Нерождённый
Шрифт:
Они и правда были счастливы.
А потом в их мир пришла беда.
Крик за спиной заставляет развернуться. Я вижу Кайоши, Кайоши которого невидимая сила срывает с места и волочёт к мраморной стене в той стороне, где проложены рельсы. Стаскивает вниз, прямо на них и тянет в темноту тоннеля.
Я прыгаю вслед. Я не знаю живой ли Кайоши или эта неведомая невидимая тварь тащит уже мёртвое тело — факел он уронил, а в темноте лица не разглядеть.
Тот, кто тащит Кайоши всё же не может соревноваться со мной в скорости.
Самое плохое, что я по–прежнему не вижу охотника. Вот на рельсах держась за горло пытается прийти в себя Кайоши, которого только что, судя по всему, чуть не придушили, а самой твари не видно. Её как будто и не было. Ни следа, ни запаха.
И тихо.
— Где она? — испуганно шепчет Кайоши боясь пошевелиться.
— Не знаю, — делаю шаг вперёд — хорошо что не бросил по пути факел.
Еще один шаг. Я разглядываю каждый угол который выхватывают из темноты языки огня.
Ничего…
А потом я вдруг понимаю — она бросается на меня.
Это не тень, это просто движение воздуха. Я почувствовал его за мгновение до того, как это невидимое нечто вцепилось в меня.
Взмахиваю плетью и существо вспыхивает и… проявляется.
Громко взвывает и упав на четыре лапы быстрым сильными прыжками скрывается в тени тоннеля.
— Это был человек?! — на лице Кайоши ужас.
Фигура и правда была человеческой.
— Он похож на человека, но…
Я иду вперед, туда где исчезла тварь, держа плеть на вытянутой в сторону руке — так удобнее бить.
Пламя факела вырывает из темноты вагон поезда.
Шаг за шагом, медленно, готовый увернуться от неожиданной атаки, подхожу к распахнутым дверям и заглядываю.
Пусто.
И внутри пусто и снаружи — насколько хватает света пламени факела. Это странно, ведь удаляющихся шагов я не слышал. Они затихли, но лишь где–то совсем близко.
Запах паленой кожи — очень сильный. Он витает в воздухе и пробую по нему понять где прячется тот, кто только что напал на нас.
Делаю всего один шаг вперёд, там внутри в вагоне и почти падаю споткнувшись о тело.
Он сидел прямо передо мной! Невидимый.
Он пробует отпрыгнуть — но удар плети ловит в воздухе, снова заставляет быстрое тело вспыхнуть. От вопля глохну, но продолжаю хлестать, рисуя на забившемся в угол горящем теле узоры пламени.
Сотня ударов? Или может быть тысяча? Я не знаю.
Опускаю руку только тогда, когда вопль прекращаетсяа горящее тело перестаёт корчиться от боли.
— Она мертва? — Кайоши заглядывает мне через плечо.
— Надеюсь, да, — я оглядываюсь, а потом проверяю оберег у себя в волосах — я заплёл его туда по примеру Нира. — Так странно — талисман не отпугнул её. И невидимость — разве можно стать невидимым?
Я присаживаюсь и заткнув нос пальцами — очень сильно воняет паленым телом — и пробую рассмотреть того,
— Можно, — говорит Кайоши. — Только не по настоящему. Эта тварь застилает туманом наш разум. Она не невидима, она убедила нас в том, что невидима. Понимаешь?
Не очень. Ну, да ладно.
— Потому и талисманы на неё не подействовали, — продолжает Кайоши осторожно пробуя пнуть мёртвое тело своим сапогом. — Талисманы это ведь часть того, кто ставит их. Это часть его силы. Живой силы.
Даже так? Значит, эта тварь очень опасна.
— Это человек, — говорит Кайоши.
Да. Голый, очень худой, с серой, будто покрытой тонким крысиным мехом кожей.
— Нова раса? — я смотрю на Кайоши. — Ты когда–нибудь слышал о таком?
Он лишь качает головой.
— Нарекаю их Невидимыми, — говорю я и встаю. — И нам нужно будет придумать как от них защититься.
Глава 18
Только сейчас замечаю — Башня Нира нереально круто смотрится на фоне выползающего из–за горизонта солнца.
Прежде чем ступить на тропу ведущую к дверям останавливаюсь — что ждёт меня там? Чем закончатся раздумья Нира? Согласится ли он или решит что непонятный тип вроде меня слишком рискованный ученик?
Не знаю. В моей жизни за последние сутки произошло немало — не думал не гадал, но я успел вырезать гарнизон Чёрного Сокола, стать главой клана, и спрятать своих людей в метро.
Своих? Я точно это сказал?
Впереди еще очень много дел — найти завод и каким–то способом забрать оттуда как можно больше стражей. А еще — раздобыть денег чтобы купить оружия для своей армии, которой пообещал заняться Кайоши, а еще — я всё–таки хочу взять контракт на Императора.
Десять миллионов лунным золотом.
Даже не представляю, что можно купить на такое. И-себа сказал — чтобы добраться до Высших в Оплоте требуется обладать богатством и влиянием. Десять миллионов — это богатство, а влияние… я подумаю как его заполучить обладая таким состоянием.
Да, впереди много дел, но важнее всего сейчас для меня — Нир. Мои умения очень даже неплохи, но только против обычных людей. Мастер на пару ступеней старше меня становится слишком сложной целью… если конечно не напасть на него внезапно.
А всегда нападать внезапно — это… неудобно.
Надеюсь, Нир не станет жадничать и откроет мне самые, самые сильные из формул.
Там, вверху, на смотровой площадке башни я вижу неподвижный силуэт. Судя по позе — тот, кто там сейчас сидит — медитирует.
И это Нир, кто же еще может быть там.
От мысли, что совсем–совсем скоро я узнаю его решение по крови пробегает тёплая волна.
Да, пусть скажет мне своё решение — я приму любое. И если он откажет — я полечу в Клан Проклятых. Неужели и там я не смогу раздобыть формул Тьмы?