Несостоявшийся стриптиз
Шрифт:
— Значит, ты мог бы заподозрить неладное?..
— Нет, они сразу сказали, что работают на британскую разведку, что мне нечего волноваться и меня не заставят делать что-то такое грязное. — Тут он вдруг помрачнел и добавил: — Но мне не понравилось многое из того, что они делали. И еще мне было очень жаль ту самую мадемуазель. Она такая милая…
— У тебя есть какие-нибудь соображения насчет их намерений? Что они от нее хотят?
— Нет, месье… Но я точно знаю, они не собираются ее убивать. По крайней
— Как прикажешь тебя понимать? — Майк почувствовал, как у него неприятно екнуло в животе.
— Судя по тому, что они говорят, когда им кажется, что я не слышу, она нужна им для какого-то дела. Только вот они не говорили, для какого.
— Но Господи, это…
— Доктор Золтан говорит, — продолжал как ни в чем не бывало юноша, — что ее надо поберечь для дела. А эти двое, Макси и Тощий, увезли ее в Лондон в машине.
— Но как она себя чувствовала? — с трудом выговорил Майк. — Она была в сознании?
— Нет. Доктор Золтан вводил ей какой-то препарат. Она была словно в трансе. Тихая, с такими странными глазами.
— Черт! Я сверну шею этому сукину сыну!
— Да, но сперва надо понять… — Молодой человек коснулся плеча Майка рукой и спросил: — А куда вы ведете катер, месье Аллард?
— К шлюзу. А оттуда уже я позвоню в полицию.
Жюссак слегка поморщился.
— Вы сбежали из того дома. Вы думаете, в нем полиция найдет какие-то улики?
— Да, пожалуй, ты прав, дружище, — вздохнул Майк.
— Я сам все думал: не обратиться ли в полицию — сказал француз. — Но что такого я могу им сообщить, чтобы они проявили интерес? Что я могу доказать? Я столько раз задавал себе этот вопрос. Но ответ ясен и так. Что бы я ни рассказал, доктор Золтан и графиня только посмеются и скажут, что я просто спятил. А потом они уже разберутся со мной.
— Да, но…
— Я как раз размышлял, что предпринять, когда ложился спать этой ночью, а когда проснулся, то обнаружил на катере вас. Теперь нас уже двое. Это хорошо… Теперь это уже не бредни какого-то подозрительного французского матроса.
— Да, — медленно сказал Майк. — Тут ты, конечно, прав. Но только…
Жюссак взглянул вперед.
— Мы как раз подходим к Ферри, — сказал он. — Подойдите к причалу. Ваша машина стоит за старой гостиницей. Она на ходу. Я знаю, потому что проверял ее, после того как они вас забрали.
— Спасибо, — буркнул Майк. — А ты что собираешься делать?
Жюссак удивленно посмотрел на него.
— Конечно, поеду с вами, месье! — воскликнул он. — Что же еще!
— Лично я еду прямо в полицию.
— Думаете, они вам поверят?
— Но теперь-то нас двое. Они обязаны предпринять какие-то шаги.
— Ну хорошо, они явятся в дом доктора, ничего там не обнаружат, и что дальше?
— Черт! Золтан и его дружки чем-то должны себя выдать!
— Вы
— Но ты-то знаешь, что меня оглушили?
— Я подслушал, как Тощий хвастался, как ловко вывел вас из игры. Но сам-то я ничего не видел. Я не из тех, кого называют очевидцем.
— А Лесли?
Жюссак непонимающе посмотрел на него.
— Девушку зовут Лесли Блер, — пояснил Майк.
— Красивое имя, месье… Но я уже говорил вам: пока ей не грозит опасность. Еще есть время. Потому-то я и еду с вами. Я могу остановиться у своего дяди. У него есть ресторанчик в Сохо. А завтра мы отыщем прелестную мадемуазель Блер.
— Запросто отыщем, — усмехнулся Майк. — Только откуда мы начнем поиски?
Жюссак сунул руки в карманы и загадочно улыбнулся.
— Вы перехитрили их там, в доме, месье Аллард. Думаю, вы и сейчас их перехитрите.
Майк повернул штурвал, и катер взял курс на старый причал.
— Господи, если бы я мог так просто смотреть на мир, как ты, — вздохнул драматург.
5
Майк проснулся в своей квартире, от того что зазвонил телефон. Было одиннадцать часов утра. Он приподнялся на локте, взял трубку и широко зевнул.
— Аллард слушает, — пробормотал Майк.
— Как неплохо живут некоторые, — услышал он знакомый голос. — Валяются в постели день-деньской.
— Это ты, что ли? — с улыбкой осведомился он.
— А кто же еще? Давненько не виделись. Сколько зим, сколько лет, старина?
Майк много встречался с Тимом Карлтоном во время войны и вскоре после нее, но затем их дорожки разошлись. Теперь они встречались лишь изредка в театре или ресторане. Тим Карлтон держался как общительный и дружелюбный плейбой, но при всей своей говорливости он никогда не распространялся о свое работе. Майк понятия не имел, чем занимается Тим Карлтон, когда не кутил и не сорил деньгами направо и налево.
— Ну, что можешь сказать приятного в это чудесное утро? — говорил между тем Карлтон. — Судя по твоему голосу ты только-только проснулся.
— К твоему сведению, я лег в половине пятого, — буркнул Майк. — И вообще меня не было дома тридцать шесть часов.
— Знаю, друг мой, знаю, — рассмеялся Карлтон. — Как раз в это время тебе названивал. Но ты как сквозь землю провалился. Кто эта таинственная красотка? Признавайся, негодяй.
— Красотка действительно имеет место, — отозвался Майк. — Хотя и не совсем в том смысле, как ты думаешь.