Нерушимый 10
Шрифт:
Возбуждение сменилось апатией. Было ощущение, что я посмотрел остросюжетный эпизод фильма, а не стал его участником.
— Лучше это не обсуждать здесь, — посоветовал Лев Витаутович.
Я понимающе кивнул.
— Эпизод не повторится, — пообещал Тирликас. — Гостиница под охраной, можешь спать спокойно.
— Следите за мной завтра, — предупредил его я. — Откат.
Теперь Лев Витаутыч кивнул.
— Понял, принял к сведению.
Конференц-зал был маленьким, персон на тридцать, с магнитной доской на подставке и огромной плазмой.
Димидко отдувался за нас с Микробом, рассказывая о нападении.
— В общем, едем, едем, а потом вдруг нас зажали две машины, водила давай останавливаться, что-то Сане сказал, а Саня наш как втащит ему! И — сам за руль. А тут двое с оружием из тех машин лезут. Еле успел Саня пересесть и — назад! А эти — стрелять! Еле ушли, во! — Он закатал рукав. — Волосы дыбом.
— И че они хотели? — спросил Левашов, слушавший с открытым ртом.
Сан Саныч пожал плечами.
— Да ваще непонятно. Копы водилу забрали, может, расколют.
— Да он шестерка просто, — на миг оторвавшись от пиццы, вставил пять копеек Микроб. — Ему заплатили, чтобы он нас сдал, а дальше ниточка оборвется. Вот если тех из буса поймают, тогда да.
Жека потряс головой.
— Непонятно. Может, все-таки фанаты?
— Хорошо, если так, — проворчал Витаутыч, колдующий с плазмой.
— Мы сделали копии записи с телефона Евгения, — отчитался Тирликас. — И размножили их. Но во время игры момент плевка, увы, на камеру не попал.
Тирликас включил запись, сделанную Жекой, на плазме, отмотал до момента, где «рейнджерс» с дредами бьет своего исподтишка, нажал на паузу.
— Тут все ясно и бесспорно. Ну а с плевком… ситуацию осложняет то, что мы не в своей стране, некому жаловаться, нас просто не услышат.
— «Селтик» же! — напомнил Сэм. — Они услышат.
Лев Витаутыч кивнул.
— С этим поработали, записи у них, но непонятно, будет ли резонанс. Посмотрим. Завтрашний день все покажет.
— У вас есть доступ в местную Комсеть? — спросил Димидко. — Хочется знать, что пишут и говорят.
— Есть. Завтра утром расскажу, какие новости.
— А встреча с журналистами? — спросил Микроб с набитым ртом. — Она будет?
Мне подумалось, что это непредусмотрительно. Если покушались конкретно на меня, я стану легкой мишенью. Чтобы пробудить молодежь, должно хватить и моего присутствия на многотысячном футбольном стадионе. К тому же завтра будет откат после «лучшего», и возможны неприятные сюрпризы.
— Будет. Но туда пойдем только мы с Сан Санычем, дабы минимизировать риск, — объяснил Тирликас. — Если отменим встречу, это сыграет не на пользу репутации «Титана».
— Расскажите лучше, как вы от фэнья отбились? — спросил Димидко. — Ну, которые окружили гостиницу.
Игнат махнул рукой:
— Да никак. Менты из водомета их разогнали, а нас потом по трое перевезли сюда.
— Не менты, а копы, — поправил
— Значит, расходимся, — резюмировал Тирликас. — Завтра я закажу еду сюда же, собираемся здесь, я рассказываю, какие новости. Потом мы с тренером встречаемся с народом, а вы ждете и не высовываете носа из гостиницы. Охрана тут усиленная. У каждого есть телевизор, там местные новости — это к сведению тех, кто хочет держать руку на пульсе событий.
— Но мы не понимаем по-английски! — развел руками Бурак.
— Что ж, придется поработать переводчиком, — улыбнулся я, промокнув рот салфеткой. — Но утром, сейчас вырубает. Так что ровно в восемь — здесь.
Я встал со стула и сразу же сел от головокружения. Ну а шутки ли — ни я, ни тем более Звягинцев не были боевиками, и меня знатно перетрясло, а теперь нервная система требовала сна, чтобы восстановиться. Хорошо, что, когда подробности дойдут до Рины, я буду уже дома, чтобы успокоить ее.
Сил переживать не осталось, я добрался до кровати, упал на нее прямо в одежде и вырубился, не выключая свет. Снились мне перестрелки, погони, война — и во сне покоя не было.
По будильнику я проснулся, вспомнил про откат и с замирающим сердцем прислушался к себе. Сегодня я худший в мире реалист.
Накатила паника, проснулось тайное знание, что не люди правят миром, а твари из четвертого измерения, Хозяева. Выступил холодный пот, сердце заколотилось. Стихающий голос здравого смысла посоветовал срочно сдаваться Тирликасу.
Нет! Нет никакой гарантии, что он не служит Хозяевам, как остальные люди-зомби. Я — сверхчеловек, и опасен для них, они хотели убить меня и не остановятся. Единственный способ остаться в живых — бежать!!!
Глава 11
Худший лучший
Угасающий здравый смысл вытащил из моей памяти Массаракша с его рептилоидами, потряс им для устрашения, напомнил, как он смешон с его «Гагарин никуда не летал, там, наверху — вода» — и откат сделаем меня таким же. Чисто механически я включил телевизор (собирался ведь послушать про нас, наверняка ведь скажут) и принялся переключать каналы в поисках местных новостей.
Желание рвануть к Тирликасу и сдаться в руки санитаров быстро угасло.
Пришла мысль, что зря я вызвался работать переводчиком, не пойду, скажусь больным.
«Ни в коем случае нельзя такое говорить! Ты призовешь болезни и правда сляжешь!» — заверещала паранойя, порожденная откатом, но пару минут назад я еще мог ей сопротивляться, а теперь… Да это же правда, черт побери! Потому я мысленно выругался и вперился в экран.
Темнокожая девушка рассказывала об острове пластика, дрейфующем в океане, и призывала переходить на стекло и бумагу. Неспроста она это советует! Наверняка там в составе какие-то новые отравляющие вещества, которые в пластик не запихнуть. Придумали прогрессивные способы, как травить и зомбировать население.