не перебивал меня, он внимательно слушал, ожидая продолжения.
– Так странно сейчас говорить о прошлом с тобой, - внезапно ушла я от темы, снова боясь наскучить ему.
– Тебе это правда интересно?
– Поверь, Анжел, интереснее, чем ты думаешь. Зная прошлое человека, легче понять его.
Он словно прочитал мои мысли.
– Хочу узнать о твоей жизни ещё что-то, - добавил этот непредсказуемый парень, когда мы оказались на набережной, откуда открывался живописный вид и где не так давно я гуляла с Кариной и "Illusion".
– А что именно?
– Расскажи то, что считаешь нужным, - улыбнулся Денис, и после этой простой фразы вдруг стало так легко и свободно. Он всё понимал. Он не хотел бередить мои раны так же, как и я его, не хотел ненароком задеть за что-то живое.
– Хорошо, - глотнув свежесть апрельского воздуха и речной прохлады, произнесла я с энтузиазмом, - тогда хочешь узнать, почему и как я начала слушать рок?
– Конечно.
– Это было в шестом классе. Сложно поверить, но всё началось с легендарных "Ранеток", - при упоминании этой группы Денис разразился заразительным смехом.
– Я знала, что ты так отреагируешь, - подхватила я его смех.
– Анжел, ты и "Ранетки" - это что-то несовместимое!
– Я знаю, но это именно так. Мне было двенадцать, когда по СТС вышел сериал про этих девочек, и среди тех, кого я знала, не было ни одного человека, кто бы его не смотрел. Как раз тогда нам подключили интернет, и я, сильно увлеченная музыкой, отправилась на поиски других рок-групп. Ну, это тогда мне казалось, что других. На самом-то деле тут нужно сказать просто "настоящих рок-групп".
– А что было потом?
– Потом начался мой фанатский период "The Rasmus", "Him","Sunrise Avenu", ну и всего в таком роде.
– И вот так
– улыбался Денис, всё ещё находясь под впечатлением от моего заявления.
– Да, как бы странно это ни звучало, - ответила я, ни сколько не расстроенная тем, что в чем-то сломала представление Дениса о себе. Напротив, слышать его смех, видеть столь яркое проявление эмоций было одним лишь наслаждением.
– Так, теперь мне даже становится страшно, узнать, когда и почему ты начала рисовать, - подначив меня, заявил он с опаской.
– В этом плане не так страшно, - рассмеялась я, присев на свободную скамейку.
– Мой отец архитектор, поэтому с детства прививал мне любовь к рисованию.
– Архитектор? Тебе повезло! Мои родители всегда были против того, что я рисую. Им казалось, что это несерьёзно.
– Значит, им не нравится твоё решение учиться на архитектора?
– Возможно, но в любом случае они смирились и воспринимают это как должное.
– У тебя хорошие с ними отношения?
– я боялась, что переступаю через опасную черту.
– Да, - как-то неуверенно ответил Денис, улыбнувшись одними уголками губ, - они понимают меня. Может, не всё так идеально, но мне не на что жаловаться. А что насчет тебя?
– Хорошие ли у меня отношения с мамой и отчимом?
– спросила я, облокотившись на спинку деревянной скамейки.
– Именно.
– Я никогда не желала лучшего. С мамой мы словно подруги. Она всегда была рядом, когда мне было плохо, поэтому я доверяю ей. И дядя Паша... мне долго не хватало такой заботы.
– А с Кариной вы тоже близки?
– Да, она для меня, как сестра, - произнесла я, невольно залюбовавшись проникновенным взглядом зеленых глаз Дениса.
– Иметь рядом такого человека, как она, действительно дорогого стоит. В Карине есть что-то такое, что редко встречается в людях, - говорила я, полностью доверившись Денису.
– Какая-то внутренняя искра. Она словно глоток свежего воздуха. Именно его мне долгое время не хватало.
– И сейчас ты полностью довольна своей жизнью?
– спросил он, улыбнувшись.
– Думаю, да, - кивнула я, ни на секунду не задумавшись.
– Я мечтала о такой жизни. У меня есть полноценная семья, любимое занятие, хорошие люди рядом...наверное, это называется счастьем.
Я видела, что Денис было хотел ещё что-то спросить, но внезапно передумал, устремив взгляд куда-то в сторону.
– Если честно, я не очень люблю говорить о себе, - призналась я, слегка поежившись.
– Страшно увидеть в ответ равнодушие.
– Тогда почему ты мне всё это рассказываешь?
– спросил Денис, всем корпусом развернувшись ко мне и положив голову на высокую спинку скамейки из темного обработанного дерева.