Нерв (Стихи)
Шрифт:
И, в предсмертном томленье Озираясь назад, Убегают олени, Нарываясь на залп. Кто-то дуло наводит На невинную грудь. Пусть былое уходит, Пусть придет что-нибудь.
Кто-то злой и умелый, Веселясь, наугад Мечет острые стрелы В воспаленный закат. Слышно в буре мелодий Повторение нот. Все былое уходит. Что придет, то пройдет.
ПЕСНЯ О ПЕТРОВСКОЙ РУСИ
Как засмотрится мне нынче, как задышется! Воздух крут перед грозой. Крут да вязок. Что споется мне сегодня? Что услышится? Птицы вещие поют. Да все из сказок!
Птица
Словно семь заветных струн Зазвенели в свой черед Это птица Гамаюн Надежду подает!
В синем небе, колокольнями проколотом, Медный колокол, медный колокол То ль возрадовался, то ли осерчал. Купола в России кроют чистым золотом, Чтобы чаще господь замечал...
Я стою, как перед вечною загадкою, Пред великою да сказачной страною. Перед солоно да горько-кисло-сладкою, Голубою, родниковою, ржаною.
Глиной чавкая, жирной да ржавою, Вязнут лошади по стремена, Но влекут меня сонной державою, Что раскисла, опухла от сна.
Словно семь богатых лун На пути моем встает То мне птица Гамаюн Надежду подает!
Душу, сбитую утратами да тратами, Душу, стертую перекатами, Если до крови лоскут истончал, Залатаю золотыми я заплатами, Чтобы чаще господь замечал...
" КАК ПО ВОЛГЕ-МАТУШКЕ... "
Как по Волге-матушке, по реке-кормилице Все суда с товарами, струги да ладьи, И не надорвалася, и не притомилася Ноша не тяжелая, корабли свои.
Вниз по Волге плавая, прохожу пороги я И гляжу на правые берега пологие. Там камыш шевелится, поперек ломается, Справа берег стелится, слева поднимается.
Волга песни слышала хлеще, чем "Дубинушка", В ней вода исхлестона пулями врагов. И плыла по матушке наша кровь-кровинушка, Стыла бурой пеною возле берегов.
Долго в воды пресные лились слезы строгие. Берега отвесные, берега пологие Плакали, измызганы острыми подковами, Но теперь зализаны эти раны волнами.
Что-то с вами сделалось, берега старинные, Там, где стены древние, на холмах кремли, Словно пробудилися молодцы былинные И, числом несметные, встали из земли.
Лапами грабастая, корабли стараются, Тянут баржи с Каспия, тянут-надрываются, Тянут, не оглянутся, и на версты многие За крутыми тянутся берега пологие.
ПОЖАРЫ
Пожары над страной Все выше, жарче, веселей. Их отблески плясали в два притопа, три прихлопа, Но вот судьба и время Пересели на коней, А там в галоп, под пули в лоб И мир ударило в озноб От этого галопа.
Шальные пули злы, Глупы и бестолковы, А мы летели в скачь Они за нами в лет. Расковывались кони, И горячие подковы Летели в пыль на счастье тем, Кто их потом найдет.
Увертливы поводья, словно угри, И спутаны и волосы и мысли на бегу, А ветер дул и расправлял нам кудри И распрямлял извилины в мозгу.
Ни бегство от огня, Ни страх погони -
Еще не видел свет подобного аллюра! Копыта били дробь. Трезвонила капель. Помешанная на крови, слепая пуля-дура Прозрела, Поумнела вдруг И чаще била в цель.
И кто кого - азартней перепляса, И кто скорее - в этой скачке опоздавших нет, А ветер дул, с костей сдувая мясо И радуя прохладою скелет.
Удача впереди И исцеление больным Впервые скачет время напрямую, не по кругу. Обещанное - завтра Будет горьким и хмельным...
Светло скакать Врага видать, И друга тоже... благодать! Судьба летит по кругу!
Доверчивую смерть вкруг пальца обернули. Замешкалась она, забыв махнуть косой. Уже не догоняли нас и отстовали пули. Удастся ли умыться нам не кровью, а росой?
Пел ветер все печальнее и глуше, Навылет время ранено, Досталось и судьбе. Ветра и кони И тела и души Убитых выносили на себе.
ВСЕ ОТНОСИТЕЛЬНО
О вкусах не спорят, есть тысяча мнений, Я этот закон на себе испытал. Ведь даже Эйнштейн, физический гений, Весьма относительно все понимал.
Оделся по моде, как требует век, Вы скажете сами: "Да это же просто другой человек!" А я - тот же самый. Вот уж действительно Все относительно, Все-все, все.
Набедренный пояс из шкуры пантеры. О да, неприлично! согласен, ей-ей, Но так одевались все до нашей эры, А до нашей эры им было видней.
Оделся по моде, как в каменный век!" Вы скажете сами: "Да это же просто другой человек!" А я - тот же самый. Вот уж действительно Все относительно, Все-все, все.
Оденусь как рыцарь я после турнира, Знакомые вряд ли узнают меня. И крикну как Ричард я в драме Шекспира: "Коня мне! Полцарства даю за коня!"
Но вот усмехнется и скажет сквозь смех Ценитиль упрямый: "Да это же просто другой человек!" А я - тот же самый. Вот уж действительно Все относительно, Все-все, все.
Вот трость, канотье, я из НЭПа, похоже? Не надо оваций, к чему лишний шум? Ах, в этом костюме узнали, ну что же, Тогда я надену последний костюм.
Долой канотье, вместо тросточки - стек, И шепчутся дамы: "Да это же просто другой человек!" А я - тот же самый. Вот уж действительно Все относительно, Все-все, все.
МОСКВА - ОДЕССА
В который раз лечу Москва - Одесса, Опять не выпускают самолет. А вот прошла вся в синем стюардесса, как принцесса, Надежная, как весь гражданский флот.
Над Мурманском ни туч, ни облаков, И хоть сейчас лети до Ашхабада. Открыты Киев, Харьков, Кишенев, И Львов открыт, но мне туда не надо.
Сказали мне: "Сегодня не надейся, Не стоит уповать на небеса". И вот опять дают звдержку рейса на Одессу, Теперь обледенела полоса.