Неверные
Шрифт:
Когда Натан свернул на проселочную трассу, Дана разволновалась сильнее.
– Красиво, – сказала она, чтобы как-то отвлечься от мыслей, что потоками неслись в голове.
– Сейчас увидишь настоящую красоту.
Натан оказался прав. Он сделал еще несколько поворотов, и Дана ахнула.
Бирюзовая вода, спрятанная между двумя небольшими скалами. Переливающаяся на солнце бликами, завораживающая. Прекрасная.
– Ух ты…
– И я о чем. Но смотри – нам надо подняться на гору и спуститься. Не боишься крутых виражей?
– Боюсь.
Натан
Дальше – еще хуже. Потому что мужчине показалось недостаточным ее ответа, он развернулся к ней торсом и начал наклоняться. Дана инстинктивно выбросила руку вперед.
– Стоп!
– Я и так остановился, – не остался он в долгу, уперевшись грудью ей в раскрытую ладонь. – Дан… Ну что ты такая пугливая у меня? Я же все объяснил, рассказал. Не собираюсь набрасываться на тебя.
– А зачем тогда… это? – Она кивнула на него и на руль.
– Хотел успокоить и сказать, что тебе нечего беспокоится. Подъем и спуск довольно безопасны.
– Ага, – недоверчиво буркнула она, проваливаясь в вязкую панику.
Последняя никак не была связана с предстоящим подъемом. Дана не была адреналинщицей, экстремальщицей, всегда соблюдала технику безопасности. Трусихой тоже не была.
– Ты интересная, Дана.
От резкой смены темы она еще сильнее взбудоражилась. Хорошо, что на ней тоже были очки, правда, не такие темные, как у Натана, и он мог видеть ее глаза. Почему-то она была уверена, что сейчас он смотрел именно на них.
– Давай поедем. Жарко. Уже хочется искупаться.
Он некоторое время помедлил, точно над чем-то размышляя.
– Поехали.
Натан не преувеличивал, когда говорил, что на пути им встретятся крутые виражи. Две машины на горной тропе, где с одной стороны шел обрыв, не разъедутся никак. Несколько раз Дана обмирала, адреналин резко впрыскивался в кровь, и хотелось, как в детстве, зажмуриться. Тогда она смотрела на спокойного уверенного в себе Натана и ей становилось спокойнее.
Он знал, что делал.
Причем всегда.
– Боже, – выдохнула Дана, когда они спустились. После чего поспешно отстегнула ремень безопасности, открыла дверь и вышла. В следующую секунду скинула с ног шлепки и поспешила босой к воде.
За спиной послышался хрипловатый смешок, который она проигнорировала.
Чего она проигнорировать не смогла, так это прикосновение Натана. Она не успела от него уйти, он поймал ее за ладонь и притянул к себе. Снова.
– Эй! – возмутилась она.
– Туда смотри. – Свободной ладонью Натан указал в море, сам же прижал спиной Дану к себе.
Она не знала, на что реагировать сильнее: на красоту моря, что притаили между собой горы, или на сильное жилистое тело, которое оказалось в опасной близости от ее.
И вроде бы ничего предосудительного Натан не сделал в рамках предполагаемого
Она же тонула. Точно с разбегу, зажмурившись, кинулась не в море – в океан. Тот с готовностью принял ее, поглотил, пригрел, чтобы потом обласкать. Дана на несколько секунд замерла, ничего не делала. Наслаждалась…
А главное – его руки идеально вписались в ее тело. Легли так, словно стопроцентно знали, куда именно опуститься. Как сжать. Как прикоснуться. Дана поборола искушение посмотреть на них. Она и так знала, что они сильные и крепкие.
Она постаралась абстрагировалась, заставила себя не акцентировать внимание на том, что творит Натан. Пусть… Самое ужасное – ей нравилось. И его настойчивость, и он сам.
– Тут шикарно, – выдохнула она, поборов искушение откинуться Натану на грудь. Не стоит все-таки чересчур вольготно вести себя и принимать его ухаживания.
– А я о чем. Идем купаться?
– Идем.
Парадокс заключался в том, что, оказавшись на уединенном диком пляже, отрезанной от других людей, Дана почувствовала неловкостью и легкую стыдливость. Да, пляж. Да, курорт. Тут каждый второй ходит полуголым. Обнаженным телом никого не удивишь. На ней самой прозрачная туника, через которую видны очертания тела. Ничего предосудительного, выходящего за рамки. А скинуть ее оказалось проблемно.
Словно Дана раздевалась для Натана. Только для него.
Хорошо, что купальник выбрала пусть и раздельный, но довольно закрытый со стилизацией под 60-е года.
Натан вернулся к машине, достал рюкзак, дорожную сумку. Дальше пошел пляжный инвентарь.
– Ты подготовился, – прокомментировала Дана его действия, теребя руками завязки туники.
– Старался, – отшутился Натан, снова пронзая ее взглядом. – Чего стоим? Кого ждем? Меня? Правильно, я уже иду.
– Ты всегда такой несносно-самоуверенный? Или только мне так повезло?
Натан грохнул на песок лежаки, свернутые в узел, и шагнул в сторону девушки. Почему у нее сразу ослабли ноги и тело откликнулось? Как у него получалось вызывать в ней простыми, ничего по сути не значащими движениями и поступками такой сумасшедший отклик? Хотелось бежать. Правда, непонятно в какую сторону, – от Натана или, наоборот, к нему. Сумасшествие продолжалось!
Он же даже не в ее вкусе! Абсолютно!
– Тебе, – снизив интонацию, ответил он, приближаясь.
Дана осталась на месте. Не сдвинулась ни на сантиметр. Ну уж нет! Если они начали игру, она предпочтет играть на равных, а не прятать голову в песок! Пусть последний был идеально золотистым и очень мягким на ощупь.
– Я должна радоваться?
Мужчина ответил не сразу. Склонил голову набок и принялся рассматривать Дану, точно первый раз видел.
Ей надо выстоять. Продержаться несколько минут. Даже меньше. Что тут сложного?