Несовершенные
Шрифт:
Марьяна
Была среда, когда я, наконец, пришла в себя и мне разрешили перемещаться по коридорам больницы. Голова всё ещё ужасно болела. Боль была ноющая, она давила на мозг, отдаваясь в глазах и пульсацией в висках. Живот был пуст, как барабан, хотелось съесть весь зоопарк слонов. Помимо всего прочего, голова кружилась и временами темнело в глазах, представляя моему взору разноцветные круги. Всё же весёлый это диагноз — сотрясение головного мозга и пищевое отравление. Накрывает так, что и никакие наркотические вещества не нужны, правда, без всякого удовольствия, но последствия очень похожи.
Настроение укатилось ещё ниже, когда за окном полился дождь. Я медленно, чтобы не тревожить больную голову, прошла к окну. На окне уже собрались многочисленное капли, стекая по гладкому стеклу, вырисовывая свой последний жизненный путь. Их жизнь коротка, а смерть очень красива, только они так и остались никем не замеченными. Наверное, я тоже своего рода капля дождя. Придёт время, и я тихо уйду, не оставив за собой тонну боли, потому что некому будет даже переживать. Или у них не будет на это времени. Жизнь продолжит кипеть, засасывая всех в свой круговорот, лишив себя лишь слабых.
Когда я была готова разреветься от жалости к себе, моё внимание привлекло лёгкое покашливание. Обернувшись на кашель, я обнаружила за своей спиной, промокшего как волчий хвост, но широко улыбающегося Илью.
– Привет!
– радостно изрёк он, обтекая с головы до ног холодной водой.
– Знаешь, там на улице такой холод, что впору уже и снегу пойти!
Глядя на него, я не смогла сдержать ответной улыбки. Встрёпанные мокрые волосы напоминали собой атомный взрыв, глаза блестели от нескрываемой радости, губы растянуты в широкой жизнерадостной улыбке. Прям живое воплощение сетевого смайлика «улыбка».
– Привет, рада тебя видеть, - застенчиво пролепетала я, не зная, куда деть руки. Вечно мешаются, когда не надо.
– Но не стоило приходить в такую погоду.
– Забей. Я всё равно мимо проходил.
– Отмахнулся он от меня, как от назойливой мухи.
– Тогда давай зайдём в палату, я тебе хоть полотенце сухое дам?
– запоздало предложила я.
– И всё же тактичность в тебе не мертва, - просиял он. - Было бы здорово.
После того как волосы Ильи были высушены, он всё ещё дурачился с полотенцем. Я улеглась в кровать, устроив голову удобнее, и хохотала над его цирковым представлением.
То он изображал из себя единорога, скрутив этот самый рог из белого махрового полотенца. Так же вручил мне свой телефон, заставив поработать фотографом. Мне было весело наблюдать за ним, но ещё больше хотелось присоединиться к его дурачествам. Потом он показал слона
– Всё, прекрати, хватит!
– хихикала я, когда он принялся щекотать мои босые ступни.
– Господи, я сейчас рожу, - описывала я своё состояние, брыкаясь ногами, но ему, похоже, было на это наплевать. Он по-злодейски смеялся, мучая меня и не давая пощады.
– Я сейчас описаюсь!
– использовала я последний аргумент в свою защиту. Тут он резко остановился, замерев с открытым ртом и слезами на глазах от долгого смеха.
– Всё. Теперь я знаю твоё слабое место.
– Самодовольно улыбнулся он.
– Ты мог бы просто спросить!
– возмутилась я.
– Так бы ты мне и сказала.
– Усмехнулся он, усаживаясь на стул рядом с больничной кроватью.
– Тоже верно, - задумчиво согласилась я. Голова перестала болеть, и я почувствовала себя совсем здоровой.
– Слушай, тебя не затруднит, если ты позовёшь доктора Некрасова?
– спросила я.
– Зачем? Тебе плохо? Что-нибудь болит?
– встревожился Илья.
– Нет, всё хорошо. Именно поэтому я и хочу попросить у него, чтобы меня отпустили. Толку тут от меня? Только место занимаю.
– Убеждала я его, заранее зная, что сейчас последует возмущение моим безалаберным отношением к своему здоровью.
– Точно ничего не болит?
– начал он, хмуря тёмные брови.
– Точно. Так ты позовёшь?
– решила я особо не углубляться в тему о моём самочувствии.
– Хорошо, будь по-твоему.
– Буркнул он и встал, направляясь к выходу из палаты.
Доктор проверил моё состояние, пожурил нетерпеливую молодёжь, то есть нас, и отпустил с миром, взяв с меня расписку, что теперь я сама беру ответственность за своё здоровье. Он согласился с моим убеждением, что держать меня не имеет смысла после того, как поступила новая пациентка, которую некуда было положить.
***
Мы с Ильёй посидели немного в кафе, утоляя голод. Дождь уже закончился, но на небе всё ещё густели тучи, грозя обрушиться ливнем с грозой.
– Как ты себя чувствуешь?
– спросил Илья, пальцем подцепляя свою лёгкую куртку.
– Хорошо, только голова немного кружится. Но это скоро пройдёт.
– Ответила я, допивая свой сок.
– Сегодня у Демьяна день рождения, - вдруг произнёс парень, как бы между прочим.
– Поэтому ты решила уйти с больницы раньше?
– спросил он. Его челюсти сжались, а глаза невольно потемнели. Уж не знаю, что он там себе надумал, но вид у него был злой.