Нет Худа без добра

Худо

Стоял погожий летний вечер. Сквозь густую листву едва проникали лучи заходящего солнца. Вокруг постепенно становилось прохладнее, а птицы все реже выдавали свои трели. Подул ветер. Здесь, в низине, он почти не ощущался, но кроны деревьев зашумели – зашелестели листья, заскрипели потревоженные ветки, выдавая, что происходит за пределами лесной чащи.

– Ау-у-у!

Я вздрогнул от неожиданности, прислушался, но вокруг все было тихо.

– Показалось что ли? – пробормотал я и продолжил укреплять череп козы у входа

в избу. Рядом уже красовались коровьи кости, разнообразные древесные коряги, пожелтевшие коренья и высушенная летучая мышь.

– Современную молодежь этим уже не напугаешь, – критически осмотрев полученный результат, сообщила Алконост. Она сидела неподалеку на толстой ветке поваленного дерева и чистила перья. В воздухе витал аромат листьев и влажной земли. – Отстал ты от жизни, Худо. Годков эдак на сто пятьдесят.

Я вздохнул и покосился на человеческий череп. Настоящий! Вот только на днях в топи отыскал. Не иначе, результат старых проделок Болотника.

– И это не поможет, – проследив за моим взглядом, тут же заявила Алконост. – Только еще больший интерес вызовешь. Нынче времена иные…

– А что делать-то? – я топнул ногой и птица с девичьим лицом вспорхнула, но тут же вернулась на место. – Коттеджный поселок у леса разрастается. Не ровен час, ко мне толпы на экскурсии ходить начнут!

– Что делать? Что делать? – передразнила меня собеседница. – Плату за вход брать! Как пить дать – озолотишься!

– Не смешно. Только недавно прилетела, а уже все настроение испортила, – я сел на пень и обхватил голову руками.

– Могу улететь, – обиженно нахохлилась Алконост.

– Нет. Останься. Извини…

– На Ту сторону бы тебе. Вся честная нечисть уже давно в Тень перебралась. Различные удобства, социальные гарантии, защита от людей. Недавно даже магический интернет провели.

– Да знаю я! Кощей захаживал на днях. Хвастался. Я не раз заявку подавал. Но теневая канцелярия сначала гоняет письмо по всем инстанциям, а через несколько месяцев мне приходит ответ: "Приносим извинения, уважаемый Худо, но мы вынуждены отказать в визе. В Тени в связи с Вашим проклятьем могут дестабилизироваться магические потоки, что в свою очередь приведет к непредсказуемым последствиям…"

– Бюрократы, одним словом, – вздохнула Алконост, махнув крылом.

– Ау-у-у! – послышался девичий голосок буквально за соседним деревом. Я подскочил, как ужаленный, недовольно бросив птице:

– Могла бы и предупредить! Наверняка же слышала!

– А зачем? Я, может, одну теорию проверяю? – хитро прищурила один глаз Алконост.

– Злая ты, – выругался я, скрываясь в зарослях..

Маша

– Ау-у-у!

Мне показалось, что я увидела просвет между толстыми стволами и будто бы услышала доносящиеся оттуда голоса. Уже темнело, а мне совсем не хотелось волновать бабушку.

– Ты заблудилась? – послышался из-за деревьев негромкий мужской голос.

– Нет, я просто тут гуляю, – от неожиданности я немного испугалась и даже выронила корзинку. Несколько ранних опят и болотных подберезовиков вывалились на землю.

– Поэтому кричала "Ау"?

Я смутилась, понимая, что

тут, в дремучем лесу, выбирать не приходится. Побросала грибы обратно и поднялась, не торопясь с ответом.

– Не доверяешь? – продолжил некто из-за кустов. – И правильно делаешь. Но если ты все-таки потерялась, я могу вывести тебя к поселку. Просто иди на мой голос. Не спеши. Нам с тобой не нужно встречаться.

– А ты кто такой? – я осмелела. Голос говорившего был спокойным, доброжелательным, немного взволнованным, но вызывал безотчетное доверие. Я присмотрелась, но моего собеседника надежно скрывала листва. – Я Маша.

– Я… Леший, – с некоторой заминкой отозвался голос.

– О, как здорово! Настоящий? – я встрепенулась, но потом прищурилась. – А разве ты не должен запутывать и мешать найти дорогу домой?

– Ишь, какая умная, – проворчал тот, – считай, что я уже запутал и помешал. Ты же неспроста заблудилась. Но мне надоело. Теперь, чтобы соблюсти правила игры, надевай свою кофту наизнанку и я выведу тебя из леса.

Я почему-то сразу ему поверила. И подумала, что хуже уже не будет. Послушно переодела свитер и пошла на голос. Леший вел меня, казалось бы, в самую чащу, все время что-то рассказывая про лес, про болото, мимо которого мы прошли, и ненавязчиво расспрашивая о том, как сейчас живут люди. Время от времени мне казалось, что надо мной пролетает какая-то крупная птица.

– А почему ты не можешь мне показаться?

– Не положено, Маша, – с грустью отозвался мой провожатый.

Впереди забрезжил просвет. Ветер донес запахи дыма, свежей выпечки и звуки поселка – голоса людей, шум машин и лай собак.

– Дальше не заплутаешь, – произнес голос чуть со стороны. – Иди домой.

– Поняла, спасибо большое! Как я могу тебя отблагодарить?

– Не заходи больше так далеко в лес.

– И пирожков принеси! – послышалось откуда-то сверху с некоторым опозданием.

– А с чем?

Но мне уже никто не ответил. Я подняла голову, пытаясь разглядеть хоть что-то, но кроме птицы, сидящей спиной, никого не увидела.

Худо

Яблочко медленно катилось по широкому серебряному блюду, показывая последние новости из мира людей. Большой пузатый самовар занимал большую часть стола. Я едва успел отхлебнуть травяного чая, как в дверь постучали. Гости у меня бывали нечасто, как правило, с какими-нибудь сплетнями с Той стороны. Я открыл дверь избы и поперхнулся, чашка выпала из рук и разбилась, а горячий напиток расплескался по полу.

– Маша? – я оторопело смотрел на незваную гостью. Ею оказалась девушка лет пятнадцати-шестнадцати, которую на днях мне пришлось провожать до поселка. Джинсы, простая белая футболка, утепленная безрукавка, кроссовки. В коротко стриженных, пшеничного цвета волосах застрял листочек. Она была улыбчивой, милой и явно не осознавала, какую беду накликала на себя.

– Что ты тут делаешь? – с трудом отрывая взгляд от девушки (как давно я не видел людей так близко!), выдавил я.

– О, голос тот же. Значит, правильно пришла. Вот! – она гордо протянула мне большую плетеную корзинку. – Ты сказал, что пирожков хочешь.