Нет сил простить
Шрифт:
— Маргарита, — постучавшись, он вошёл в спальню к женщине и отметил её цветущий вид. — Мне нужна твоя помощь.
— Какая? — насторожилась женщина. Она не доверяла Нетленному и была готова в любой момент сбежать, поняв, что с Максимом у неё ничего не выйдет, да и долго тянуть силы с него она не сможет. Ей нужно было срочно к отцу ребёнка, пока ещё была такая возможность, вот только Сергей Дмитриевич ей помешал.
— Не волнуйся, — сказал Нетленный и подойдя, подхватил невестку под руку. — Мы навестим Максима, и ещё раз при помощи его крови попробуем провести ритуал принятия в род, — соврал он,
Когда они оказались в комнате, Маргарита быстро поняла, что ей грозит опасность, но было поздно.
— Щит! — громко выкрикнула Ярослава, и маги патруля быстро выполнили требование девушки, окружив всех прозрачным куполом, а на Марго надели магические оковы.
Ярослава подошла к женщине и глядя на неё белёсыми глазами и наводя жуть, поднесла руку к солнечному сплетению. Намотав на руку невидимые нити, которые стали видны, как только Марго оказалась возле Максима и Виктории Олеговны она намотала их на кулак и со всех сил рванула. Раздался треск и следом за ним дикий Крик Маргариты:
— Не-е-ет…
— Ох, — тут же Виктория Олеговна схватилась за голову и упала без чувств, а Максим дёрнулся на кровати и открыл глаза, обведя всех непонимающим взглядом.
Его взор метался по собравшимся в комнате, как будто искал кого-то и не мог найти.
— Лиза… Где Лиза? — прошептал молодой человек и тоже лишился чувств.
— С ними всё в порядке, — заверила побледневшего Сергея Дмитриевича Ярослава. — Это магический откат. Несколько часов они проспят и придут в себя.
— С-спасибо, — Сергея Дмитриевича трясло от испуга за близких.
— Маргарита Конте, — подал голос капитан магического патруля обратившись к подвывающей женщине, повисшей на руках его подчинённых. — Вы обвиняетесь в использовании запрещённого проклятия «Нить Ораны» и будете перемещены в тюрьму, а после переданы под трибунал для вынесения приговора. Вот здесь, — он указал на сверкающий кристалл в своих руках, — зафиксирована ваша вина. — Ярослава Георгиевна, Сергей Дмитриевич, вы будете выступать на суде в качестве свидетелей, ваз вызовут в назначенное время.
— Хорошо, — кивнули Богрянцева с Нетленным.
— А сейчас мы покидаем вас, — патрульные вместе с Марго вышли из комнаты, и покинул особняк Нетленных. Только до тюрьмы Маргарита так и не добралась. Её убила проснувшаяся родовая магия ребёнка, которую перестали сдерживать жизненные силы, вытягиваемые из Максима.
Хозяин Маргариты был в ярости. Мало того что она поломала его планы, так ещё и своим поступком спровоцировала исчезновение Лизы.
— Дурра! — бушевал глава серых. — Какая же она самонадеянная дурра! Но ничего, я столько ждал, подожду ещё какое-то время, но всё равно получу своё.
А Максиму на полное восстановление потребовалось три месяца, в течение которых он постоянно интересовался Лизой и тем, где она. Но родные не могли дать ему внятного ответа, что очень злило мужчину. Когда он смог самостоятельно выбраться в город, то первым делом встретился с подругой Лизы.
— Ирина, — позвал он девушку, когда та покинула госпиталь и направлялась домой.
Повернувшись, девушка увидела молодого человека и заперла как вкопанная.
— Здравствуй, — поздоровался Максим. — Ты знаешь, как мне связаться с Лизой?
— Здравствуйте
— Нам нужно поговорить, — ответил Макс.
— Зачем? — настаивала Ирина.
— Я люблю её и хочу всё исправить, — ответил молодой человек.
— Любите, — усмехнулась девушка. — Вот и любите дальше. Только не лезьте в её жизнь.
— Почему? — Макс был удивлён такому ответу.
— Потому что она другого любит, — усмехнулась девушка. — И уже несколько месяцев замужем за замечательным человеком.
— Замужем? — растерянно прошептал Макс.
— Да. И при том очень счастлива, — не унималась Ирина. Ей очень сильно хотелось сделать больно Нетленному.
— Но…
— Никаких но, — перебила его Ирина. — И больше того. Лиза беременна и не вспоминает о вас. Так что, забудьте о ней и будьте счастливы со своей Марго.
Сказав это, девушка развернулась и победно улыбаясь, направилась домой. Максим остался стоять как громом поражённый. Это было первой каплей, которая упала в колодец его недоверия и презрения к женскому полу. Но он не поверил. Не захотел признавать то, что девушка, которую он так любит, могла выйти за другого и быть беременной не от него. Максим отправился в Светлую империю.
Ярким солнечным днём Нетленный стоял скрывшись в тени деревьев и наблюдал за улыбающейся Лизой, беседующей с молодым блондином за столиком в кафе. Они выглядели такими счастливыми и умиротворёнными, что мужчина каждый раз сжимал руки в кулаки, стоило только блондину прикоснуться к ладоням девушки или склониться к ней, шепча что-то на ухо. А когда они поднялись из-за столика собираясь уходить, и Лиза покачнулась, Максиму стоило неимоверных усилий устоять на месте и не ринуться к ней. Только блондин сделал это за него. Он бережно обнял девушку за плечи и положив руку на уже заметный животик что-то взволнованно спросил. Лиза кивнула, улыбнулась, и они отправились прочь из кафе, а Максим так и остался стоять на месте. Перед его глазами стояла картина чужой мужской ладони на животе его любимой. Застыв словно статуя, он ещё долго не мог прийти в себя. Вернувшись домой и запершись в кабинете, он впервые в жизни напился так, что отключился, но и во сне его преследовала картина увиденного в кафе. А после, другие женщины своим поведением и планами на него полностью убили его веру в любовь, заставив превратиться в законченного циника и холостяка.
А Лиза жила себе спокойно, преподавала и даже не догадывалась, какие страсти кипят в жизни любимого человека. Когда пришло время, она стала мамой и начала растить сына и дочь.
Глава 20
Настоящее время
— Лиза, ну когда ты уже дашь согласие стать моей женой? — спросил Виталий Святославович держа молодую женщину за руку и пытливо заглядывая в глаза. — Андрея нет уже два года, — продолжил он вздохнув. — И я, как положено порядочному человеку, ждал когда истечёт срок твоего траура и только тогда предложил отношения. Ты же сама согласилась на них. Но почему-то дальше редких встреч они не продвинулись. А я хочу большего, понимаешь.