Невервинтер
Шрифт:
– Я ненавижу большинство тёмных эльфов, и не хотел бы убить его по ошибке.
Казалось, этот ответ устроил мужчину. Убийца, спешно отсалютовав, вышел за ворота города, чтобы посмотреть, что сможет разузнать.
Глава 4
Войны за влияние
— Этот стражник меня узнал, — шепнула Далия Дриззту, как только они вошли в Лускан, миновав стражей, которые проводили удаляющуюся эльфийку пристальными взглядами. На лице одного из них отразилась заинтересованность, вызванная отнюдь не сексуальными инстинктами.
—
— В этом случае они, я уверена, не вели бы себя так подозрительно, — сказала Далия. — Я говорила, что я не самый желанный гость в Лускане.
— И все же маскировкой ты не озаботилась.
— Прошло уже десять лет.
— И все же ты боишься, что тебя узнают.
— Боюсь? А может я этого и добиваюсь?
— Может быть ты ещё и расскажешь, почему ждёшь неприятностей? — спросил дроу. — Мне любопытно, из-за чего тебе могут быть не рады в городе.
— Я убила верховного капитана,— почти легкомысленно созналась Далия. — Борланна Ворона. Десять лет назад, перед тем как отправиться с Джарлакслом и Атрогейтом на поиски Гонтлгрима.
Дриззт не смог сдержать улыбки.
— Хочешь знать, почему я убила его? — спросила эльфийка.
— Это имеет какое-то значение?
— Это имеет значение для тебя?
Дриззт покачал головой, хотя и сам немного удивился собственному безразличию и черствости по отношению ко всем, получившим мантию судна Ретнора. Улыбка дроу стала шире. — Если бы столетие назад я был таким как сейчас, то и отец Борланна никогда бы не появился на свет.
— Сдаётся мне, ты имел дело с кем-то из Дома Ретнор.
— Кенсидан, дед Борланна, убил моего близкого друга, когда Ретнор и другие верховные капитаны захватили власть в Лускане и обрекли город на то жалкое существование, которое он влачит сейчас. У меня не было иного пути кроме бегства, но я многое бы отдал за возможность вернуть Кенсидану должок.
— Тогда, возможно, я уже заставила его семью тебе отплатить.
— Только если верить в то, что дети должны расплачиваться за грехи отцов. Я в это не верю, да и не знаю ничего об этом Борланне.
— Он был верховным капитаном, — ответила Далия. — Что еще сказать? Он причинял боль и страдания, убивал, зачастую тех, кто этого не заслуживал.
— Можешь не оправдываться передо мной. Разве что если это нужно тебе.
Эльфийка сплюнула.
Далия сошла с дороги, скрывшись в переулке, Дриззт проводил её взглядом. Эльфийка вынула маленький сундучок из наплечного мешка и со щелчком откинула крышку. Дриззт подошел ближе и огляделся, чтобы удостовериться, что они не привлекли лишнего внимания. Отсюда он мог разглядеть, что ящичек состоит из множества отделений, одно из которых было открыто. Далия взяла щепоть какого-то порошка и щелкнула пальцами перед лицом. Вокруг воительницы возникло облако бурой пыли.
Тогда она потянулась к другой секции ящика и достала оттуда серебристую заколку. Эльфийка сняла шляпу и повернулась спиной к Дриззту, затем, нагнувшись, откинула вперёд свою чёрно-красную косу.
Когда она поднялась и повернулась к нему,
Далия закрыла сундучок и убрала его обратно в мешок, затем она снова надела шляпу и подошла к Дриззту.
— Тебе нравится? – спросила эльфийка, и тщеславие в ее голосе неприятно кольнуло дроу, чего нельзя было сказать о перемене в ее внешности.
Теперь она выглядела более кроткой, агрессия же, исходившая от нее, исчезла без следа.
Дриззт обдумал ее вопрос и понял, что не знает, как ей ответить. Далия, которую он знал, была весьма привлекательна. Ее мастерство в бою, угроза, буквально пропитавшая все, что с ней связано, даже ее способность передать свою ненависть к высшим капитанам, просто плюнув на дорогу – все это не могло не заинтриговать. Но и другая ее сторона, напоминавшая ему о тепле, которое он когда-то познал, пусть и была очень обыденной, но от этого не теряла своей притягательности. Быть может, именно этот намек на возможность приручить Далию делал ее настолько желанной?
Хотя возможно ли это?
И захотелось ли бы этого Дриззту?
— Твоё молчание весьма красноречиво, — поддразнила она.
— Если ты с такой легкостью способна замаскироваться, тогда почему ты не сделала этого до того, как мы вошли в Лускан? — спросил Дриззт.
Далия ответила озорной улыбкой.
— Понятно, это не так весело, если это не опасно, — ответил за нее дроу.
– Если бы за твоей жалобой скрывалось осуждение, возможно, тогда я бы слушала тебя более внимательно, Дриззт До’Урден,— парировала она. — Ну а пока просто признайся, что я знаю твои истинные желания и чувства, поэтому лишь поприветствую твои клинки, когда мы столкнемся с нашими проблемами.
— У тебя все же есть цель, — сказал Дриззт, сочтя разумным сменить тему разговора. — Молю, скажи, куда ты ведешь меня?
— Молю, скажи, зачем ты привел меня сюда? Мой путь лежал бы южнее, к Невервинтерском лесу, забыл?
— Сперва ответь на мой вопрос.
— Узнать, выжил ли Джарлаксл,— ответила Далия, шокировав темного эльфа настолько, что он остановился, и чтобы нагнать ее, ему пришлось прибавить шагу.
— Это же очевидно, — сказала она, когда дроу поравнялся с ней. – Я говорю о твоей привязанности к нему.
— Он полезен, – и это было единственным, что признал бы Дриззт.
— Он мертв, – сказала эльфийка. – Мы оба видели, как он упал к Исконному, и видели, какова была ярость этого существа!
Дриззт не был в этом так уверен, ведь он знал, как Джарлаксл выбирался из ситуаций, из которых, на первый взгляд, не было спасения, но дроу лишь пожал плечами.
— Я хотел бы знать о нынешнем влиянии Бреган Д’эрт в Лускане, — сказал он.
— Уже не то, что раньше, – не задумываясь, ответила Далия. — Оно значительно ослабело около десяти лет назад, и маловероятно, что дроу смогут вернуть себе прежнюю власть в Городе Парусов. К тому же, что их тут держит?