Неспящий
Шрифт:
— Ты не выглядишь радостным. Не сказать, что лучшее время для праздника… Но ты бы хоть поел.
— Говорит мне человек, который не спал последние… сколько? Сколько ты не спала?
— Мир спасать — вообще работа нелёгкая, — усмехнулась Спек.
— А ты, значит, теперь тоже мир спасаешь? — вскинул бровь Виатор.
— Запасной игрок в команде. Да и вообще, мог бы и поделиться славой, после того, как…
— Прекрати! Я же вернулся.
— Да-да, — Спек картинно зевнула и закатила глаза, — к тому же нас осталось только двое. Должен же кто-то за тобой приглядывать.
К обеду на первом этаже собралось несколько постояльцев, поэтому периодически можно было потеряться
— Послушай, Спек, — всё так же отстранённо и немного напугано заговорил Тори после паузы, отчего девушка даже вздрогнула, — когда он уходил… он будто бы начертил передо мной треугольник. И сказал те самые слова… которые говорил на церемонии. Что это значит?
— Страшное проклятье! — устрашающе взмахнула руками девушка, — ну а если серьёзно, то ритуал Матэ'Ахи растёт из глубокой древности. Наши предки считали, что огонь вбирает в себя дух умершего и забирает его в странствия, чтобы он обрёл наконец своё место в мире. Аббе пожелал своей сестре доброй дороги, как это и принято. И точно так же он пожелал её тебе.
— Думаешь, она будет доброй? — вкрадчиво спросил Тори. Ему самому стало немного противно от той неуверенности, что сквозила в его голосе. Но он ничего не мог с собой поделать — он совершенно не был готов к тому, чтобы остаться в одиночестве.
— Конечно будет, тэйна Тори. Ты ведь никогда не был один, помнишь?
***
Спек бодро выпрыгнула из повозки. До чего же приятно было стоять на твёрдой земле, чувствуя её босыми ногами. Проходящий мимо странник и, судя по виду, торговец невольно бросил взгляд на ноги девушки и, презрительно хмыкнув, поспешил удалиться. Спек хитро прищурилась, подставив лицо солнечным лучам. Тори выбрался следом и стряхнул с себя остатки дорожной пыли. После продолжительного времени на севере отчётливо понимаешь, как прекрасно стоять без тёплого плаща, обдуваемый тёплым свежим ветром с берегов.
— Тейна Тори, скорее! — окликнула его Спек, уже убежавшая вперёд. Тори направился за девушкой, придерживая небольшую кожаную сумку, перекинутую через плечо. У них почти ничего не осталось за душой, да ничего больше и не требовалось. Спек двинулась вперёд по узкой тропе, ведущей к обрыву. Перед самым краем начиналось внушительное возвышение, закрывавшее дальнейший обзор, но девушку это совсем не напугало. Несмотря на отсутствие обуви, она начала ловко взбираться по камням. Тори упёрся сапогом в отвесный кусок скалы и подтянулся.
— Ну и путь ты выбрала, — проворчал он, поднимаясь на выступ и отряхиваясь от извести и грязи.
— Тори, смотри…
— Ну что ещё? — поднял глаза Виатор и едва не захлебнулся собственными словами. Перед его глазами расстилалась вода. Невероятно огромная и бескрайняя синяя вода, простирающаяся до самого горизонта. Солнечные лучи отражались от её поверхности, слепя глаза и заставляя капельки пота стекать по вискам. Тори глубоко вдохнул и почувствовал привкус соли и песка. Никогда ещё он не видел океана, и уж точно не думал, что их встреча будет выглядеть так. Когда видишь океан, забываешь обо всём, что происходило и происходит, становишься его частью, как он становится частью тебя. Тори вдруг ощутил себя невероятно свободным и способным свернуть горы. Он вдруг заметил, что невольно сжимает в кулаке амулет, но сейчас у него не было ни сил ни желания испытывать к нему отвращение или злобу. Он мог лишь утопать в окружающей его синеве.
— Добро пожаловать в Маргонис, — завороженно проговорила Спек, указав на маленький городок внизу, у самого побережья.
Первые несколько дней в Маргонисе Тори провёл в некоем забытьи, будто пытаясь оправиться
Тори поселился в небольшом домике почти у самой воды. Поначалу он хотел ограничиться небольшим и бедным постоялым двором, но Маргонис, к его удивлению, ими не славился. Посторонние люди захаживали сюда нечасто, как это было на торговом востоке, а посему обзавестись спальным местом было довольно проблематично. Конечно, здесь, как и везде, не обошлось без пары кабаков, но тамошняя парочка грязных комнат не вызывала ни малейшего желания оставаться в них даже на пару часов. В кошельке осталось довольно приличное количество золота — Аббе не забрал ни монеты. Поэтому даже при самом роскошном образе жизни, Тори мог позволить себе безбедное существование на ещё довольно долгое время. Ему повезло повстречаться с мужчиной, который сразу заприметил его в кабаке. Это был жилистый высокий работяга с седой бородой. В его рту не хватало пары зубов, а грубый коричневый комбинезон был потёрт во всех мыслимых и немыслимых местах. Сгорбленная спина и обветренная кожа делали его ещё более похожим на глубокого старца, но Виатор уже немного научился различать людей по глазам и сделал для себя вывод, что незнакомцу не было и пятидесяти.
— А, новичок! Я таких, как ты, по глазам вижу! Откуда сам будешь? Меня Вито звать, — громко проговорил незнакомец, обдав Тори крепким дыханием с ощутимым запахом Виджи.
— Нау маи, — Виатор неловко вытащил местное приветствие из своей памяти. Он и сам удивился, когда умудрился его выучить, — я Тори. С юга.
— Благородный ма тору, — несколько скептически рассмеялся Вито, вдруг переведя взгляд на ножны за спиной собеседника, — что ж тебя занесло-то в наши грязные земли?
— Человека ищу… для друга, — замешкался Тори.
— Человека он ищет… А хочет он, чтоб ты его нашёл? — он сделал небольшую паузу и тут же перевёл тему, как в ни в чём ни бывало, — жилья-то тебе надо небось?
— Надо, — почесал затылок Тори, — а вы знаете, где можно его найти?
— Есть одно местечко, — заговорщицки улыбнулся старик.
Тори следовал за новым знакомым по узким тропинкам над самым обрывом. Внизу в лунном свете негромко плескалась холодная вода. Он уже сто раз пожалел о том, что так просто доверился незнакомцу, и потому нервно сжимал рукоять кинжала под плащом.
— Так, ещё немного, — кряхтел Вито, ковыряя ржавый замок на топорно вырубленной двери, — готово!
Раздался щелчок, и перед Виатором предстала небольшая, но на удивление приятная комната. Домик стоял на сваях на самом берегу. К нему присоединялся небольшой балкон, объятый тёплым светом двух масляных ламп. Внутри располагалась весьма просторная для одного кровать, сундук и письменный стол.
— Здесь не живёт никто, — пожал плечами Вито, — весной вода поднимается, двенадцать её разберут, повезёт в этот раз или нет. Так что имей ввиду, Вито тебя предупреждал.