Нерушимые чары
Шрифт:
Кэролайн выглядела испуганной.
— Что мне нужно сделать?
— Я как раз думал об этом, пока ждал тебя. Дело в том, что меньше чем за неделю я не успею раздобыть ни специальное разрешение на заключение брака, ни денег, чтобы нам было на что жить, пока мы будем вынуждены скрываться.
— Неделя — это слишком долго! — воскликнула Кэролайн. — За это время маркиз, должно быть, уже сделает мне предложение.
— Я знаю, но тебе придется сказать родителям, что ты согласна выйти
— Ты хочешь сказать, что я должна принять его предложение?
— Ну постарайся дать маркизу понять, что готова стать его женой.
Кэролайн сжала его пальцы.
— Как же я скажу это, если…
— Но ведь ты-то будешь знать, что никогда не выйдешь за него. А я постараюсь как можно скорее устроить все для приведения нашего плана в исполнение.
Кэролайн вздохнула и сказала:
— Я все сделаю… так, как ты говоришь.
— Я люблю тебя! — воскликнул Патрик. — Я сделаю все, чтобы ты никогда не пожалела, что отказалась от брака с маркизом!
— Единственное мое желание — это быть с тобой и любить тебя, — просто сказала она.
Он долго вглядывался в нее, прежде чем сказать:
— Есть одна вещь, которая позволяет мне считать, что провидение на нашей стороне.
— Что ты имеешь в виду?
— Мой отец сегодня узнал, что его младший брат, мой дядя, при смерти. Он очень богат, но никогда не был женат и всегда говорил, что я его наследник.
— Я выйду за тебя независимо от того, богат ты или беден, — заметила девушка.
— Я счастлив это слышать, но мне бы хотелось, дорогая, обеспечить тебе комфорт, к которому ты привыкла, не обращаясь за помощью к отцу.
Кэролайн спросила:
— Ты думаешь, он сильно рассердится, если мы убежим?
— Думаю, да, но не потому, что он настроен против тебя, а потому, что ему не хочется портить отношения с соседями. Ведь твой отец имеет большое влияние в графстве и при желании может осложнить жизнь моему отцу.
— Тебя бы это сильно расстроило?
— Для меня главное — не потерять тебя. Я не мыслю без тебя жизни.
— Для меня это тоже невыносимо! Ах, Патрик, устрой все так, чтобы нас не нашли до тех пор, пока… ничего уже нельзя будет изменить.
— Именно этим я и собираюсь заняться, — твердо заявил молодой человек.
Глядя на него, Кэролайн подумала, что еще никогда не видела его таким решительным.
Поскольку они знали друг друга с детства и встречались на всех приемах и балах в графстве, девушке казалось, что они с Патриком одногодки, хотя на самом деле он был старше ее на четыре года.
Теперь же, впервые за все время их знакомства, она увидела в нем мужчину, который будет заботиться
— Скажи, что мне… делать.
— Знаю, это трудно, но я хочу, чтобы ты сейчас возвратилась в замок и действовала настолько хитро, чтобы никто, кроме Рокуэйны, ничего не заметил. Делай вид, будто ты в восторге от перспективы замужества и положения, которое займешь в качестве жены маркиза.
Кэролайн промолчала, и Патрик продолжал:
— Завтра мы не сможем увидеться: мне нужно будет поехать в Лондон и добиться получения специального разрешения.
— А это не… опасно?
— Во всяком случае, ты можешь быть спокойна, что там не будет фигурировать твой титул. У тебя есть другое имя, помимо этого?
— Да, конечно. При крещении мне дали имя Мэри в честь леди Мэри Брант, которая, по слухам, была очень хороша собой.
— Но не красивее тебя! Ты самая красивая на свете!
— Я рада, что ты так считаешь.
На минуту они забыли о том, для чего, собственно, встретились, но затем Патрик продолжал:
— Как только я раздобуду разрешение на брак и достаточную сумму, которая позволит нам ни в чем не нуждаться, мы уедем.
— Постарайся сделать все это как можно скорее, — попросила Кэролайн, — мне страшно от мысли, что может произойти что-нибудь ужасное и я потеряю тебя!
— Никогда!
Он снова привлек девушку к себе и поцеловал.
Как и для всех влюбленных, время пролетело быстро, и не успели они опомниться, как на небосклоне появились первые звезды.
— Тебе пора возвращаться, моя любовь, — сказал Патрик хриплым прерывающимся голосом.
— Я хочу остаться с тобой.
— Ты будешь со мной днем и ночью, когда мы поженимся. Скажи, Кэролайн, ты уверена, что не передумаешь?
— Зачем спрашивать? Я твоя, вся твоя. И всегда была твоей и не могла бы позволить другому мужчине даже дотронуться до себя.
Она спрятала лицо у него на груди и призналась:
— Когда я была в Лондоне, некоторые мужчины, с которыми я танцевала, пытались поцеловать меня, но я никогда не чувствовала по отношению к ним того, что чувствую… к тебе.
Патрик сжал ее так, что ей стало трудно дышать.
— Именно этого я и опасался, — хрипло сказал он, — и это мучило меня!
— Напрасно. Я не могла дождаться, когда наконец смогу вернуться домой и снова увидеться с тобой.
— Я обожаю тебя и посвящу всю жизнь тому, чтобы сделать тебя счастливой.
— Я буду счастливой, обязательно. Я так и знала, что после разговора с тобой все будет иначе. Действительно, ведь мы можем убежать!..
Патрик не ответил. Он лишь целовал ее снова и снова.