Неуместное влечение

Тейт Наташа

Она так хотела почувствовать что-то помимо боли и сомнения. Она заслужила его ненависть, понимала его жажду мщения.

Но как он собирался отомстить? Он хотел лишить ее гордости? Девственности? Он смог сделать и то и другое за несколько часов. Что еще он хотел получить от нее, прежде чем закончить? Чего еще он мог хотеть, когда она больше ничего не могла ему дать? Единственное, что у нее получалось хорошо, — это выживать. Справляться. Она много раз изучала этот урок. Она отвергла единственного мужчину, которого любила, потом пережила такие серьезные травмы, что больше никогда не сможет вести нормальную жизнь. Быть настоящей женщиной.

Женой. Матерью.

Кейт сжала кулаки, пытаясь унять боль, схватившую за горло. Сглотнула, сдерживая слезы. Как бы сильно она ни хотела мира, как бы сильно она ни хотела прощения, она никогда не получит их, несмотря на все свои мольбы. Этан ненавидел ее. Она знала это так же, как свои собственные шрамы. И ничего не изменилось от того, что она извинилась перед ним и отдала ему свою девственность. Глупо было считать, что все может измениться.

Глава 7

Этан стоял один в пустой комнате, сбитый с толку, задетый и почему-то разбитый. Даже в своих самых диких мечтах он не мог предположить, что события этой ночи развернутся таким образом. Он полагал, что будет полностью контролировать ситуацию, свои эмоции и реакции Кейт. Годы, которые он провел вдали от нее, принесли ему богатый сексуальный опыт, на который он привык полагаться. Он знал, как соблазнить женщину, как контролировать ее реакции и возбуждение. Он знал, как управлять женщиной до каждого ее вдоха, и делал это бесчисленное количество раз. Но сейчас он впервые потерял то расстояние, которое всегда сохранял, впервые почти сам растворился в собственном акте соблазнения.

Неприятное чувство неудовлетворенности, злости и возмущения разливалось по его венам. Когда Кейт не ответила его ожиданиям, она перевернула все с ног на голову. Она заставила его потерять контроль. Этан Хардести не терял контроль. И он не терпел отказа от женщин. Злясь на свою слабость, он провел ладонью по губам. Слабый запах Кейт приклеился к его пальцам, вызывая воспоминания о ее коже. Этан напрягся, снова почувствовав возбуждение. Он вновь переживал моменты, когда входил в нее и ее упругая плоть охватывала его, пока он не сошел с ума от удовольствия. Ее медленные стоны. Он снова хотел ее. Он хотел целовать, лизать ее кожу.

К черту все. Почему она должна была оказаться девственницей? Он понимал, почему она была чиста десять лет назад, когда они оба были молоды. Он уважал ее желание дождаться брака и поэтому много раз сжимал зубы и плавал в холодном океане. Но ждать десять лет? Почему она позволила лишить ее девственности ему, а не кому-то из той длинной очереди желающих? И почему она до сих пор вызывала в нем чувства, которые он, как думал, уничтожил много лет назад? Он не хотел смущения, подозрения и неуместной страсти. И он не хотел испытывать к ней такую же страсть, как много лет назад. Но казалось, что его телу и его израненной душе все равно. Он хотел ее, несмотря на всю ложь. Он хотел ее, несмотря на прошлое и на свою злость. Не важно, сколько лет прошло, не важно, скольких женщин он соблазнил, — он по-прежнему хотел ее.

Этан надавил руками на глаза. Сильно. В попытке избавиться от своего наваждения и обрести контроль.

Она уже не та Кейт, которую он когда-то любил. Той Кейт больше не существовало. И никогда не существовало. Она утверждала, что желала ему счастья и успеха, когда на самом деле никогда не считала его человеком, способным позаботиться о себе. И потом

она заявила, что переживала из-за его отъезда. Что чувствовала вину из-за своей лжи. Как будто это что-то меняло.

Он опустил руки, сжал зубы. Он не закончил с ней, что бы она ни говорила. Она могла убежать, она могла сказать «нет», но они не закончат, пока он этого не скажет.

Как только Этан вернулся в свой офис в Нью-Йорке, он встретил посыльного, которого отправила Кейт. Взглянув на квадратный пакет с фамильной печатью Каррингтонов, он разозлился.

Она надеялась закончить дело через посыльного?

— Мне следует подождать ответа? — спросил мальчик.

— Нет! — рявкнул Этан.

Он бросил пятьдесят центов ребенку и захлопнул дверь перед его улыбающимся лицом.

Спустя две минуты, когда документы Кейт оказались разложенными на столе, ручка, которую он держал, разломилась на две части. Ярость снова охватила его, когда он посмотрел на ее аккуратную маленькую подпись внизу страницы.

Она подписала до того, как он перевел хоть цент из тех двадцати пяти миллионов, которые согласился заплатить. Как будто она полагала, что может так легко от него избавиться, просто поставив печать и подпись и выбросив его, как ненужный мусор. Как и прежде. Только на этот раз он не собирался играть в ее игру. На этот раз ей придется заплатить. И он будет доволен.

Сорок восемь часов спустя он перебил своего возмущенного брокера:

— Меня не интересует цена. Купите их. Я хочу контрольный пакет, и я хочу его вчера, — выпалил он и бросил трубку.

Он посмотрел на отчет о сделке, который получил факсом из Токио. Осознание, что все складывается именно так, как он запланировал, наполняло его радостью и надеждой на правосудие, на болезненное возмездие, которое Кейт заслужила.

Через час он будет владеть пятьюдесятью двумя процентами «Каррингтон индастрис». Контрольный пакет. Два дня он под разными именами скупал все акции, которые были в свободной продаже, и, наконец, контрольный пакет компании Кейт принадлежал ему. Он не стал тратить время на размышления, почему его чувства колеблются между триумфом и сомнением. Он не позволял себе оспаривать свое решение.

Кейт заслуживала любого наказания, которое он придумает для нее.

К восьми часам вечера он приехал в «Студио 9» в центре Манхэттена, готовый осуществить следующий пункт плана. Чердак пентхауса, где проходила вечеринка, был наполнен вампирами, привидениями, светящимися в темноте скелетами и прочими персонажами. На заднем плане играла музыка, а от фонтанов с пуншем, стоящих по углам, шел сухой холодный дым. Он потратил несколько драгоценных минут, чтобы пробраться сквозь тыквы, стога сена и стебли кукурузы по дороге на оживленную крышу. Его ярость достигла пика, когда он нашел Кейт. Она стояла в костюме Золушки в окружении пресмыкающихся перед ней мужчин. Идеально сидящее голубое с серебряным платье обтягивало тело.

Она убрала волосы в тугой пучок на голове, а несколько прядей свободно спадали на розовые щеки и подбородок. Завораживающе красивая, в длинных белых перчатках она была так похожа на принцессу, что могла заставить любого мужчину поверить в сказки.

К несчастью, желание, переполняющее Этана, было очень реальным. Он хотел взять в руки это лицо, провести пальцем по губам и поцеловать кончик ее носа. Он отчаянно хотел увести ее в какое-нибудь теплое уединенное место, поэтому решительно направился к ней.