Неуловимый Сапожок
Шрифт:
Наконец-то пошли пассажиры второго класса! Все вдруг засуетились, и человеческий клубок сдвинулся с места. Маргарита потеряла навес из виду вместе с его ужасающим содержимым, она вновь стала частью единой движущейся толпы, которая еле-еле двигалась, в час по чайной ложке; все это еще больше изматывало и без того смертельно уставшую Маргариту. Тем не менее она старалась сообразить, что и как нужно ей делать, попав на французский берег. И решила разыскать для начала аббата Фуке, с помощью которого ей легко удастся найти мужа. Она была уверена, что Перси сразу же непременно свяжется с аббатом: разве
– Эй, мамаша, ваш паспорт!
Эта грубая реплика вывела ее из задумчивости. Она совершенно автоматически продвигалась вперед, ибо мысли ее блуждали сейчас далеко от места ее нахождения. Так что она прошла с толпой весь путь до крытого тентом навеса, миновав и соединяющий мост, и площадку, даже ничего не заметив.
Ах, да, ее паспорт! Она совершенно забыла об этом! Но он есть и в полном порядке, поскольку дан ей (пусть даже и в момент запоздалого раскаяния) девицей Кондей, одной из самых ближайших соратниц влиятельнейшего человека во Франции.
Она достала паспорт из выреза платья и вручила его человеку в костюме чиновника.
– Ваше имя, – напористо спросил он.
– Селина Дюмон, – ответила она без малейшего колебания, поскольку едва ли не тысячу раз перед этим мысленно повторяла позаимствованное имя, чтобы произнести его будто свое собственное. – Служанка гражданки Дезире Кондей.
Человек, тщательно изучавший перед этим бумагу, положил ее на стол и спокойно сказал:
– Селина Дюмон? Эге, мамаша, шутить изволите?
– Как шутить? Не понимаю вас, – спокойно и даже без тени испуга ответила Маргарита. Паспорт был в полном порядке, в этом она была уверена и совершенно не боялась.
– А по-моему, все вы прекрасно понимаете, – с презрительной усмешкой перебил ее невозмутимый чиновник. – Ишь, ведь как славно удумали – Селина Дюмон, черт побери! Эге, мамаша, да вы не так уж просты. Ведь вы бы так, чего доброго, и прошмыгнули, да вот беда, Селина Дюмон с хозяйкой своей, гражданкой Кондей, прошли здесь чуть более четверти часа назад.
И длинным грязным пальцем он ткнул в лежащую перед ним раскрытую толстую книгу, в которую записывал всех проходивших мимо него пассажиров.
После чего искоса и с торжеством стал преспокойно разглядывать Маргариту, до сознания которой все еще никак не могло дойти происшедшее, так что она чувствовала лишь досаду от какой-то нелепой и непонятной задержки. Но вот вся кровь отхлынула от ее лица, щеки стали мертвенно-бледными, а сердце, зажатое в страшных тисках ужаса, едва не остановилось.
– Вы ошибаетесь, гражданин, – сказала она тем не менее совершенно спокойным голосом. – Я – горничная гражданки Кондей. Она сама мне выдала этот паспорт как раз накануне моего отъезда из Англии. Вы можете спросить об этом у нее, и она вам все подтвердит. Она сама меня уверяла, что паспорт мой в полном порядке.
Однако чиновник только пожал плечами и язвительно засмеялся. Ему все это явно доставляло удовольствие, хотя он уже и насмотрелся подобных сцен. В дальнем углу отгороженного пространства Маргарита заметила некоторую суету: вероятно солдаты,
Инстинктивно ища какой-нибудь защиты или хотя бы поддержки, Маргарита огляделась вокруг, но повсюду натыкалась лишь на спокойные или даже равнодушные лица, ничуть не интересующиеся тем, что происходило с ней. Все видели в этом лишь скучное повторение того, что происходило перед этим столом уже десятки и сотни раз.
– Хей, оп-ля-ля, милая мамаша, – тоном легкой насмешки продолжил чиновник. – Не беспокойтесь, мы прекрасно разберемся во всем, что вы нам тут наплели, и уж самым подробнейшим образом! К сожалению, Дезире Кондей со своей горничной Селиной Дюмон совсем недавно стояли на том же месте, на котором сейчас стоите вы, и были представлены как самые верные и преданные гражданки не кем иным, как самим гражданином Шовеленом, членом Комитета общественной безопасности.
– Но я уверяю вас, что здесь произошла какая-то ошибка, – совершенно серьезно настаивала Маргарита. – Быть может, та женщина солгала, вот мой паспорт и…
– Ладно, хватит об этом, – твердо прервал ее чиновник. – Если все действительно так, как вы говорите, и вы не обманываете нас, то завтра вы совершенно свободно продолжите свой путь. Но только после того, как вы убедите в этом нашего гражданина губернатора. Следующий!
Маргарита попыталась было еще что-то возразить, как и все те, за кем она так бессознательно наблюдала до этого, но тут же поняла, что все уже бесполезно, потому что почувствовала на своем плече чью-то грубую руку, бесцеремонно отодвинувшую ее в сторону.
Внезапно, будто от удара кнута, она осознала страшную неизбежную ловушку, в которую она попала точно так же, как перед этим ее муж.
Какой глупой, какой слепой идиоткой была она!
Какой слабой противницей она оказалась перед этим тонким и хитроумным интриганом Шовеленом. Заманить Сапожка Принцессы во Францию было великой идеей! Вызов был тонко продуман, и то, что отважный авантюрист принял его, уже открывало большие возможности, но все же последним росчерком пера гениального мастера было поймать в ту же ловушку и ее, его жену, разыграв раскаяние Кондей и предложив воспользоваться паспортом.
Полная дура, вот кто она на самом деле!
Как хорошо Шовелен знает женское сердце! Как верно он разгадал ее мысли и чувства, как точно предусмотрел ее будто бы совершенно спонтанный поступок. Ему даже не доставило особого труда предвидеть, что Маргарита сразу же бросится вслед за попавшим в смертельную опасность мужем. Теперь ловушка уже захлопнулась, слишком поздно она поняла все это.
Перси Блейкни во Франции! Его жена в тюрьме! Теперь его жизнь будет ценой ее свободы!
Очевидность всего этого со всей силой обрушилась на нее, и душа содрогнулась от столь ужасающего финала. Однако оставшийся животный инстинкт еще пытался бороться. Повсюду за пределами навеса была такая заманчивая темнота. Если бы только ей удалось достигнуть этого покрова тьмы, – она спрячется, она выждет, она уже больше не совершит промаха, нет, она будет бдительной и осторожной… если бы только ей удалось убежать, вырваться!