Неверный жених
Шрифт:
– Достаточно, Генри!
– Вы правы, довольно о прошлом, – ответил Серрей и, помолчав, добавил: – Когда к королю вернулась способность дышать и говорить, он приказал мне отправляться домой.
– Ну что ж, – сухо заметил герцог, – от дворца Нонсач до замка Кеннингхолл путь недолгий.
– Да, отец, вам не придется скучать в дороге.
– О чем ты? – удивился герцог. – Что ты хочешь этим сказать?
– Король повелел передать вам и моему прославленному брату приказ немедленно явиться ко двору.
– Так что же ты молчал!.. Клянусь ранами господними, я ведь покинул
Норфолк вскочил и принялся расхаживать по залу туда-сюда. «Зачем я понадобился королю? – думал он. – Может быть, Генрих просто хочет похвалить и наградить Эдварда за удачную экспедицию? Но зачем же тогда вызывать ко двору самого герцога? Только для большей парадности? Или у короля что-то другое на уме?»
Герцог знал короля много лет, бывал и в фаворе, и в немилости. И до сих пор Генрих поражал его своей непредсказуемостью. Угадать намерения скрытного и подозрительного Тюдора было почти невозможно. Но один урок герцог усвоил твердо: самое страшное, в чем может провиниться придворный, – заставить Генриха ждать.
Герцог бросил взгляд на Эдварда. Грубовато-красивое лицо молодого человека светилось гордостью – как же, сам король посылает за ним!
– Что ж, Эдвард, – вздохнув, обратился к сыну Норфолк, – прежде чем лопнуть от гордости, не хочешь ли распорядиться насчет того шотландца, которого при везли из Норвича твои люди?
Лицо Эдварда на мгновение омрачилось.
– Ах да, – произнес он, бросив взгляд в окно, по направлению к конюшням. – Может быть, мне стоит преподнести этот трофей королю…
– Ни в коем случае! – предупредил его герцог. – Король получит новое французское судно, и хватит с него. Шотландца и выкуп за него лучше оставь себе.
– Кого это ты захватил, Эдвард? Черного Дугласа? – бросил через плечо Серрей.
– Нет, Серрей, всего-навсего лэрда клана Маклеодов.
– Лэрда Маклеодов? – Серрей помолчал. – Хорошо, Эдвард, я готов истязать его вместо тебя, пока ты не вернешься из дворца.
– Герцог коротко рассмеялся:
– Представь, Серрей, твой брат действительно захватил отличную добычу. К сожалению, пленник жестоко изранен – поэтому Эдвард и привез его сюда.
– Вы думаете, он не выживет?
– Это зависит от ухода, – ответил Норфолк.
– Что ж, у нашей семьи большой опыт в истреблении шотландцев, – сухо усмехнулся Серрей.
– Благодаря именно этому, как ты выразился, опыту Говарды заняли нынешнее высокое положение, – проворчал в ответ Норфолк. – Не беспокойся, Эдвард, – обратился он к младшему сыну, – Серрей за всем присмотрит. Твой шотландец остается в надежных руках.
Серрей, пожав плечами, повернулся к брату:
– Разумеется, братец. Мы выходим твоего пленника.
Эдвард улыбнулся.
– Отлично, Серрей! Сделай это для меня, ладно?
– Разумеется, – ответил граф и снова отвернулся к окну.
– Ты играешь в опасную игру, Эдвард, – прошептал он, поглядывая в сторону конюшен. – Быть может, платить придется не шотландцам, а тебе самому. И плата будет высока… Очень высока.
Глава 6
В ноздри Малкольму бил запах гниющего мяса. Лоб горел,
Туман в голове сменился страхом – Малкольм понял, что боится вздохнуть. Что, если при малейшем движении сломанные ребра, словно кинжалы, вопьются ему в легкие?
Малкольм снова потерял сознание.
– Милая моя, здесь не место для леди из знатного семейства. Лучше пришлите служанку, чтобы она помогла мне ходить за больным.
Джейми покачала головой в ответ на слова замкового врача, немолодого валлийца.
– Я привезла его сюда, мастер Грейвс. Я должна позаботиться о том, чтобы он выжил.
– Вы ему уже ничем не поможете. Боюсь, что и я тоже. Он потерял слишком много крови, и нам остается лишь надеяться на судьбу. Все, что мы можем сделать…
– Стоять и смотреть, как он умирает? Так, что ли? – прервала его Джейми, осторожно поднимая Малкольму голову и кладя к себе на колени. – Не будем спорить: просто скажите, что надо делать.
Старик расправил согнутые ревматизмом плечи, вытер руки чистой тряпочкой и пригладил седеющие рыжие волосы по сторонам лысой макушки. Он прожил долгую жизнь, но такой девушки еще не встречал. Даже сейчас, когда волосы ее растрепались, а элегантный серый плащ покрылся кровавыми пятнами, Джейми Макферсон казалась совершенно не на месте в этой грязной полутемной комнатке, предназначенной для пленников: Она явилась на конюшню почти сразу после того, как раненого доставили из Норвича сюда; на плаще ее уже были пятна крови, и доктор подозревал, что сегодня, когда он закончит штопать беднягу-шотландца, их станет гораздо больше.
Врач не жалел сил, чтобы отговорить девушку от ее решения. Только женщин ему здесь не хватало! Что, если она начнет рыдать при виде крови или свалится в обморок в самый неподходящий момент? Но вскоре валлиец понял, что ошибся в Джейми. Она не похожа на других женщин. Много бы он отдал за такую помощницу!
Джейми поднесла к губам Малкольма чашу с целебным питьем и, осторожно приоткрыв ему рот, влила сквозь запекшиеся губы несколько капель.
– Пусть выпьет как можно больше, – заметил врач, следя, как судорожно сокращается горло больного. – Ему нужно много пить, иначе лихорадка убьет его!
Джейми кивнула и влила в рот Малкольму еще несколько капель. Сейчас она забыла о своей обиде, о ненависти к гордому шотландцу. Все старые обиды казались детскими и несерьезными в сравнении с реальностью его страданий. Сердце Джейми разрывалось. Малкольм Маклеод унизил ее и причинил ей боль. Джейми мечтала об отмщении, но такого она и представить себе не могла.
Вглядываясь в искаженное до неузнаваемости лицо Малкольма, Джейми думала: знает ли он, кто дает ему пить? Если бы он открыл глаза – хоть на мгновение! Пусть обрушит на нее свой гнев, пусть, как в замке Норвич, бранит самыми черными словами за то, что она привезла его сюда! Пусть – она стерпит все! Это лучше, чем сидеть и видеть, как он медленно угасает у нее на глазах.